я должна продержаться без особых проблем, — слабо улыбнулась Эва, — давайте двигаться, пока эти твари отступили.

— Хорошо, тогда за мной.

Ступени, как и пол в общем, оказались завалены нечистотами и кучами отходов. Но в ярко пылающем огне Жертвенного мы без проблем спустились ниже, а затем, не останавливаясь, еще глубже. Сразу на третий. Именно здесь, судя по карте, должны были находиться разветвления, ведущие к другим подъемам в подгород.

Карта у нас была красивая с точки зрения каллиграфии, но совершенно отвратительная по факту. Переходы не совпадали, повороты пришлось рисовать самим, этим занималась Лиска. По дороге мы наткнулись на пару гнезд, обнесенных частоколом из костей и черепов, и предпочли обойти их по широкой дуге, благо почти всегда такая возможность была. Почти…

— Ай! — раздался громкий девичий вскрик позади. Оборачиваться времени не было, на меня как раз наседало несколько особо откормленных крысолюдов, вооруженных костяными копьями.

— Что у вас, Лиска⁈ — крикнул я, не отвлекаясь от сражения.

— Это не мы, — удивленно проговорила Эва, — это где-то позади.

— Помогите!!! — раздался уже гораздо отчетливее жалобный вопль странно знакомого голоса, кажется, я его уже слышал. Только вот где? Черт, потом разберемся, вначале нужно разделаться с противником.

— Прорываемся на звук! — крикнул я девушкам, вращая клинок над головой.

Пространства здесь было чуть побольше, так что мне удалось бить в полную силу. В несколько взмахов я отогнал на приличное расстояние противников, и мы ринулись обратно, к вопящему голосу. Несколько крыс столпились вокруг кучи лохмотьев, из которой регулярно показывалась рука с кинжалом. Когда до нее оставалось не больше пяти метров, один из хвостатых умудрился попасть по запястью взвизгнувшей девушки костью и, схватив длинное металлическое лезвие, ринулся наутек.

— Прочь! Прочь пошли! — взревел я, разрубая ближайшего крысолюда. Кровь хлынула из глубокой раны и тут же впиталась Жертвенным почти без остатка, — а ну вылазь! Некогда мусором притворяться!

— Так я это… — неуверенно пропищала миниатюрная дварфийка, выглядывая из тряпья. Твою же мать, это ведь подручная Безгрешного!

Глава 24

— Какого черта ты тут делаешь? Подохнуть захотела? — спросил я у Ксиулан, встряхивая ее за шкирку.

— Увидела, как вы о решетку бьетесь, и решила за вами пройти, — пискнула почти по-мышиному девушка, — интересно же, на кой вы забрались сюда.

— Стоп, ты что, и того, кто замок на решетку повесил, видела? — поймал я важную мысль.

— Ну, он в капюшоне был, высокий. На лице шарф. Так что не разглядела.

— Не о том спрашиваешь, — оборвала ее мысль Лиска. — Как ты через решетку пробралась?

— А, так замок-то простенький был, — пожала плечами дварфийка, — вот и взломала его, почти не глядя.

— Так значит, нам не нужно переться через вражеское логово? — с надеждой спросила Лисандра.

— Не отвлекаемся! — крикнул я, отбивая очередной камень, который чуть не прервал речь вечно недовольной чернокнижницы навсегда. — Двигайтесь к выходу, я прикрою.

Бешеные твари, увидев, что мы отступаем, бросились в бой с новыми силами. Может, они посчитали, что мы проявляем слабость, и поэтому решили добить? Не знаю уж, что там творилось в их крысиных мозгах, но поймать на клинок безумно атакующего гораздо проще, чем нескольких засевших в обороне. Мне это даже труда не составляло.

Одного атакующего, конечно, а не те несколько сотен, которые хлынули на нас со всех сторон. Второй этаж мы пропустили совершенно зря, и теперь оттуда врагов валило чуть ли не больше, чем с третьего. В какой-то момент стало понятно, что просто так нас не отпустят. Огонь Жертвенного, который надежно защитил нас на первом уровне, теперь лишь отгонял самых мелких.

Среди крыс начали появляться особи во вполне приличных доспехах и с вооружением из железа-сырца. Учитывая многообразие, сразу понятно, что это не местное производство — скорее, они украли его на поверхности или сняли с трупов. Последнее было весьма вероятно: на одном из крысиных гигантов, чья голова почти доставала до потолка, я заметил болтающиеся на поясе человеческие и орочьи черепа.

— Они завалили выход хламом! — крикнула Эва, которая пошла по лестнице первой.

— Прекрасно, просто, блин, прекрасно. — Я едва успевал отдышаться между атаками. Жертвенный, вдоволь напившись крови, полыхал, как десяток факелов, и это, пожалуй, единственное, что пока спасало меня от близкого знакомства с гигантом, поигрывающим дубиной, сделанной, кажется, из цельного камня. Сколько эта байда весила, я даже предположить не мог, но то, что на блок такую махину принять не смогу — было весьма однозначно. Ну или это будет последний блок в героической жизни моего двуручного меча.

— Что делать будем? — спросила Лиска дрожащим голосом. Ого, кажись, проняло нашу госпожу-рабыню. Вот только совершенно обосновано. Количество тварей с каждой секундой только увеличивалось, и кажется, более подходящего момента, чем сейчас, для применения моего нового изобретения вряд ли нашлось бы.

— Держитесь у меня за спиной и не высовывайтесь, — крикнул я девочкам, загоняя их на лестницу. Оттянуть пружины, аккуратно, едва дыша, вложить стеклянные ампулы, лежавшие до этого в железном контейнере, забитом ватой. Не дай бог разбились бы раньше времени. Надежно зафиксированные тонкими пружинами, они заняли свои места в трубках и теперь готовы были отправиться в свой первый и последний полет.

Взяв траекторию поверх крысиных голов, я постарался выцелить здоровяка, прущего позади толпы и гонящего мелюзгу на убой. Стоило убрать в сторону предохранитель, как пружина звонко щелкнула, отправляя капсулу на двадцать метров. Пролетев это расстояние за пару секунд, ампула с тихим звоном разбилась, и маслянистая жидкость разлилась по телу здоровяка.

— Ну и на кой ляд ты это сделал? — возмутилась Лисандра. — Умыть его захотел?

— Помолчи хоть секунду! — не выдержал я. Черт, неужто состав перепутал? Вроде при тесте все правильно было, чуть не сжег лабораторию, когда запаивал заказанные у стекольщика колбы, запихнув их в воду, чтобы не дать проникнуть в состав воздуху. Я уже собирался послать следующую, как с шипением жидкость вспыхнула, мгновенно перекидывая пламя на шерсть крысы.

Бешеный, полный боли и отчаяния визг заполнил коридоры подземелья. Боец старался сбить пламя, кувыркаясь по полу, однако самовозгорающаяся жидкость была сделана на совесть, и уже через несколько секунд гигант замер, лишь вздрагивая в смертельных конвульсиях. Запах вонючего жареного мяса ударил в ноздри, пробиваясь даже через уже