помочь отелю, Рейн. Мне действительно придётся бороться самой. За тебя в том числе.

Но, если быть до конца честной, помочь «Гранд-Терре» смогло бы только чудо.

— Кстати, о том, что было позавчера. В моём кабинете в отеле. — Я с подозрением посмотрела на графа. — Когда мы поспорили, на что ещё способны девушки… Ты тогда попросил отпустить братьев на полдня, а я у тебя — снизить планку по конечным показателям отеля. Получается, ты бы не смог сдержать слово, сумей я… Ну, ты понял…

— Да. — Рейнмар отвёл взгляд. — Договор не позволил бы поменять уже зафиксированные условия.

— И ты заранее это знал!

— Насчёт этого — знал. Да, вышло довольно рискованно, согласен… Не знаю, как скоро я бы пал жертвой твоей ярости, не сумев выполнить то, что ты потребовала, но перспектива получить от тебя поцелуй тогда затмевала любые опасности…

Арранис, может, и хотел выглядеть виноватым, но смотрелось не очень убедительно, к тому же всё портила проскальзывающая довольная улыбка.

— А вот насчёт того, что я не смогу сам сдаться, — тут его улыбка угасла, — даже не подумал. Большей глупости, составляя тогда договор, я совершить не мог.

В том, что записанные условия никак не обойти, мы убедились ещё раз через несколько минут. Когда Рейн решительно направился со мной под руку к Крайвену и Карине, но вдруг не смог выдавить из себя ни слова. Он тщетно размахивал руками, изображал, как надевает мне кольцо на палец, но я уже поняла, что и этим наше соглашение не обмануть. Раз я по окончании спора должна была стать женой не одного, так другого, то магия договора как будто «заморозила» для меня возможность выйти замуж до оговорённого срока.

— Мы тебя поняли, мальчик мой, — чуть не расплакалась Карина. — Но — сам видишь…

— А говорил, не дойдёт до колец, — не удержалась от невинной поддёвки я. — Впрочем, можно будет в аренду взять, на полчаса недорого выйдет…

Рейн только метнул на меня пламенный взгляд и издал грозный гортанный клёкот. И тут наконец не выдержала Мариса, что всё жалась в дверях, не смея мешать:

— Вы, ваше сиятельство, хоть на тумбочке женитесь! Да чтоб весь этот ваш отель на воздух взлетел! А кровиночка моя тут ни минуты больше в таком виде не пробудет! Мисса Шенечка, а ну марш в ванную!

Даже самая упёртая деловая звезда Шенлина сразу понял, что спорить с моей Марисой бесполезно. А потому целомудренно поцеловал меня в щёчку, покосившись на мою сердитую компаньонку, и распрощался с герцогами.

— Не сомневалась в твоём выборе, дорогая, — подмигнула мне Карина.

— Да я не… — смутилась я. — В смысле мы не… ну, пока всё не очень понятно… Спор ещё этот дурацкий…

— А по-моему, всё предельно ясно, — рассмеялся герцог. — Всегда мечтал о таком сыне. Чтобы сразу взрослый и про пестики-тычинки объяснять бы не пришлось… Но если нужно, дочь, ты только скажи — поговорю с ним по-мужски.

— Крайвен! — возмутилась Карина. — Ну он же не ребёнок!

— Дорогая, но он и предложений ещё никому не делал на моей памяти, мало ли, — ничуть не смутился папа́. — А я его без малого пятнадцать лет знаю. Может, он свой магбиль всю первую брачную ночь обсуждать собирается — и искренне думает, что так оно и должно быть…

— Не нужно объяснять, нормально там всё… И с пестиками, и с тычинками, — единственная залилась здесь краской я.

Почему самих герцогов такие разговоры не смутили, я тоже поняла. Просто они искренне переживали за моё возможное будущее счастье. И знали Рейнмара куда дольше моего. А вот над словом «возможное» мне сейчас и предстоит поработать. Очень-очень много поработать.

Поэтому, не слушая воплей Марисы, намеченную спа-программу я свернула до быстрого душа, перекусила на ходу на кухне и отправилась в «Гранд-Терру», преисполненная решимости победить во что бы то ни стало.

Довольно оживлённый ресторан меня порадовал, а ещё я заметила двух новых официантов, скользящих от столика к столику. На работу братцев на кухне было любо-дорого смотреть: ножи так и свистели, выбивая такт, нарезанные овощи сами собой перелетали по воздуху с досок в кастрюли; подпрыгивали и переворачивались, шкварча, отбивные на громадной сковороде… Благодаря моему защитному куполу собственную магию они могли использовать в работе, не боясь быть обнаруженными.

— Новый заказ, шефы! — залетел в святая святых Хуршед. — Солянка, стейк, утиный паштет.

— Это чей заказ — жирного блондина или тощего очкарика? — выглянул в зал Ванечка.

— Блондина, — не решился повторить эпитет Хуршед.

Ванечка кивнул и направился к гостю. Окинул его придирчивым взглядом с ног до головы и выдал свой вердикт:

— Буйабес, салат с молодой спаржей и миндалём, суфле из перепёлки.

— Салат… с чем?.. — поморщился толстяк. — Я не буду есть траву!

— Будете, — не повёл бровью Ванечка.

— А буйабес это что? С рыбой? Я не люблю рыбный суп…

— Любите, — ультимативно заявил братец.

— Ну, знаете!.. Я пришёл поесть нормальной еды, а не выслушивать тут непонятно что