и готовя их любимые блюда. Ближе к вечеру, когда они уснули, я решила проверить почту. И тут меня словно ударило током. В папке "Спам" я обнаружила письмо от Артура. В нем было всего несколько слов: "Я знаю, где ты, Зоя". Ледяной ужас сковал меня. Как он нашел меня.

"всё, нам конец" — в ужасе прошептал внутренний голос, — "Кац, предлагает сдаться".

*********

Милые женщины, примите мои самые искренние поздравления с чудесным праздником 8 марта! Пусть ваши сердца будут полны любви, глаза сияют от счастья, а удача сопутствует во всех начинаниях.

С любовью, Иветта Армер

Глава 11

Мысленно вознеся благодарность безвестному гению, умудрившемуся втиснуть в этот номер мини-кухню, я поставила варить кофе, а в голове, словно в разъяренном улье, с бешеной скоростью роились предательские мысли: кто мог выдать где я нахожусь? Я обмолвилась лишь Лене, но чтобы она… предать? Невозможно, абсурд.

Крепкий, обжигающий кофе почти не принес облегчения. Выскользнув на балкон, я попыталась унять ледяное смятение, когтями вцепившееся в сердце.

«Нужно что-то решать», — настойчиво твердил внутренний голос, звучавший набатом обреченности.

Стук в дверь грянул неожиданно, как выстрел в звенящей тишине. Уверенная, что это Света, я распахнула дверь и замерла, словно пораженная молнией. За порогом возвышался исполинский букет алых роз, каждая из которых казалась окровавленным сердцем, а в самой глубине пряталась записка, нагло шепчущая: «Приятного отдыха, малышка Зоя». Это он. Артур. Без тени сомнения.

Дыхание перехватило, мир съежился до размеров этой записки, превратившись в черную дыру, готовую поглотить меня целиком. Артур. Как он меня нашел? И зачем этот багряный саван? Угроза? Издевка? Больная забота? Ответов не было, лишь ледяной ужас сковал тело, превращая в статую.

Не раздумывая, я захлопнула дверь, прислонившись к ней спиной, словно она могла защитить меня от чего-то невидимого, но всепоглощающего. Ноги подкашивались, а пальцы судорожно сжимали проклятую записку, словно ядовитую змею. Швырнув ее на пол, я взглянула на букет, словно зачарованная. Алые лепестки полыхали, источая приторный, удушающий аромат. От цветов нужно избавиться. Собрав волю в кулак, я вытащила букет в коридор и со всей силы швырнула его в ближайшую урну, будто изгоняя демона.

Поток мыслей не прекращался, пока меня не отвлекла Света, вернувшаяся со свидания. Она сияла и взахлеб рассказывала, какой внимательный ее новый знакомый. Узнав, что она никогда не была в Абхазии, он тут же предложил ей и детям отправиться туда вместе на несколько дней.

Завтра воскресенье, предвкушение общего дня в кафе смешивалось с грустью скорого отлета. Работа звала, неумолимая и властная. Света, словно неугомонная птичка, щебетала об Армене, и в каждом ее слове, в каждой улыбке расцветала новая симпатия.

Приняв душ, я погрузилась в объятия мягкой постели, и внезапно, словно призрак из прошлого, возник Артур. Я вновь и вновь переживала тот поцелуй, ощущала предательский отклик тела, которое, вопреки доводам рассудка, жаждало его прикосновений. Голос разума твердил о бесперспективности этой связи, но плоть упрямо твердила обратное.

"Похоже, Стокгольмский синдром пустил корни", — язвительно прошептал внутренний голос.

Воскресенье пролетело в приятной суете. Света купалась в лучах влюбленной эйфории, дети радостно галдели, предвкушая абхазские приключения. Армен, казалось, воплощал собой саму галантность и заботу. Наблюдая за этой идиллией, я отчаянно пыталась убедить себя, что все наладится, что Артур — лишь досадная ошибка, как вдруг по телу побежала предательская дрожь. Я знала это состояние, он тут, стоило лишь повернуть голову, как наши взгляды встретились, и к своему ужасу я не могла отвести взгляд.

Он смотрел на меня как хищник, настигший свою жертву. От оцепенения меня отвлек звук входящего сообщения: "Буду ждать тебя через час, гостиница «Золотая рыбка», номер 103". Я решила ничего не отвечать, не желая омрачать наши посиделки в кафе.

SMS: «Не придешь, я заберу тебя сам, решай» — написал он следом.

SMS: «Я приеду, пришло время поговорить» — отправив это, почувствовала, как по спине пробегает ледяная дрожь предчувствия. Безумие. Игра с огнем. Но другого выхода я не видела. Нужно было встретиться с ним лицом к лицу, выяснить его намерения и поставить жирную точку.

Спустя минуту я проверила мессенджер, сообщение было прочитано, и Артур стремительно покинул кафе. Сказав подруге и ее спутнику, что мне нужно срочно в номер, якобы просили переслать темы курсовых…

«Господи, что ты несешь, какие курсовые в воскресенье» — взмолился внутренний голос, осознавая всю абсурдность ситуации.

Он играл со мной, как кошка с мышкой, и я, кажется, согласилась на эту роль.

Подъехав к гостинице, сердце колотилось так, что казалось, вырвется из груди, оставив зияющую рану. Указанный номер мне не составило труда найти, дверь была приоткрыта, словно приглашая в бездну. Он ждал, он был уверен, что я приду. Я вошла в номер, стараясь скрыть предательскую дрожь в коленях. "Артур", — прошептала я, и мой голос эхом разнесся в тишине.

Мое волнение усилилось, как только он повернулся и направился ко мне.

«надеюсь, он не будет сейчас приставать, долго сопротивляться не смогу» — взмолился внутренний голос.

— Я знал, что ты придешь, малышка Зоя — голосом не терпящего возражения сказал он.

— Артур, нам нужно поговорить, так не может дальше продолжаться, — попыталась я ему возразить, но он лишь усмехнулся и приобнял меня, я не в силах пошевелиться продолжала говорить, — мы не можем, нам нельзя, ты студент, я преподаватель, — повторяла ему слова, которые сказала несколько дней назад.

Он лишь наклонился и чуть дотронулся губами моей шеи: — кто нам запрещает? Зоя, мне 24, ты чуть старше, что плохого, если ты мне понравилась? — продолжал он, а у меня уже табун мурашек пробежал по телу: — я же чувствую, что и я тебе нравлюсь, твое тело отзывается на мои прикосновения…

Через какое-то мгновение он прижал меня к себе, и я почувствовала, как он возбужден…

«ого, там что у него дубина что ли спрятана» — опешил внутренний голос

Я хотела продолжить разговор, как вдруг его губы нашли мои, настойчиво, требовательно. Я попыталась отстраниться, но его руки крепко держали меня, не давая ни малейшего шанса на бегство. Разум кричал об опасности, о недопустимости происходящего, но тело предательски подчинялось его воле. Поцелуй становился настойчивым, обжигающим, лишающим воли и рассудка. Я чувствовала, как таю в его объятиях, как рушатся все возведенные мной барьеры.

Его руки скользнули под мою кофту, лаская кожу. Я вздрогнула, но не отстранилась. Он оторвался от моих губ, глядя в глаза с нескрываемым желанием.