– Лишь отчасти. Но я знаю, кто истинный виновник.

Лориан поймал мои руки:

– Ты в самом начале выиграла нам драгоценные секунды. И измотала себя. – Он провел пальцем по моей губе и показал, что из носа текла кровь. – Ты настолько бледная, что мне хочется тебя отругать. Ты выложилась полностью, Приска.

Я прикусила дрожащую нижнюю губу. Этот момент наверняка будет мне вечно сниться в кошмарах. Медленно ползущее время и ослепленный яростью Тол, бросающийся навстречу собственной смерти.

– Он повел себя глупо, – вступил в разговор Демос, который теперь чистил меч, прислонившись к стене пещеры. – Его не учили сражаться. Если бы Тол просто подождал, то увидел бы, как Лориан зарубил человека, ответственного за смерть его сестры. Вместо этого он сам полез в драку и умер без всякой причины.

– Ты бессердечный ублюдок! – яростно бросила Асиния.

Демос одарил ее жестким взглядом:

– Считай это уроком. Ты будешь тренироваться, Асиния, пока руки не покроются мозолями, а ты не перестанешь задумываться над каждым движением. Сегодня ты и сама чуть не рассталась с жизнью. Не думай, что я не заметил. – Брат пристально оглядел пещеру, сейчас, как никогда, походя на лидера, которым был до того, как Регнер заключил его в тюрьму. – В схватке нет места чувствам. – Теперь его янтарные глаза смотрели на меня. – Если позволишь эмоциям взять верх над логикой, то погибнешь. Тол мог бы остаться в живых, и от этого его смерть кажется еще более трагичной. Но его убил не Лориан и не Приска. Он сам выбросил свою жизнь на ветер.

Демос вышел из пещеры. Асиния, похоже, отбросила в сторону скорбь. Теперь на ее лице читалась холодная ярость. Рывком поднявшись с земли, она выбежала из пещеры вслед за моим братом.

Найди слабое место и ткни в него. Возможно, это семейная черта. Нужно как-нибудь спросить у Телиан.

Внутри начала подниматься паника. Прежде я даже не представляла, каково это – полностью лишиться магии. Мы были измотаны. Тол погиб. Нужно отыскать песочные часы. Нельзя, чтобы все эти жертвы оказались напрасны.

– Мы найдем их, кошечка, – проговорил Лориан, наблюдая за мной.

Я попыталась улыбнуться.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я не уйду отсюда, пока ты не получишь свои песочные часы, – ответил он со спокойной уверенностью. Решимость на его лице ясно давала понять, что Лориан не примет другого исхода.

– Спасибо, Лориан. За все.

– Тебе не нужно меня благодарить, Приска. Никогда.

– В какой-то момент, когда все закончится, нам придется поговорить.

– И мы поговорим. – Он наклонился и убрал волосы с моего лица. – Однажды я сказал тебе, что, пока ты не взглянешь в лицо реальности своей жизни, так и останешься ее жертвой. И моя реальность такова, что я в тебя влюблен.

Я издала сдавленный звук. В уголках его глаз появились морщинки, но выражение лица оставалось серьезным.

– Ты не можешь.

– Еще как могу, кошечка.

Я судорожно вздохнула и открыла рот.

– Не нужно отвечать. – Лориан приложил к моим губам палец. Я подняла бровь, и в его глазах промелькнул намек на уязвимость. – Скажешь эти слова, когда на самом деле почувствуешь, – как всегда, высокомерно заявил он. – Мне нужна искренность.

Фейри до мозга костей. Да еще обладающий невероятным терпением.

Прежде все видели в Лориане лишь принца фейри, страшились его репутации, искали выгоду от общения с ним. Но никто и никогда не выбирал его просто за то, какой он.

И все же… Как бы сильно я ни мечтала построить совместное будущее, Лориан имел обязательства перед своим братом и своим народом. А мне надлежало позаботиться о смесках.

Я долго молчала, не решаясь заговорить. И Лориан послал мне улыбку, полную обещаний.

– Нужно идти дальше, – сообщил он.

При взгляде на тело Тола у меня защемило в груди.

– Мы вернемся за ним. – Лориан погладил меня по голове. – Обещаю.

Я кивнула. Понятно, что мы не сможем взять его с собой. Но, как только выберемся из этих пещер, я найду тихое местечко где-нибудь у воды, чтобы его похоронить.

Демос ждал нас возле выхода из пещеры.

– Асиния? – спросила я.

– С Кависом.

– Наверное, тебе придется поработать над вдохновляющими речами, – поддразнила я брата.

– Тайбрис нашел бы нужные слова, – вздохнул Демос. – Он всегда знает, что сказать в такие моменты.

Потянувшись, я сжала его плечо.

– Тайбрис хорошо знал Тола. Известие о случившемся его сильно ранит. Но Тайбрис привык видеть в людях только лучшее. Ты же замечаешь их сильные и слабые стороны. И это хорошо. Только… будь помягче с Асинией.

– Этой женщине меньше всего нужна нянька, – бросил он, поджав губы.

Я закатила глаза:

– Ты дождешься, однажды она отплатит тебе за все.

Сзади подошел Лориан, и Демос повернулся к нему:

– Песочные часы должны быть где-то рядом. Регнер просто так не послал бы сюда железных гвардейцев. Если бы его план сработал, они бы всех нас прикончили.

Но Регнер должен был предполагать, что в нашем отряде окажется по меньшей мере один фейри.

Мы что-то упускали. Непонятное ощущение грызло меня изнутри, но я никак не могла понять, в чем дело.

К нам подошли Кавис и Асиния, на лице которой застыла непроницаемая маска, надежно скрывающая все ее чувства.

– Мне тоже кажется – что-то здесь не сходится, – поддержал Кавис.

Асиния и Демос, старательно избегая смотреть друг на друга, встали рядом с нами, готовые продолжать путь.

– Нам остается только двигаться дальше, – сказал Лориан.

И мы молча зашагали вперед. Там, где когда-то шел Тол, осталось пустое место, и я мысленно рисовала себе различные способы, которыми когда-нибудь прикончу Регнера.

Поглощенная жаждой крови, я не сразу осознала, что остальные остановились. Вытянув руку, Лориан удержал меня, не дав врезаться в спину Демоса.

Тропинка раздваивалась, предлагая нам либо и дальше двигаться прямо, либо свернуть направо. Но правый проход выглядел слишком узким. При одном взгляде на него у меня перехватило дыхание. Наверняка это тупик. Однако Лориан не спешил с выводами.

Вглядевшись в правый коридор, он вытащил кинжал и исчез в проходе, бросив нам:

– Ждите здесь.

Когда он растворился во мраке, сердце забилось чаще у меня в груди.

Через несколько мгновений Лориан вернулся с торжествующим видом:

– Нам сюда.

Прежде мне еще как-то удавалось справляться с клаустрофобией, но уже через несколько шагов по узкому проходу стало казаться, что стены движутся, все сильнее сжимаясь вокруг, готовые раздавить меня, словно виноградину.

Я вздрогнула и принялась считать шаги в попытке замедлить дыхание. От влажного, пропахшего плесенью воздуха кожа вскоре покрылась мурашками.

Мы медленно продвигались по узкому проходу, и, лишь почти