с самим собой, невидимая для многих, может быть, в десятки раз тяжелее самого ожесточенного и страшного боя на передовой.

На месте гибели Пригожина

Касаюсь шасси самолета Пригожина рукой. Ладонью провожу по поверхности крыла бизнес-джета, потерпевшего крушение в Тверской области. Этим рейсом летела вся верхушка ЧВК «Вагнер» вместе с самим вагнеровцем Дмитрием Уткиным и бизнесменом Евгением Пригожиным, возглавившими военный мятеж в июне 2023 года, который другие называют «маршем справедливости».

То, что они действительно были на борту, утверждается официально. Хотя, как известно, ранее Пригожин и Уткин никогда не летали вместе по соображениям безопасности, ведь в случае аварии или авиакатастрофы, частная военная компания могла бы остаться сразу без обоих своих лидеров. Обшивка самолета с номером 02795 гладкая, не содержит следов от поражающих элементов, поэтому одну из бытующих конспирологических версий о сбитии пригожинского джета с помощью ракеты ПВО я сразу отметаю. Что же там произошло на самом деле, мы, наверняка, узнаем только годы спустя. Но взрыв точно был изнутри, в хвосте крылатой машины, это видно по ее фрагментам.

Говорят, самолет Евгения Пригожина падал 22 секунды… Я почему-то сразу представил, какой ужасающей вечностью они могли показаться пассажирам и экипажу. Целых 22 секунды в ожидании неминуемой гибели, абсолютного страха и беспомощности. Конечно, физической боли: ведь кто-то уже был ранен, кто-то горел, задыхался, и я не знаю, что вообще может происходить с теми, кто находится внутри сорвавшейся в штопор воздушной капсулы. Но все-таки нет. По всем физическим законам пассажиры и пилоты джета должны были потерять сознание во время резкой разгерметизации, а те, кто находился в хвосте салона, мгновенно погибли от взрыва. И потому эти 22 безумно долгие секунды кромешного ада оказались ими непознанными. Я утешил себя тем, что в тот момент люди просто ничего не успели почувствовать.

Место авиакатастрофы было оцеплено полицией в радиусе нескольких километров, а любые попытки проникнуть и зафиксировать улики на видео пресекались бдительными сотрудниками спецслужб. И поэтому мне очень сильно повезло увидеть фрагменты борта воочию, подробно изучить их и даже заснять. Так вышло, что я вовремя заметил, как к одному из отдаленных участков леса подогнали строительный самопогрузчик и рабочие чего-то ждут. Пообщался с прорабом, тот рассказал, что его попросили вывезти большие обломки самолета, которые упали в чащу леса и увязли в реке. Так, вступив в сговор с крановщиками, я и проник на точку. Но! Если меня спросят как человека, побывавшего на месте катастрофы, могу ли я подтвердить гибель руководства ЧВК «Вагнер», я отвечу: «Нет». Я отвечу, что вообще не видел тел и фрагментов останков. Хотя это и не означает, что в самолете никого из обозначенных лиц не было. Официальная экспертиза ДНК проведена, и в этом деле поставлена точка. Но неофициально мир продолжает гадать и строить свои версии. Зачем они сели в самолет вдвоем, если до этого летали только раздельно? Если взрыв был изнутри, то почему так беспечно отнеслись к проверке своего борта на безопасность? И это люди, у которых было множество недругов, особенно после военного мятежа или «марша справедливости», как его называют сами вагнеровцы. Кстати, бойцы бывшей частной военной компании, те, с которыми я имел возможность говорить, уверены, что Пригожин и Уткин таким образом инсценировали свою смерть, чтобы исчезнуть и, может быть, когда-нибудь в самый необходимый для страны момент снова вернуться. Но зачем для этого устраивать такую сложную с точки зрения конспирации авантюру? К тому же, погиб гражданский экипаж. Это трагедия… Легче было пропасть или «стать жертвой ракетной атаки» где-нибудь в Мали, меньше рисков и организаторских проблем. Нет. Я верю, что они все же погибли в самолете. Сели вместе и погибли. Вероятно, понимая, что никто из них уже хорошо не закончит после того, что они устроили 23–24 июня. Я скорее поверю в то, что они решились идти навстречу смерти, как самураи, нежели в то, что они живут на каком-то далеком острове, попивая виски и прячась от всех, возможно, до конца своей жизни. Нет. Не из того теста эти люди. Не смогли бы они себя переступить, особенно после всего того, что было в их ярких судьбах.

Когда на месте крушения борта 02795 провели все следственные действия, поле распахали бульдозерами. Конспирологи найдут в этом «аргументы» для подтверждения своих теорий, противник скажет, что власти зачистили все улики, а мне думается, что именно для того и собрали весь грунт с оставшимися мелкими фрагментами тел и самолета, чтобы не давать возможности для разного рода манипуляций «расследователей» и ненужного паломничества всяких некротуристов. Это в конце концов было бы не по-христиански.

На этом, пожалуй, и закрою тему. Пусть все, кто погиб в этой авиакатастрофе, покоятся с миром.

Зеки на войне

Когда «морковка» от гранатомета грохнулась в десятке метров от меня, я этого даже не заметил и беспечно продолжал смотреть в экран смартфона… С моей невнимательностью на войне надо срочно что-то делать! За один лишь неполный месяц, включая случай с незамеченной американской «противопехоткой» под моей ногой, это уже второй раз, когда я делаю опрометчивый поступок, чреватый смертельными последствиями. Это все равно что идти по канату над бездной, праздно болтать по телефону, от скуки поигрывая в «русскую рулетку», при этом чудом миновать гибели. Если так дело пойдет и дальше, я точно долго не протяну. Ну, а если все-таки выживу, то целым останусь едва ли. Что-то надо делать… Непременно надо… Но что? Хотя уже поздно! Делать что-то нужно было раньше. Через сколько там сработает эта упавшая рядом граната от РПГ–7? 5–6 секунд? Не так уж много времени. Это еще с тем условием, что я продолжаю не замечать ее, а пялюсь в телефон, пытаясь заснять где-то на горизонте разрыв после выстрела. В камеру и глаза светит солнце, я ослеплен и не вижу всей картины происходящего. А потому не сразу понимаю, отчего вдруг бойцы рухнули на землю и прячутся за укрытие. Эти парни – зэки, заключенные или, как их называют на войне, «кашники», «контингент» на контракте. Мало ли, испугались с непривычки. Но нет, в отличие от меня они-то как раз поступили максимально правильно и слаженно. А упавший рядом снаряд гранатомета так и не сработал, подарив мне продолжение жизни. Бог его знает, из-за чего, то ли боеприпас не взвелся, то ли порох отсырел, то ли Всевышний приберег меня для какой-то миссии в будущем, но мне