Болгарский диск группы АВВА обойдётся в пятнашку. А вот за фирменный «Pink Floyd» придётся отстегнуть тридцатник, не меньше. Возят на продажу морячки и те, кто в Европах бывает. А где такие деньжищи взять? Но есть выход. У меня знакомый меломан ездит в Москву и покупает бобины пятисотки с хорошими записями. Там и диско, и рок. Потом он дома копирует записи. Аппаратура у него самая навороченная. Дядька моряк и ходит в загранку. Запись на нашей аппаратуре стоит около трояка. На японской до семидоходит. Если плёнка его — то наша «Свема» или «Тасма» выйдет червонец, а немецкая «Basf» пятнашка. Но там металлизированный ракорд, качество — закачаешься. Звук просто нереальный. Макс берёт у проверенного продавца, прямиком оттуда, — и парень кивнул в сторону Китая. Видимо полагая, что Германия в той стороне.

— Ага, интересно. Прошаренный ты чувак, Паха. Покажешь свои богатства?

В самом деле познавательно. Если верить Павлу, топ в диско безоговорочно сейчас занимают «АВВА» и «Smokie». Дальше шёл негритянский «Boney M». Это из лидеров по популярности. Чуть ниже «Bee Gees», «Donnа Summer» и «Amanda Lear».

Но Павел больше тяготеет к серьёзной музыке. Поэтому в его коллекции известные всему миру «Deep Purple», «Led Zeppelin», разумеется «Pink Floyd». А также забойный «Black Sabbath». До кучи «AC/DC» и «Scorpions».

— А это у меня для девчонок, — смутился парень. Он показал мне записи классиков итальянского Сан-Ремо. Неувядаемый суперпопулярный Andriano Celentano, Ricchi Poveri, Toto Cutugno, Gianni Morandi и так далее. Здесь выбор поскромнее, больше сборники-медляки для охмурёжа одуревших от сладкоголосых итальянцев одноклассниц.

— Ну если только на пару дней, — вдруг упёрся Павел. А ведь всего лишь я попросил у него пару бобин с музыкой. У нас дома стоит новенький «Маяк-205», бате на работе дали как передовику производства. Тарахтит как трактор, но воспроизводит неплохо. Особенно ежели предварительно протереть головку спиртом. И слушать лучше в наушниках. Так эффект выше.

Надеждин брат буквально с трясущимися руками передавал мне свои записи. И в самом деле фанатик.

В середине июля началась Московская Олимпиада, отец к этому событию даже купил новый телевизор. Вместо нашего чёрно-белого «Горизонта» мы приобрели цветной «Темп». И каждый вечер теперь садились к телевизору и смотрели репортажи. Часть в записи, а некоторые — прямая передача с арены. Интересно, впервые я столкнулся с такой чёткой организацией. Одно открытие Олимпиады чего стоит.

Я не знаю, кто первый начал драку. Но заваруха вышла знатная.

С утра за мной зашёл Андрюха, — Димон, заставляешь себя ждать. Парни на улице ждут. Давай мухой одевайся, — а и в самом деле, совсем вылетело из головы, что в субботу мы собрались покупаться.

Местная река Ишим в районе городе не приспособлена для этого дела. Грязная, да и пляжа подходящего нет. А что вы хотите от степной реки, притока Иртыша. Вот за городом говорят есть специальные места для купания. Но наши предпочитают ездить на песчаный карьер. Там имеется озеро, которое образовалось после затопления грунтовыми водами старого карьера. Вот туда городские власти даже мелкий песочек завезли и поставили грибки от солнца.

Ехать к озеру нужно с пересадкой. Зато, когда мы изрядно пропотев в душном переполненном автобусе, вывалили на остановке, народ дружно рванул в сторону виднеющейся воды.

Нас было девять человек, включая двух девчонок. Кроме одного парня остальных я уже видел у нас на «пятачке».Мы, разумеется, шли не пустые, ребята тащили две трёхлитровых банок пива и пару вяленых лещей к нему.

Вода, несмотря на жару, прохладная. Говорят, тут холодные ключи со дна бьют. А пока ребята телились, я быстро разделся и побежал вниз к воде. Дно сложное и с разбега не получится, хватает камней. Поэтому осторожно зайдя по пояс, я наконец поплыл.

Кайф, сразу городской шум и проблемы ушли на второй план. Только я и вода, я и летящий высоко в небе орёл. А может беркут. А ещё от лодочной станции Леонтьев громко поёт о том, как он летает на дельтаплане. Прямо для меня поёт. Я тоже раскинул руки и отдался на волю стихии, тихо покачиваясь на небольшой волне.

Я почти уснул, но мимо меня шумно отфыркиваясь проплыл какой-то великий пловец. Пришлось перевернуться на живот и поплыть назад к берегу.

А это что за веселье. К нашим ребятам присоединилась группа чужих. Не знаю, что там они не поделили, может место в тени. Но разговор престаёт быть интеллигентным. Слышатся матюшки и угрозы. Девчонки, и наши, и ихние застыли в сторонки. Противников больше на двух человек. Но с моим выходом из воды наступил относительный паритет.

— Что за шум, а драки нет? — я настроен благожелательно. Ну в самом деле, чего тут делить, рядом ещё два грибка, под которыми никого нет.

Не знаю, кто первым начал, но Славик вдруг отлетел в сторону. А когда выпрямился, по его лицу текла кровь.

— Аааа, — ломанулся на врага Андрюха и понеслось. Но как-то так получилось, что я остался без противника. Парни быстро из боксерского поединка перешли к борцовскому. Дрались неумело, но с душой. То один, то другой вылетали с красными от напряжения лицами.

— Ах ты ж @ука, — один незнакомый парень с растрёпанной шевелюрой решил, что я удачная цель для его кулака. Наконец и я отмер от ступора. Тело опять взяло управление на себя. Пока я медленно соображал, ноги сделали быстрый шажок к противнику. Я как бы скользнул чуть вбок. А потом быстрое движение стопой, толчок в грудь и противник с криком летит на землю. Из кучи-малы вылетает следующий кандидат. Этого я прихватил за руку, крутанул и броском через бедро швырнул на крупный песок. Бедолагу так приложило, что он сдавленно хекнул и поплыл. Просто раскинул руки, пытаясь обнять небо. Это послужило знаком к окончанию битвы, наши победили, враги бегут. Правда при этом грозятся вернуться, но это уже жалкий лепет проигравшей стороны.

— Как мы их, — храбрится Андрюха.

— Да уж, а видали мой коронный удар? Этому их мордохрюку сразу поплохело, — Славик сам пострадал чуть ли не больше всех. Ему прилетело по носу и сейчас он прижимает к пострадавшему месту мокрое полотенце, заботливо принесённое кем-то из девчонок.

— Димон, а ты красава, как припечатал этого хмыря. Жалко он мне не попался, я бы его здесь похоронил, — ну вот и мне досталось толика почестей. А Андрюха до сих пор на