Я сбросил скорость и остановился у обочины. Марина села на заднее сиденье, аккуратно закрыв дверь за собой.

— Здравствуйте… Я… я тебе правда очень благодарна, Володя. За то, что вы вообще нашли этот реабилитационный центр. Я уже не знала, куда бежать и к кому обращаться.

Я поймал её взгляд в зеркале и ответил:

— Не за что благодарить. Главное сейчас — чтобы Вася был готов.

Марина на секунду замялась, потом всё-таки спросила то, что явно грызло девчонку изнутри с самого начала:

— Скажи… а сколько это вообще стоит?

— Нисколько, — заверил я. — Если сейчас получится договориться и если Василий действительно готов к такому формату выздоровления. Человек, который заведует этим реабилитационным центром, — хороший знакомый моего хорошего знакомого.

Марина внимательно слушала.

— Он готов пойти навстречу по вопросу размещения Василия, — добавил я. — Скажем так, по бартеру.

— В смысле?

— В прямом. Василий будет находиться в центре бесплатно, но при этом он должен будет служить. Работать, помогать, быть частью процесса.

— Если это поможет ему…

Было ясно, что девчонка готова на любые условия, лишь бы брат выбрался.

— Это поможет только если он сам этого захочет, — заверил я. — Так что поехали.

Глава 11

Следующий вопрос от Марины не заставил себя ждать.

— Владимир, а как вообще будет проходить эта… служба?

Я не стал придумывать и ответил честно:

— Точно не скажу. Но, скорее всего, это будет обычная помощь по хозяйству. Кухня, уборка, какие-то бытовые мелочи, возможно, работа на территории. Ничего унизительного или показательного. Просто нормальная, регулярная занятость.

Василий при этом молчал и впитывал всё, как губка, принимая информацию и переваривая её внутри себя.

Марина же, наоборот, не могла остановиться. Вопросы сыпались один за другим:

— А как там вообще всё устроено? Люди там живут постоянно? Там строгий режим? Можно ли будет с ним созваниваться?

Я отвечал, но каждый раз возвращался к одному и тому же:

— Марина, я правда не знаю всех деталей. Я только договорился о встрече и возможности.

Девчонка замолчала, но напряжение в ней не спадало.

— Нам уже совсем немного осталось ехать, — добавил я, стараясь её немного успокоить. — Все вопросы ты сможешь задать уже на месте Марату. Он и есть человек, который всем этим заведует.

Мы выехали за город. Плотная застройка осталась позади, и пейзаж стал другим. Реабилитационный центр находился в стороне от городской суеты.

Когда мы наконец подъехали, я увидел несколько аккуратных зданий на ухоженной территории. Всё выглядело, как большое хозяйство, в котором просто живут и работают люди.

Я свернул на парковку и заглушил двигатель.

— Приехали, — сказал я.

Достал телефон и набрал номер Марата.

— Мы на месте, — сказал я, когда он ответил.

— Отлично, проходите прямо внутрь. Я вас там встречу, — ответил Марат.

Я убрал мобильник и посмотрел на брата с сестрой.

— Пойдемте, ребят, нас ждут.

Мы вышли из машины. Марина аккуратно прикрыла дверь, словно боясь нарушить тишину этого места, Василий чуть сутулился, явно нервничая. Я закрыл автомобиль, нажав на сигнализацию, и оглядел территорию.

Реабилитационный центр выглядел совсем не так, как его обычно рисуют в голове. Здесь не было заборов с колючей проволокой или угрюмых корпусов, как в больницах. Перед нами было несколько добротных зданий, выстроенных вокруг просторного двора.

Сама атмосфера внушала доверие — аккуратные дорожки, лавки, клумбы, за которыми явно ухаживали сами люди, живущие здесь. Чуть в стороне виднелась хозяйственная постройка, дальше было что-то вроде мастерской, а за ней небольшое поле и теплица.

Мы прошли на территорию, и я поймал себя на мысли, что люди здесь полноценно жили, а не «проходили лечение». Мы увидели людей, прогуливавшихся по территории, они чувствовали себя вполне комфортно, и в глазах этих людей я видел что-то вроде удовлетворения.

Василий внимательно смотрел по сторонам. Я видел, как он сравнивает, примеряет это место на себя.

— Владимир Петрович… а это всё… ну… проблемные люди?

— Да, — прямо ответил я. — Здесь все проблемные. И других тут не бывает. Здесь нет тех, кто не сталкивался с зависимостью. Никто сюда не приходит «за компанию» или от скуки. Все здесь знают, что это такое, знают эту боль и внутреннюю пустоту.

В этот момент навстречу нам вышел мужчина. Среднего роста, крепкий, с живым взглядом и прямой осанкой. Марата я узнал сразу же. Даже слишком легко. Время, конечно, оставило на нём след, но он «сохранился» удивительно хорошо. Та же походка, взгляд и внутренняя собранность. Маратик был из тех людей, которых девяностые не сломали, а просто перекроили.

Естественно, он меня не узнал. Для него я был совершенно другим человеком, в другом теле, с другим лицом. Он смотрел на меня внимательно, оценивающе, но без тени узнавания.

— Добрый день, — поприветствовал Марат, широко улыбаясь. — Владимир?

— Да, — ответил я. — Это я.

Мы подали руки, и Марат перевёл взгляд на Марину и Василия.

— Предлагаю прогуляться и заодно всё обсудим, — предложил он.

Мы двинулись по тропинке, виляющей между клумб. Марат шёл рядом со мной, и по мере того как я смотрел на него, мне всё отчётливее бросалось в глаза, насколько сильно человек может измениться, если действительно завяжет и больше не врёт сам себе. Когда-то у него были серьёзные проблемы с зависимостью, такие, из которых не все выбираются живыми. Я это знал слишком хорошо, потому что видел Маратика тогда, в другой жизни, когда он балансировал на грани и делал вид, что всё под контролем, хотя контроля уже давно не было.

Теперь передо мной был совершенно другой человек. Много лет трезвой жизни сделали своё дело. Он вёл правильный образ жизни, и это сразу считывалось по внешности. Марат выглядел здоровым. Более того, он выглядел заметно моложе своих лет. Есть такие люди, которые после пятидесяти начинают молодиться, красят волосы, носят нелепую одежду не по возрасту и выглядят от этого только смешнее. А есть другие, кому ничего этого не нужно. Марат был из вторых. Он выглядел максимум на сорок с хвостиком, и это было естественное состояние.

Я жестом показал на Василия.

— Вот этому молодому человеку нужна помощь, — объяснил я. — И он готов сделать всё, что потребуется, чтобы попасть в центр.

Марат посмотрел на Василия