Ваня, допив из кружки остатки чая. — Что мне теперь делать: возвращаться во Владимир или остаться здесь?

— Оставайся. Команды же не распустили, значит, надеются, что скоро всё образуется, — Лена подлила ему ещё чая с ромашкой.

— Зачинщики пойманы. Соберут свидетельские показания, и турнир продолжится, — ответил я, ощущая внутреннюю пустоту. Надо лечь и выспаться, а то источник наполняется очень медленно.

— Тебе что-нибудь известно? Демидов что-то сказал? — подался вперёд Ваня и внимательно посмотрел на меня.

— Нет, ничего не сказал, но это и так ясно.

Мы ещё немного поговорили и разошлись по комнатам.

* * *

На следующее утро, когда мы позавтракали, и я проводил Лену до ожидающей её машины, позвонил Дима.

— Сашка, пока у тебя есть время, предлагаю съездить к моему знакомому.

— К какому ещё знакомому?

— К магу растений. Я хотел вас познакомить.

— Ну ладно, поехали.

Маг растений, о котором говорил Дима, жил довольно далеко от столицы. На дорогу ушло целых три часа. Мы заехали в небольшую деревеньку и двинулись по узкой, заснеженной дороге.

— Я не знаю, где именно он живёт. Надо спросить у местных, — сказал Дима, выглядвая в окно.

Вскоре мы увидели старика, который вышел из леса на широких охотничьих лыжах и с большим рюкзаком за спиной.

Он скатился на дорогу, снял лыжи и устало побрёл навстречу нашей машине. Дима вышел из машины.

— Добрый день, любезный. Мы ищем Степана Кедрова. Не подскажете, где он живёт?

— Добрый, раз не шутишь, — прохрипел старик в ответ, смачно высморкался и махнул рукой в мохнатых рукавицах. — Там, на отшибе живёт он Только его здесь по-другому кличут.

— И как же?

— Моховиком зовём. По-доброму, — улыбнулся он, отчего потемневшее морщинистое лицо озарила добродушная беззубая улыбка.

— Ясно, — кивнул Дима и забрался в машину.

Мы проехали через всю деревню и вскоре увидели дом, больше похожий на землянку. Крыша с кирпичной трубой едва виднелась из-за сугробов.

Глеб приехал с нами. Он вызвался пойти первым и разведать обстановку. Дима попытался протестовать, ведь мы приехали не к врагу, а к другу, но мой телохранитель был непреклонен.

Мы прошли по узкой тропе к распахнутой калитке, когда из-за дома выбежал огромный лохматый пёс и с рыком помчался на нас. Глеб уже приготовился атаковать опасного зверя, но тут дверь дома приоткрылась и послышался свист. Пёс остановился и замер, как вкопанный. От былой враждебности не осталось и следа, а хвост радостно забил по земле. Однако он полностью закрыл собой проход.

— Стёпка, это я — Дима Филатов! — прокричал отец.

Дверь сильнее приоткрылась, и показался обросший дед. Приставив ладонь ко лбу, защищаясь от солнца, он оглядел нас и спросил на удивление молодым голосом.

— Здорова, Дима! А кто с тобой?

— Сын мой Саша и его телохранитель!

— А-а, ну проходите, проходите, — махнул он рукой и снова свистнул. Только на этот раз тональность была другая.

Пёс развернулся и неспеша убежал по тропе за дом, а мы втроем зашли в темные сени.

— Ноги от снега отряхните и заходите, — велел хозяин дома и открыл следующую дверь.

Потоптавшись у порога, мы зашли в дом.

— Ну здорова ещё раз, чертяга! — Степан Кедров крепко обнял Диму. — Какими судьбами в нашу глушь?

— О деле потом, — отмахнулся Дима. — Сначала познакомься с сыном моим.

Тот, кого я принял за старика, оказался не старше Димы. Длинная нечёсаная борода и копна вьющихся русых волос прибавляли ему возраста.

— Помню я Сашку. Только ему лет пять было, когда мы в последний раз виделись, — Степан сначала крепко пожал мне руку, а потом заключил в медвежьи объятья. — Ух какой стал. Богатырь!

— Рад с вами познакомиться, Степан… Как вас по отчеству? — ответил я.

— Да ладно тебе, давай по-простому, по-дружески. Не надо мне «выкать». Степан я, понял?

— Понял, Степан, — кивнул я.

Глеб пожал руку магу растений, но оставался как всегда собран и суров. Настоящий телохранитель.

Пока мы здоровались, Дима принялся выкладывать на стол гостинцы, которые мы купили по пути: шоколад, вяленное мясо, набор садовых инструментов, полотенца, кухонные ножи, и ещё много того, что может пригодиться в хозяйстве.

— Чувствую, не просто так вы ко мне наведались, — сказал Степан, когда мы сели за стол, на котором появились различные варенья, мёд и яблочная пастила. — Говори, Димка, какая нужда заставила приехать ко мне?

— Прав ты, Стёпка. Нужда, — горько усмехнулся Дима. — По-другому мы с тобой не видимся. В сыне всё дело.

— А что такое? — маг внимательно посмотрел на меня.

— Ты сам скажи, — загадочно ответил отец.

Степан усмехнулся и велел мне.

— Ну, Сашка, давай сюда руку. Гляну, что к чему.

Мне самому стало интересно, что он намерен делать. Я протянул руку, которую он повернул ладонью вверх и внимательно вгляделся.

— Да ты что! Не может быть! — выкрикнул он и вытаращился на меня испуганными глазами. — Дима, твой сын… двуликий.

Глава 23

Мне не понравилась реакция Степана. Неужели он видит меня? Настоящего меня…

— Что значит «двуликий»? — совладав с собой, спросил я.

Степан ничего не ответил. Он продолжал вглядываться в мою ладонь, проводя указательным пальцам по линиям.

— Двуликие имеют склонность к двум видам магии, — ответил за мага Дима.

— Верно, верно, — повторил словно мантру Степан и поднял на меня взгляд.

У него были карие глаза с золотистыми прожилками. Прямо как у тигра, проживающего в жарких тропических лесах Бриголии. Шкура этого тигра лежала в свое время на полу у моей кровати в башне.

— Ты уже открыл в себе вторую способность? — спросил он.

— Да, — вновь вставил Дима. — Именно поэтому мы пришли сюда. Только ты сможешь научить его управляться магией растений.

— Что? Ты — маг растений? — на лице Степана читался нескрываемый восторг. — Дима, ты привёл ко мне ученика⁈

— Ученик — это слишком сильно сказано, — осадил я его. — У меня нет времени на то чтобы учиться всем премудростям этой способности. Нужен всего день или два, чтобы понять, что вообще я могу.

— День или два? — словно эхо повторил он. — Но за это