в своём праве! – крик души превратился в шёпот, едва слетевший с губ. – Ведь именно они превратили меня в того, кто я есть!

- Мы сами сделали это с собой! Ты заступил грань дозволенного! Мне это надоело... Я сделаю то, что должен был сделать ещё в Куполе - поглощу тебя! Сингулярность Чёрной дыры покинет только один или никто!

– Тот, кто останется, станет сильнейшим из нас, - пророкотал Омега.

Огонь ярости и холод спокойствия. При том Альфа блажил не просто так... Из сознания Альфы пришло знание: когда напарники провалились в Чёрную дыру, то оказались в червоточине, ведущей во все точки пространства и времени, и остановленное время оказалось щитом, позволившим им выжить. Безумцы, что пошли против законов мироздания и которым вселенная улыбнулась!

Вот только Альфе было мало выживания! Он хотел продолжить движение! Он хотел изменить предначертанное. Но для этого ему требовались силы Альфы и Омеги. Ему было необходимо единое сознание. И если бы он ошибся, то сингулярность поглотила бы оба сознания. Тьма вокруг – полог забвения, тушащий последние искры сознания и отправляющий Виталия в бесконечное холодное ничто.

А вот Омеге было всё равно... Он был на грани. И за эту грань он желал шагнуть не в одиночку!

- Омега, ты несёшь боль, страх и разрушения, – фигура приблизилась к человеку на шаг, а вместе с ней надвинулся и окружающий мрак.

Тьма налилась красками, и через доли мгновения перед Виталием появился готический замок с массивным основанием и россыпью сияющих шпилей и башен. На данном фоне виднелись фрагменты каких-то цветастых палаток, а в центре – сцена, где лежал отталкивающего облика монстр, казалось, сплетённый из множества жгутов освежеванный плоти. По сторонам несколько десятков магов с переливчатыми заклинаниями наготове, а на самом уродце – Виталий с револьвером в руке.

– Узнаёшь? – человек явственно вздрогнул и рывком обернулся на звенящий голосок. Альфа превратился в веснушчатую девчушку лет десяти, с рыжими волосами и в цветастом платьице… где напротив сердца расплылось кровавое пятно. – Ты убил меня в Скале… Я первая из тех, кого ты принёс в жертву ради великого дела собственного благополучия... А сколько тех, чьи жизни ты разрушил мимоходом?

- Я надеялся на честную драку, Альфа. В крайнем случае жутких монстров, терзающих меня. А ты меня решил испугать образами прошлого, – парень усмехнулся, однако я чувствовал, что тем он прячет невольную судорогу.

Омега сделал едва уловимый жест, коим раньше проводил манипуляции со временем, однако ничего не произошло. Человек оскалился и попытался вновь – опять безрезультатно.

– Не мучайся! – на третьей попытке вмешалась девочка. – Магия времени тебе больше неподвластна, также, как и мне сила Феникса. Мы на грани объединения в единое целое... А монстры – это, конечно, замечательно… но они опасны лишь для тела. По-настоящему страшны люди – именно они способны повредить разум и сломить дух. Тебе ли не знать...

За спиной малышки стали появляться люди: члены гильдии Предельщиков, Лис и его люди, Министр и Купол в целом, даже Чистые! Толпа выросла до нескольких тысяч человек, и все с укором смотрели на Виталия.

– А о скольких ты ещё не знаешь? – девчушка приблизилась на шаг, и неожиданно чётко прорисовались голубые глаза, укрытые белёсой поволокой смерти.

– Виновен! – человек взглянул в глаза ребёнка и решительно шагнул навстречу толпе, так что та невольно подалась назад и рассеялась. – Однако совершили мы это не только ради себя, но и ради...

- Близких? Желаешь переложить на них часть вины? – с наслаждением прошелестело в ответ. – Не лучшая идея, ибо часть из них тебя уже предала, а остальных ты предал сам…

Новая смена образа. На сей раз огромный двор, в центре коего величественное дерево из драгоценных камней и благородных металлов. У ствола на коленях Виталий, с рукой, вывернутой в захвате Аней, что замахнулась для удара по шее человека. Чуть в стороне Настя била крутом, нацелившись в сторону Виталия.

– Даже память обо мне предал… – безымянная девчушка перевоплотилась в Аню, что, по-звериному оскалившись, шагнула к человеку.

– Она пыталась подчинить меня, - перешёл в контратаку Омега. - И если бы не смерть, она бы играла со мной до тех пор, пока я бы не стал безынтересен… Тогда она бы бросила меня с изуродованной жизнью и разумом, а через миг забыла об игрушке, принёсшей себя в жертву ради хозяйки!

Стилет соткался по воле человека и устремился к воительнице. Альфа в образе девушки не отступил и не стал сопротивляться. Клинок распался иллюзорной пылью, стоило лишь коснуться Ани. Но это стоило Альфе большого труда: лицо стало мертвенно серым, а зубы в момент касания чуть не скрежетали.

- Ты сам не веришь в эти слова... Ты был готов рискнуть! Даже ошибка – наш выбор!

– Может и так, но мы никогда не узнаем: что было бы? Так же, как и то, что было бы, если бы мы вернусь домой, в свой мир, в своё время… в реальный мир! Туда, где нас ждут: друзья, родители, сестра!

– Ждут ли? – три прерывистых смешка, похожие на удары плёткой.

Картина дрогнула и поплыла, а я узнал квартиру Виталия. На заднем фоне виднелись сгорбленные и отвернувшиеся фигуры родителей друга. На переднем лежал я… сжавшийся в позу зародыша, весь в крови. А в центре находилась Лена, пятящаяся прочь с выражением ужаса и омерзения на лице, изуродованном кривой раной от ножа, что сжимал Виталий. Черты друга исказило неконтролируемое бешенство.

– Мы никогда… – Омега от подобной картины вздрогнул.

Даже меня пробрало: холодные мурашки побежали по хребту. После дневного происшествия, представленная перспектива казалась более чем реальной. Я невольно засомневался, а надо ли вытаскивать Виталия?

– Не причинишь вред родным? Скажи это Насте! – издевательски прошептала тень и вышла из картины в образе сжавшейся в ожидании удара Лены. – Стоит мне, братец, только узнать, что ты совершил и кем стал… Думаешь, я приму убийцу, вора и безумца? Можешь не отвечать, я скажу сама: нет! Я боюсь и презираю тебя, никакие оправдания не помогут. Ты монстр, и меня не волнует, как ты им стал! Более того, я и все, кто тебе дорог, отрекаемся от тебя и проклинаем – чтобы ты остался один, навсегда! – призрак сестры отвесил пощёчину Виталию, и забрало тут же покрылось слоем узорчатой изморози.

-