Дни сменяются неделями. Одним особенно ветреным вечером осень теряет свои последние краски, и зима вступает в свои права. Разбросанная повсюду, как песчинки в часах, листва напоминает посвященным, что Испытания Тройки Мечей не за горами.

Напоминает мне, что время на исходе.

Я занимаюсь в Святилище Старших. Смена темпа выдвигает на первый план новые идеи для копий. Мы с Изой продолжаем кружить, наступая на пятки, вокруг друг друга, словно волки, но к активным действиям не переходим. Я помогаю Сорзе разобраться, как нарисовать ее собственную карту, а пока наблюдаю, как она выводит линии, в конечном счете совершаю и свой финальный прорыв.

В ту ночь я работаю до рассвета. А на следующее утро переступаю порог столовой и отдаю Кэйлису окончательные эскизы копий.

В течение мучительно долгого времени он молча изучает их.

Наконец его взгляд встречается с моим.

– Да. – От одного его слова по всему моему телу пробегает дрожь. Блеск в его глазах подобен искре, от которой разгорится даже уголь. На протяжении многих недель Кэйлис одаривал меня лишь неоднозначными взглядами, и я потрясена от осознания того, насколько мне не хватало подобной страсти.

Люби меня, ненавидь, но смотри так, как будто одно мое существование распаляет в тебе огонь… Я прикусываю щеку изнутри, чтобы отогнать непрошеные мысли и не выпалить их вслух.

– Теперь начнем наносить чернила.

– Я думала об этом и…

– Эти карты особенные, чтобы они выглядели убедительно, нужны особые материалы. Обычными чернилами и бумагой моего отца не проведешь. – Кэйлис встает, явно решив, что его план лучший из наших двух. Однако то же самое пришло в голову и мне.

– Воды, окружающие статую Мир? – предполагаю я.

– Ход мысли верный, но нет, купель Мира не подойдет. Только настоящая карта окрашивается золотом.

– Может, мне рисовать своей кровью? – Как я рисую карты.

– Хотя ты и поразительна, но для этой задачи нам придется использовать кое-что столь же древнее и могущественное, как воды Мира.

– И что же это? – спрашиваю я, складывая руки на груди. Уж лучше бы его предложение стоило моего внимания, раз уж он не дает мне выдвинуть идею.

– Приходи ко мне сразу после занятий. И придумай самую убедительную романтическую причину для тех, кто занимает столько твоего времени. – В его голосе слышится нотка… ревности? Наверняка мне мерещится, ведь если бы он хотел провести со мной время, то уже несколько недель знает, где меня искать. – Потому что сегодня ты не присоединишься к ним за ужином.

– И чем мы займемся вместо этого? – И почему мое сердце так бешено колотится?

Он открывает рот, но его прерывает звон колоколов. Он ухмыляется.

– Иди, Клара. Но возвращайся поскорее. Обещаю, это будет стоить твоего времени.

41

Мне и в удачный день трудно сосредоточиться на том, что профессор Ла говорит о чтении своим мечтательным голосом с придыханием, а сегодня все еще хуже. Как только звонят колокола, я собираю вещи.

Лорен спрашивает, не пообедаем ли мы вместе, и я тут же заявляю, что нужна директору – «то есть моему жениху»!

– На весь день. Так что к ужину не ждите. – Я подмигиваю для пущей убедительности.

Студенты в коридоре издают разные звуки, машут руками или выражают отвращение, но я не обращаю на них внимания. Слова Сайласа, его предупреждение до сих пор звенит у меня в ушах. Они не верят. Я не могу сдаться и упустить любую возможность подчеркнуть нашу глубочайшую «любовь».

Я возвращаюсь в покои Кэйлиса и нахожу его в кабинете склонившимся над письменным столом.

– Выглядишь так, будто полна решимости.

– Ты даже глаз не поднял. – Я упираюсь рукой в бедро.

– Я слышу это по твоей походке. У тебя она меняется, когда появляется цель.

– Не уверена, как такое возможно, ведь у меня всегда есть цель. – Я подхожу к Присс, свернувшейся калачиком на диване, и опускаюсь на корточки, чтобы почесать ей под мордочкой.

Кэйлис смотрит в нашу сторону и задерживает взгляд на своей пушистой подруге.

– Предательница.

Присс еще сильнее вытягивает голову, словно ему назло. Он закатывает глаза.

– Мы можем пойти туда, где находятся эти особые материалы? – Я встаю.

– Не терпится?

– Да. – Не терпится, и не вижу смысла этого скрывать. Я подхожу к его столу. – Над чем работаешь?

– Над поисками Звезды. – Кэйлис закрывает журнал, который просматривал до моего прихода, и я не успеваю взглянуть на содержимое. Он убирает его в стол и запирает ящик. – Раз ты почти закончила с копиями, самое время сосредоточиться на последнем Старшем Аркане. После этого все завертится. Нужно обезопасить Мир, прежде чем отец поймет, что произошло.

– Ты же говорил, что знаешь, где находится Звезда. – Я помню, что формулировка была примерно такой: «Не переживай и предоставь это мне».

– Да. Но знать, где что-то или кто-то находится, и понимать, как до него добраться, – две совершенно разные задачи.

– Где она? Может, я смогу помочь.

– Только не в этом случае. – Он качает головой и встает. – Это проблема на будущее. Пока лучше оставить Звезду там, где она есть, чем торопиться, вызывать подозрения и рисковать, что ее переместят в другое место. А теперь иди за мной…

Я не двигаюсь с места, даже когда он проходит мимо.

– Я могу помочь.

– Клара…

– Хочешь, чтобы я тебе доверяла? Ты сам говорил, что мы с тобой заодно.

Кэйлис вздыхает, проводит рукой по волосам и, не глядя мне в глаза, произносит:

– У меня есть основания полагать, что Звезда либо в Халазаре, либо прошла через него. Больше ничего не знаю. Но собираюсь это выяснить. – Наконец он смотрит на меня, своим взглядом и словом излучая искренность. – В любом случае я поклялся, что ты туда не вернешься, и сдержу обещание.

Я с трудом сглатываю.

Он пристально изучает меня, подмечая мою нерешительность.

– Если только ты не захочешь…

– Нет, ты прав, у меня и так забот по горло. – Может быть, я трусиха. Но… я не могу туда вернуться. Пускай Кэйлис разбирается сам.

– Если решу, что ты сможешь помочь, я дам знать. – Он смотрит на меня сверху вниз, и его взгляд смягчается. Я не могу этого вынести. Мне не нужна его жалость… даже если она уместна.

– Если Звезда в Халазаре, ты не можешь дать ей сгнить там. – Я заставляю себя поднять на него глаза. – Даже если это означает, что тебе в конечном итоге понадобится моя помощь. Ты должен вытащить ее оттуда раньше, а не позже.

– Я вытащу ее, как только смогу. – Его голос звучит вполне серьезно. Но…

– Как долго она