– Я медсестра-убийца, – пробубнила та. – Мне не хотелось надевать костюм, но моя мать закатила сцену, так что я взяла её форму и пищевой краситель. Кажется, это немного её взбодрило. Она… Ну, вы видели. Не очень высокая.

Повисла неловкая тишина, и Мэг решила, что с неё достаточно подросткового мира.

– Я домой. – Она ткнула пальцем Мэйсона.

– Это Мэг, – вздохнул Мэйсон. – Моя сестра. Я… хожу с ней за конфетами.

– Это мило с твоей стороны, – подметила Мари.

– Ну да, – ответил он, в очередной раз вздохнув.

У Мэйсона был взгляд, который был слишком хорошо знаком Мэг. Взгляд под названием «Давай заканчивай, у меня есть дела поважнее». А Серж и Бекка тем временем продолжали болтать, словно вокруг больше никого не существовало.

– Ладно, – сказала Мэг. – Я пошла.

Она зашагала по тротуару, проводя рукой по заборной решётке, с облегчением оставив подростков позади. Мэг была сосредоточенна. На Хэллоуин нужно быть сосредоточенной. Это была миссия, целью которой была добыча конфет. Раньше Мэйсон это понимал. Много лет назад, когда он ещё не был слишком крут для неё, они атаковали улицу с идеальной точностью, не пропуская ни одного дома. В те дни каждый из них возвращался домой с добычей, которой хватало до Дня святого Валентина. Славные были деньки. Тогда Мэйсон действительно играл с игрушками, которые теперь украшали его стол. Возможно, он и тогда был слишком взрослым, но Мэг было всё равно. Годзилле было весело приходить и разрушать её Домик Барби. Хоть она и кричала, но в глубине души Мэг это нравилось.

Девочка вздохнула и двинулась дальше, не желая пока сдаваться. Она с мрачной решимостью направилась к следующему дому в этом квартале, когда услышала странный звук, словно простыня хлопала на ветру. Она подняла взгляд и увидела девочку, её ровесницу, стоящую в белом пятне света под уличным фонарём.

Девочка была одета во тьму: чёрные толстовка с капюшоном и юбка, короткие чёрные волосы. Мэг казалось, что она сотворена из тени, отчего её белое, словно кость, лицо светилось ещё ярче в свете уличных фонарей. Мэг прошла мимо и увидела её бледно-голубые глаза, которые сияли настолько ярко, что Мэг пришлось отвести взгляд. Оказавшись рядом со странной девочкой, Мэг заметила, что та держит в руках куклу, одетую в небесно-голубое платье принцессы. Такое же, в какое была одета она.

– Она выглядит как ты, – прошептала девочка, но Мэг не останавливалась. Она смотрела прямо, прислушиваясь к шагам, отдаляясь от девочки всё дальше. Та заговорила снова, но на этот раз её слова звучали так, будто она произносила их прямо у уха Мэг.

– Не отходи от своего брата.

Мэг вскрикнула и обернулась, но, к её удивлению, дорожка позади неё была пуста.

– Конфеты, – прошептала она, сделав глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Я здесь… за конфетами.

Она продолжила идти по улице. Следующий дом был окружён кованым железным забором, который украшали несколько старомодных декораций. Тыквоголовое пугало, которое словно светилось изнутри зелёным сиянием. Паутина на почтовом ящике. Несколько воронов, сидевших на перилах. Ничего особенного, но после всех вычурных домов, которых она насмотрелась за сегодня, было что-то приятное в этой простоте. Мэг прошла по дорожке и прищурилась – дом выглядел пустым, а окна казались тёмными и безжизненными. На крыльце стояла большая миска с запиской: «Возьми одну или несколько… выбор за тобой».

Мэг потянулась к миске и схватила шоколадную конфетку, затем огляделась и взяла ещё одну. Она была уже на полпути к дорожке, когда услышала, как кто-то шаркает за её спиной. Мэг обернулась. На крыльце стояла пожилая женщина в красном плаще с узором в виде паутины. Мэг с трудом вспомнила её имя. Она была тихой, но дружелюбной соседкой, которая обычно держалась от всех подальше. В руках та держала деревянную трость со странным лицом, вырезанным на самом её кончике.

– С-спасибо, – пробубнила Мэг.

– Всегда пожалуйста, – ответила женщина, мягко улыбнувшись.

Женщина что-то шептала себе под нос, но Мэг не могла разобрать ни слова. Вдруг подул ветер, развевая края платья женщины. Казалось, она смотрела не на Мэг, а на что-то позади неё.

Старуха кивнула.

Мэг вдруг почувствовала себя очень холодно и одиноко, а когда обернулась, то путь обратно преграждало украшение, которого раньше здесь не было – пугало. Оно было огромным, почти три метра в высоту или больше. Заслоняя собой уличные фонари, оно отбросило на Мэг свою тень, а его зеленоватый, призрачный свет каким-то образом разгорелся ещё ярче. Пара тонких рук-ветвей потянулась из-под чёрного пальто, спадающего до самой земли. Мэг долго смотрела на этот ужас, пытаясь убедить себя, что это чья-то дурацкая шутка. Какой-нибудь подросток поставил это пугало у неё на пути. Они частенько кого-то разыгрывали, особенно на Хэллоуин.

Мэг сделала шаг вперёд. Затем ещё один.

Пугало зашевелилось.

Ничего особенного. Возможно, это был ветер. Что бы это ни было, Мэг знала, что это не были проблески её воображения, потому что она услышала треск одной из веток внутри пугала. От этого звука ей захотелось закричать. За пугалом она всё ещё видела, как Мэйсон болтает со своими друзьями, и не могла поверить, что он не заметил её, стоящую словно мышка перед безмолвным котом. Она снова посмотрела на тыквоголового. Длинная нить непонятной жижи свисала из его мрачной, зубастой акульей пасти. Это были тыквенные внутренности. Оранжевые и полные семян.

У пугала текли слюни.

Мэг больше не могла держаться и сделала шаг назад. Что-то метнулось за ней, и девочка посмотрела на своё запястье. Его обхватила хрупкая, костлявая рука, и, когда Мэг подняла взгляд, тыквенное лицо смотрело на неё сверху вниз, ухмыляясь. Оно было голодно. Последнее, что она могла сделать, прежде чем её схватили, – это крикнуть имя брата.

Глава 6 Помню кого?

– Кажется, они подружились, – сказал Мэйсон Мари. Они шли на несколько шагов вперёд от Бекки и Сержа, и со стороны казалось, будто тот только что сказал нечто уморительное.

– Это ещё мягко сказано, – ответила она.

– Видимо, ей нравятся шутки спортсменов, – подметил Мэйсон.

– Ты не поверишь, какая она на самом деле задротка, – сказала Мари.

– Не сомневаюсь, – пренебрежительно отозвался Мэйсон.

– Я серьёзно, – настояла девочка. – Она с четвёртого класса собирает камни. Половина её комнаты заставлена жеодами и горными породами.

Мэйсон не смог сдержать смех.

– Что ж, каждому своё.

– Ладно, я должна признаться. Мне пришлось гуглить, кто такой Эш Уильямс, – сказала Мари.

Мэйсон не мог в это поверить. Мари что-то узнавала ради него. Процент вероятности этого события был настолько