в здание штаба Армии. Здесь стража была не чата руанской — даже легендарному бригадиру велели постоять в адъютантской, пока не доложат… Только вот Гванук не мог и не имел ни малейшего желания ждать. На плечах охраны он буквально ввалился в кабинет генерала.

— Куда ты ее дел⁈

Сиятельный Ли Чжонму удивленно вздел брови. Поднялся. А потом испуганно глянул чуть левее.

Банальный обман или…? Гванук скосил глаза влево: к его шее, прямо над горжетом прилипло острие клинка. Не меча, не копья, а узкого тонкого местного стилета. Стражник — немолодой уже чосонец из самых первых солдат Армии, какой-то из бесчисленных Кимов — мягко держал кинжал в руке.

«Он убьет меня без раздумий» — быстро понял Гванук. Дело в том, что он знал, что у этого стражника под латами, под одеждой висит на груди маленькая медная бляшка с кривым изображением лошадки. Знак тайного ордена убийц-шиноби. Уже много лет они охраняют генерала, избавляются от его врагов… но еще до Цейлона сам генерал поручил Гвануку выявить всех шиноби в Армии. Ибо сам их побаивался.

Гванук толком не справился с этой задачей. Лидер их — ниппонец Буцефалий — бесследно пропал сразу после прибытия в Европу. Кроме него, Гванук смог вычислить всего шесть-семь человек, как, например, этого Кима (и то, лишь потому, что тот почти не скрывал свою принадлежность к клану). А еще бригадир О знал, что шиноби знают, что он их ищет. И поэтому Ким пустит оружие в ход без раздумий.

Гванук медленно развел руки в стороны, показывая, что он успокоился. Хотя, он ни черта не успокоился!

— Что происходит? — сухо спросил генерал, не спеша отсылать охрану. — Ты чего вытворяешь О?

— Куда ты ее отправил… мой генерал? — еле сдерживая рычание в груди, тихо повторил Гванук.

— Опять… Кого дел-то⁈

— Её! — с нажимом пояснил юноша, как будто, и так непонятно, кого так можно назвать. — Ты вчера говорил, что у тебя есть планы на воинство Девы? Так где Она?

Это была ошибка. Надо было спросить «оно». Но Ли Чжонму не заметил ее, ибо страшно изумился.

— Воинство Девы… — он вдруг вскинулся. — Так, а ну стоп! Ты из Руана приехал?

— Да, черт возьми! — заорал Гванук и сразу почувствовал холод стали на шее.

— Просто скажи мне, что там происходит, — жестко приказал генерал.

— Уже ничего. Дева собрала весь свой штаб, а потом, прошлым утром почти всё ее воинство ушло из Руана. Из трех тысяч осталось, наверное, сотен восемь пехоты. Куда ты их…

— Хватит! — генерал хлопнул ладонью по столу. — Я уже слышал и понял. Пора бы и тебе понять уже: я ничего об этом не знаю. Слышишь, О? Я никуда ее не посылал!

Гванук даже шагнул назад.

— Проклятье! — сиятельный сжал кулаки. — Ты вообще первый, кто мне об этом сообщил! А уже сутки прошли. Что ты узнал? Куда они пошли?

— Я хотел это узнать у тебя, — уже растерянно бросил Гванук. Генерал выглядел таким изумленным и озадаченным, что ему сразу поверилось. — В замке никто не знает, куда и зачем Она ушла… Сказали только, что войско пошло вверх по Сене.

— Как же она могла… Неужели ничего не сообщила?

— Мой генерал! — вдруг вскинулся Гванук. — Она оставила письмо… что-то вроде письма.

Вспомнив о конверте, он вытащил его из сапога. На миг почувствовал, что выглядит так же глупо, как капитан Мордатый.

— Только оно мало поможет, — добавил бригадир, когда Ли Чжонму жадно выхватил бумагу из его руки.

— И что это значит? — растерянно спросил тот, глядя на четыре слова, поверх газетного текста.

— Я понял не больше твоего, мой генерал, — развел руками Гванук. Незаметно сиятельный стал ему собратом по несчастью.

— Может быть, секрет в самой газете? — Ли Чжонму принялся изучать обрывок страницы.

Это был тот самый номер про епархию Бове. Целый «Друг Франции», посвященный корыстным, властолюбивым, мздоимствующим служителям Церкви и щедрым Пресвитерианцам, думающим о простых людях. Гванук и генерал Ли всмотрелись в текст. Непосредственные слова письма Жанны были написаны на ничего не значащих объявлениях мастеров Иля. А вот на обороте оказался текст из Евангелия.

— «Дьявол перенёс Христа на высокую гору и показал Ему все царства мира во всём их великолепии. Он сказал Иисусу: 'Я дам Тебе всё это, если Ты падёшь предо мной ниц и поклонишься мне», — негромко прочитал Ли Чжонму. — Искушение Христа…

Вздохнул тяжко.

— Сумасшедшая, — прошептал он одними губами. — Остается только молиться, чтобы она не отправилась убивать короля…

— Карла? — Гванук от неожиданности выкрикнул имя.

— Так бывает, мой мальчик, — снова вздохнул генерал. — Сначала кого-то боготворишь без меры, а когда этот кто-то тебя предаст — то тянет убить своего былого кумира… Остается только молиться, чтобы это было не так. Все-таки текст газеты о чем-то другом… Где же тебя искать, Жанна?

Они мучились так неделю. А потом новости полетели практически одна за другой.

Глава 21

— Нашлась! Она у Рене Доброго!

Наполеон выдохнул с облегчением. Но, кажется, зря. Хотя, мог бы и сам догадаться: к старому другу просто так не едут, захватив более двух тысяч воинов.

И Полукровка подтвердил запоздалые опасения.

— Я так и не понял, кто из них стал инициатором. Но войска двух герцогств вместе с рыцарями Девы вошли в три епископства — Верден, Мец и Туль. Действуют они, похожим образом, как и ты в Бове. Лишают власти епископов, изымают богатства церковной верхушки и раздают ее людям.

— А землю?

Мэй закатил глаза и развел руками.

— Карту!

Три епархии (в одну из них Пресвитерианцы уже захаживали) жирными червяками рассекали на части герцогства Бар и Лотарингию. Заняв их, Рене Добрый создавал большой и единый монолит территорий… Что ж, его можно понять.

Все три епископства подчинялись архиепископству Трирскому — а это уже крупнейшее феодальное владение Церкви в рейнских землях.

«Нда, такой шаг без внимания оставить нельзя, — почесал Наполеон голый подбородок. — Кажется, у нас формируется новый фронт. Хотя! После анафемы от папы это случилось бы в любом случае».

— До нас дошли только первые сведения, — продолжил доклад Полукровка. — Но, судя по ним, Орлеанская Дева ведет себя очень