к ее лбу. Но прежде чем я успеваю забрать свой законный выигрыш, в кармане настойчиво жужжит телефон, сообщая о прибытии машины. Черт. Ноль звезд этому водителю за то, что обломал такой момент.

Мы забираемся в салон, и когда устраиваемся бок о бок на заднем сиденье, я опускаю ладонь на ее бедро, лениво очерчивая большим пальцем круги на ткани. Таксист без умолку болтает все пятнадцать минут, пока мы едем до ее дома в Бэк-Бэй, совершенно не замечая густого, осязаемого напряжения, которое повисло между нами.

Я выбираюсь со стороны пассажирского сиденья и протягиваю Майе руку.

— Я провожу тебя до двери.

— Тебе правда не обязательно…

— Я хочу.

Игнорируя ее заверения в том, что она в состоянии без приключений дойти до собственной квартиры, я бросаю водителю, что вернусь через минуту. Майя живет на пятом этаже старого дома без лифта, на отсутствие которого она ворчит всю дорогу наверх. Лично я никаких претензий не имею, учитывая, что вид на ее фигуру сзади открывается просто первоклассный.

— Спасибо за этот вечер, — произносит она, когда мы наконец добираемся до нужной площадки. Остановившись у своей двери, она неловко переминается с ноги на ногу и прикусывает нижнюю губу. — Мне было очень весело.

Я делаю шаг вперед, затем еще один, пока мы не оказываемся зажаты грудь к груди, а она не упирается спиной в деревянное полотно. Между нами искрит так, что этой энергии хватило бы на вечную подзарядку Теслы. Заправив непослушную прядь ей за ухо, я медленно наклоняю голову, давая ей кучу времени, чтобы оттолкнуть меня, если она захочет. Она не шевелится.

Сделав последний вдох, я жадно накрываю ее губы своими. Наши языки сплетаются в яростном, горячем танце, пробуя и дразня друг друга. Я перехватываю ее за талию, прижимая ближе к себе, и когда она в ответ тесно прижимается к моему уже ноющему от напряжения члену, из самой глубины моей груди вырывается глухой стон. Внутри разгорается голодный пожар — мощный выброс адреналина, который можно сравнить разве что с ощущениями во время жесткого вбрасывания на льду.

Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, оба судорожно и часто хватаем ртом воздух. Черт. Я перецеловал кучу женщин в своей жизни, но еще никогда мне не хотелось вернуть чужие губы моментально после окончания поцелуя так сильно, как сейчас.

Майя лениво перебирает короткие волоски у меня на затылке.

— Твой рейтинг в такси окончательно рухнет, если ты заставишь водителя ждать еще дольше.

Я утыкаюсь лицом в ее шею, нежно прикусывая чувствительную кожу зубами.

— Я напишу тебе завтра, идет?

— Хорошо.

Этот еле слышный шепот едва не лишает меня остатков самообладания. Я уже готов наплевать на все рейтинги и пойти на второй круг, но она аккуратно ускользает внутрь квартиры, одарив меня напоследок робкой, мягкой улыбкой, и закрывает дверь.

Я на секунду прижимаюсь лбом к прочной древесине, заставляя дыхание выровняться, после чего буквально слетаю вниз через все пять пролетов.

Дома я вырубаюсь почти мгновенно и сплю так крепко, как не спал уже очень давно. И только когда Гусь начинает жалобно поскуливать у кровати, я с неохотой разлепляю веки. Будильник еще не звонил, но в комнате почему-то подозрительно светло.

Перевернувшись на другой бок, я тру лицо ладонью и хватаю с тумбочки телефон, чтобы проверить время. Стоит экрану вспыхнуть, как на меня лавиной валится куча сообщений.

ㅤㅤㅤ

Чат: «Рыси» Парни

ㅤㅤㅤ

Джейк Рейд:

Уоу, Берретт. Мы вместе едем в аэропорт или как?

Аллоооооо?

ㅤㅤㅤ

Логан Кларк:

Мы можем вообще-то сосредоточиться на том, что я, кажется, влюбился?

ㅤㅤㅤ

Кэмерон Дэвис:

Уверен, Берретту просто перепало, вот он и дрыхнет без задних ног.

ㅤㅤㅤㅤ

Логан Кларк:

Его вообще-то могли похитить ради выкупа или типа того.

ㅤㅤㅤㅤ

Джейк Рейд:

Взрослых людей нельзя ПОХИТИТЬ как детей, идиот.

ㅤㅤㅤㅤ

Логан Кларк:

Это просто тонкости терминологии.

Так что… вы пойдете ко мне на свадьбу свидетелями?

ㅤㅤㅤㅤ

Кэмерон Дэвис:

Ладно, теперь и я начинаю немного переживать.

ㅤㅤㅤㅤ

Логан Кларк:

С чего вдруг? Эллиотт отличный парень. 10 из 10.

ㅤㅤㅤ

Кэмерон Дэвис:

Ой, да пошел ты, Кларк. Ты прекрасно понял, о чем я.

ㅤㅤㅤㅤ

Джейк Рейд:

Не подначивай его. Он бы с радостью это сделал, будь это анатомически возможно.

Коул, наш самолет вылетает меньше чем через час. А ну, блять, просыпайся.

ㅤㅤㅤ

Что ж, похоже, это был мой самый лучший сон за долгое время по одной простой причине — я умудрился проспать свой будильник на целых три часа. Черт.

Глава 5

Майя

— Это что… — голос Кеннеди затихает, пока она делает шаг ближе к скульптуре перед нами.

— Женская репродуктивная система, которая по совместительству подрабатывает автоматом с жевательной резинкой? — подсказываю я, сдерживая улыбку. — Ага. Похоже на то.

— Ладно, круто. Просто решила убедиться.

Она обходит арт-объект по кругу, словно это поможет разглядеть в нем хоть какой-то смысл.

Удачи. Выставка, на которую мы пришли, называется «Политика хлама — осмысление авангарда». Я понятия не имею, что это вообще значит. Когда Софи позвала меня на открытие галереи своей подруги, я легко согласилась, отмахнувшись от ее предупреждений о провокационной и парадоксальной природе этого искусства. Но теперь, видя изрыгающую жвачку матку, я начинаю понимать, о чем она говорила.

Мы с Кеннеди оставляем в покое женскую анатомию и неторопливо бредем по залу. Пространство галереи оформлено под жилую комнату с разбросанными тут и там диванами. Журнальные столики, украшенные светильниками и книгами, помогают создать ощущение, будто мы находимся у кого-то дома в окружении всех этих шедевров. И это действительно работает. Здесь на удивление уютно для галереи, где выставляются работы с шестизначными ценниками.

Остановившись плечом к плечу, мы изучаем масляный портрет какого-то европейского короля, поверх которого неоново-розовой краской из баллончика выведено «К черту патриархат».

— Вот это мне определенно по душе. — Моя лучшая подруга решительно кивает, после чего берет какую-то жареную закуску с подноса проходящего мимо официанта. Стоит ей отправить кусочек в рот, как из ее горла вырывается стон, достойный порноактрисы. — Этот шарик из макарон с сыром только что подарил мне оргазм получше, чем любой мужчина в моей жизни.

Попробовав это оргазмическое лакомство сама, я прихожу к выводу, что даже не могу назвать ее драматизирующей дурой. Это действительно чертовски вкусно. Мы продолжаем нашу самостоятельную экскурсию по