- Подъём, пошли! - я подтолкнула его за плечи.

Не знаю, что бы делала, если бы он оказался не в состоянии двигаться, но повезло. Мужчина тяжело поднялся, и, опираясь на меня, побрёл, куда вели, прижимая руку к левому боку. Ну почему он такой высокий? Неудобно помогать идти, а тут ещё и ножны с мечом мешают. Лишь бы бабки в подъезде не вылезли любопытствовать. Хотя, сейчас час сериала, должно повезти. Единственное время, когда старые сплетницы проигнорируют даже ядерную войну. С трудом довела мужчину до своей квартиры на пятом этаже и усадила на кровать. Он механически выполнял все указания, но, похоже, не особо осознавал окружение. Скинув обувь и верхнюю одежду, занялась неожиданным гостем.

Похоже, что на лавке он просидел совсем недолго. Хоть и сильно замёрз в одном летнем кафтане, но обошлось без обморожений. А вот левый бок и нога серьёзно залиты кровью и через порванную ткань проступала неприятная картина. Раздеть мужчину заняло несколько минут. С верхней половиной тела обошлось легко - расстегнуть и снять камзол, стащить рубаху несложно даже учитывая отсутствие хоть какой-то помощи с его стороны. С брюками возилась дольше. Рану на бедре можно попробовать обработать, разрезав штанину, но окончательно портить хорошую вещь, к тому же единственную его одежду совсем нет желания.

Торопливо распотрошила туристическую аптечку. Давно не хожу в походы, но она всё равно находилась в полной боевой готовности. Раны де Графа, изначально пугавшие и выглядевшие ужасно, после отмывания и обработки оказались не такими страшными, хотя на бедре требовала не просто плотной повязки, а наложения швов. Мои практические умения в хирургии ограничивались мелкими порезами. Вызывать врачей на явно ножевое (а, если точнее, мечевое) ранение к иностранцу без каких-либо документов откровенно побоялась. Сам князь находился в полубессознательном состоянии и на попытки разговора не реагировал. Значит, от него и помощи никакой в его штопаньи.

Благословенен будет изобретатель интернета! В великой помойке нашлась подробная инструкция по зашиванию ран в домашних условиях. Да не просто текстом, а с картинками, от некоторых, правда, подташнивало, но это я заглянула чуть дальше, в раздел про запущенные случаи начавшегося некроза.

По окончанию моего издевательства мужчина крепко заснул и проспал почти сутки. Не знаю, что больше влияло - ранения с большой потерей крови, переохлаждение или нахождение в месте с крайне низким магическим фоном. Мне говорили, что, чем выше собственная сила магии, тем хуже себя чувствуют при её отсутствии. А может быть, все три фактора вместе с высокой температурой. Да уж, не так я представляла первого мужчину в своей постели. Себе постелила на полу. Кровать, хоть и двуспальная, но рассчитана на обычных людей, и каор занимал её всю, едва поместившись по диагонали.

Всё это время почти не отходила от раненого, отлучившись лишь один раз часа на три. Надо было пополнить запасы перевязочного материала и забрать толстую пачку документов с работы. В середине дня без пробок вместо обычных полутора часов, автобус до офиса домчал за каких-то тридцать минут. Начальник на работу из дома смотрел сквозь пальцы. Лишь бы было сделано, а где - не важно, хоть вообще раз в месяц за зарплатой приходи.

...

Сознание возвращалось медленно и как-то неохотно. Сначала проснулись чувства. Где-то вдалеке истерично лаяла собака. Воображение нарисовала мелкую, ниже колена, кудрявую псину с выпученными глазами. Что-то низко, неравномерно гудело и порыкивало. Громко стукнул металл о металл. Гул стал выше и удалился.

Во всём теле ощущалась неприятная тяжесть. Магический фон в этом месте почти отсутствовал. Подобное встречалось только на руднике, где добывали сорсы, даже в степи фон выше.

Тяжёлые веки с трудом разлепились. Над головой нависал низкий белый потолок, покрытый сеточкой трещин. Взгляд скользнул ниже, на шкаф во всю стену. Верхняя часть закрыта стеклянными дверцами, за которыми просматривались нестройные ряды множества книг. Снизу дверцы были сплошные. Ниша в шкафу выполняла роль стола, занятого какими-то коробочками, бутылочками, тряпочками. В углу небольшой комнаты притулилось кресло, прикрытое вязаным пледом. Вся видимая мебель соответствовала комнате, такая же маленькая и далеко не новая. Кровать, на которой лежал почти по диагонали, так же казалась детской. Похоже, каким-то образом оказался в поселении людей.

Де Граф откинул одеяло и осмотрел себя. Раны на боку и бедре перевязаны неумело, но аккуратно. И почти не болели, пока не начал двигаться. Кто-то позаботился о нём, перенёс в дом, раздел до исподнего и обработал раны. Одежда нашлась у второй стены перед кадкой с каким-то деревцем. Аккуратной стопкой она лежала на странном стуле с единственной ножкой, разделяющейся внизу, словно корни дерева. Рядом со стулом прислонился к кадке и меч. Сразу одеваться мужчина не стал. Всё равно на ранах необходимо будет менять повязки, и одежда будет только мешать.

Едва не ударившись головой о низкий дверной косяк, князь, цепляясь за стены и сильно припадая на перевязанную ногу, вышел из комнаты и сразу упёрся в крошечный коридор. Направо такая же крошечная, как и всё вокруг, кухонька. Налево, судя по верхней одежде и обуви на вешалке рядом с дверью, выход из дома. Осталось осмотреть только три двери. За одной оказалась кладовка, едва ли в полтора шага размером. За второй и третьей ванная и туалетная комната, которой не преминул воспользоваться.

Большое окно в комнате показывало унылую картину серого мира. Вся земля покрыта чем-то белым, похожим на пепел. С высоты примерно третьего этажа разглядеть, что это, не удалось. Мёртвые деревья тянули вверх голые, без единого листочка ветви. Между ними в пепле протоптаны неширокие тропинки, вдвоём едва разминуться. Серо-коричневые пятиэтажные дома напротив блестели множеством окон. Наверно, и этот дом такой же. На дороге возле самого дома широкие следы от экипажа вели прочь от тёмно-серого, не покрытого пеплом прямоугольника. Рядом с ним ещё несколько экипажей странной формы и без видимых оглоблей.

Снова резкий удар металла о металл. Из дома вышел человек, одетый в тяжёлую куртку с большой меховой шапкой. За человеком оставались следы на земле. Белый пепел медленно падал с серого неба, грозя скрыть их под собой.

Даже недолгое бодрствование утомило. Де Граф вернулся на кровать и почти сразу снова заснул, гадая, где же он очутился.

...

- Где я? - ближе к ночи де Граф пришёл в себя и сел на кровати.

- У меня дома, - я подошла к нему с кружкой