***

Несколько дьютов назад я узнал от своего шпиона в Блинжарском Совете, что симаррцы обнаружили подземные укрытия с последними представителями коренной расы. Эта новость меня заинтересовала. Сколько бы этих аборигенов там не было, симаррцы не отступятся от Блинжара. Вполне вероятно, что в обозримом будущем нас ждет война в границах одной планеты.

А война это всегда способ сорвать большой куш для умных людей, к коим, без лишней скромности, и я себя причислял.

Но уже через дьют мне донесли, что коренные блинжарцы оказалась умнее симаррцев. Ее представители, называющие себя Координационным Комитетом, потребовали встречи с симаррским правительством и предъявили ультиматум.

Они потребовали покинуть планету в три дьюта, в противном случае пообещали взорвать атомные генераторы, расположенные глубоко под землей.

Ученые тут же подсчитали урон, который может быть нанесен в случае взрыва. Оказалось, большая часть суши уйдет под воду, остальная станет непригодной на несколько оборотов из-за высокой радиации.

Симаррцам не оставалось ничего другого, как искать компромисс.

В кратчайшие сроки был создан Чрезвычайный Совет, в который вошли представители всех рас Мириадора. Федийские дипломаты прибыли на Блинжар первыми, еще два дьюта назад. Теперь туда летели Глава Конгресса собственной персоной, парочка его прихлебателей и лесваррская знать.

Кстати, симаррцы не ведут с женщинами дела, тем более политического характера, поэтому у матриархальных лесваррок всегда есть на этот случай несколько мужчин в правительстве. Хотя, этих женоподобных субъектов мужчинами можно назвать только в виде исключения.

В общем, узнав что папашка в частном порядке летит на Блинжар, я не мог отказать себе в удовольствии увидеть его ошарашенное лицо.

О, этот сладкий миг мести, как долго я тебя ждал. Сначала он, потом мой удачливый братец.

Вам обоим придется заплатить за мою испорченную жизнь. Должен же и я получит удовольствие?

А потом я найду Лиафар и заставлю Конгресс легализировать Крог. Мои парни заслужили спокойную жизнь.

Биотрон "Итрана" оповестил: представительский корабль "Иллероу" с моим папашкой и лесваррскими дипломатами на борту уже ушел в подпространство. Через дьют лайнер вынырнет на орбите Блинжара.

Мне стоит поторопиться, если я хочу покончить с ними раз и навсегда.

61. Карина

Он ушел, оставив меня сидеть на полу. Я услышала, как щелкнул замок, и с трудом забралась на постель. Легла на спину, вытянувшись во весь рост. Уставилась в потолок. Разноцветные дырочки на нем расплывались перед глазами из-за застывших слез, все тело казалось тяжелым и каким-то чужим, ватным. Такого со мной еще не было.

Он сказал, что Киана больше нет… В груди что-то сжалось, отзываясь острой болью в самое сердце. Что со мной происходит?

Вспомнились ярко-синие глаза Киана, его взгляд, наполненный вниманием и заботой. Его смешная привычка постоянно касаться меня: обнять, прижать к себе, провести рукой по моим волосам, чмокнуть в макушку… Его полный страсти голос, шепчущий мне на ухо: "Ты моя!"…

Неужели ничего этого больше нет и не будет?

Я всхлипнула, чувствуя, как по коже побежали мурашки. Понимание обрушилось на меня с силой снежной лавины. Мне пришлось признаться себе: я не так равнодушна к Киану, как хотела бы быть. Мне его не хватает…

Если бы я только могла все вернуть! Я бы не стала отталкивать его, не стала бы разыгрывать из себя независимую стерву. Я бы дала шанс нам обоим. Я бы научила его любить меня и сама не бежала бы от этого чувства.

Но что теперь говорить? Что имеем — не ценим, потеряем — плачем. Теперь у меня есть только два варианта: либо плакать, жалеть себя и упущенные возможности, либо вытереть сопли и заставить убийцу Киана предстать перед законом.

К черту сопли! Кажется, кто-то когда-то написал о славянских женщинах: "Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет". Пора начинать соответствовать!

Вытерла подолом слезы и села. Растерла щеки, помотала головой, несколько раз с силой зажмурила и открыла глаза, возвращая себе ясность мысли.

Так, кажется, мир перестал качаться и расплываться, значит, пора набросать план дальнейших действий.

Пункт первый. Нужно узнать, сколько человек на этом корабле и куда он направляется.

Пункт второй и не менее важный. Нужно выбраться из этой каюты.

Силой мне с этим психом не справиться, значит, будем брать хитростью и умом. Отправляем язык в попу, делаем постное лицо и невинный взгляд. Пусть думает, что я сдалась. К тому же, разве это не естественная женская реакция: потеряв одного защитника, сразу искать другого, тем более в стрессовой ситуации?

Пункт третий. Нужно найти способ подать сигнал бедствия.

Киан рассказывал, что такой сигнал подается автоматически на частоте Галактического патруля. Нужно только пробраться в рубку и нажать одну желтенькую кнопочку с такой загогулиной, в виде буквы «Л» в треугольнике.

Когда сигнал будет услышан, ближайшие патрульные крейсера отправятся на помощь. Даже если этот псих заявит, что тревога ложная, по уставу они должны будут осмотреть корабль и убедиться, что все нормально. Ну а если "терпящий бедствие" откажется выходить на связь, это автоматически перенесет его действия в разряд "хулиганство в особо крупном размере".

Сигнал бедствия запрещено подавать без уважительных причин. Это все равно, что позвонить на пульт Координационного Комитета и заявить, что в генераторе заложена бомба. В Муравейнике за такое можно было схлопотать пожизненные исправительные работы с конфискацией имущества и лишением гражданских прав. А по законам Мириадора, "шутника" отправят под домашний арест и на длительный срок лишат права покидать родную планету. Путь в космос будет ему заказан даже в виде багажа.

Все это я узнала от Киана в те недолгие спокойные часы на Геташи, когда мы лежали в кровати вдвоем, обнявшись, как любящие супруги, утомленные любовными играми. Он рассказывал мне про свое детство в клане, про Академию, учебные вылеты, боевые задания и Галактический патруль.

Тогда я не могла понять, зачем он говорит мне все это? Просто слушала краем уха и обдумывала план бегства. Теперь, кажется, поняла. Он хотел поделиться со мной своим прошлым, хотел впустить меня в свою жизнь, а я так упорно отгораживалась, не желая замечать его попытки.

Почему я не сказала ему, что у меня есть отец, который нуждается во мне? Почему скрыла, что хочу вернуться на Землю? Почему упрямо считала, что Киан будет против? Не спросив, не узнав его мнения, не дав ему ни малейшего шанса, все решила за него, что он скажет и что сделает.

Если бы я