дельфину, как жаль, что ты не можешь передать сообщение для его кошки Ангоры.

У Светочки округлились глаза, она поняла, о ком идёт речь, и ещё больше пристала к дядечке. Ох, не нравится мне этот тип. Сначала мысли дельфина читать учится, а потом что?

— Дельфин говорит, что этот, — учёный с презрением кивает на меня, — хочет передать ей, что очень скучает и сожалеет, что ушёл. Так, девочка, это какой-то вздор. Наверное, сбой программы. Всё, иди погуляй. Мне надо работать.

Учёный захлопнул ноутбук, ещё раз посмотрел на меня, но на сей раз как-то пристально и с интересом. Уф, меня аж холод пробрал. Не нравится он мне. А Светочка обняла меня и сказала, что всё передаст Ангоре.

Признаюсь, я такого не ожидал.

— Спасибо, дельфин! — крикнул я мимолетному знакомому, который помог мне донести послание до человека.

А может, и в самом деле новые технологии не так плохи? Получилось же с дельфином, так, глядишь, и программы специальные для котов появятся, чтобы люди научились нас слышать. Конечно, в жизни важнее не только слышать, но и слушать, понимать. А до этого прогресс ой как далёк. Тут и человек не всегда понимает человека, хоть тот и не на кошачьем языке объясняется.

Однако подумаю об этом позже. Спасибо, море, спасибо, дельфин и Светочка. Спасибо этому чудесному дню и теплоходу. Хотя последнее зря. Меня слегка укачало, так я и уснул на радостях под шум волн и музыку: «На теплоходе музыка играет…»

Там, где дух захватывает

В удивительное время мы живём, можем запросто путешествовать, летать на самолётах куда угодно, общаться с разными людьми. Я-то поначалу боялся этих иностранцев. Наряды у них странные: в мантиях каких-то ходят, а руки все в перстнях. А потом, думаю, может, это мода такая. Хорошо, что коты одежду не носят. А то с этой модой одно недоразумение.

Вот и сейчас Маринка уже час сидит в шкафу и ноет, что «надеть нечего», всё «страшное и некрасивое». Игорёк пытается её успокоить, но это бесполезно.

— Мариночка, у нас билеты куплены, давай поскорее, — умоляюще просит Валентина.

Она тоже преобразилась. Длинный сарафан, аж не сарафан, а полянка с цветами. Смотрю на неё, любуюсь, нашу летнюю Котовасию вспоминаю. Ах, тут и лаванда, и ромашки, и нарциссы. Вот это я понимаю, наряд — наш родной и душевный, я словно почувствовал цветочные ароматы.

— Апчхи! — Нет. Ошибся, это Маринка чем-то надушилась.

— Тигр, пойдём, — зовёт меня Федька. — Игорёк сказал, что мы сейчас на самом скоростном метро в мире поедем!

Не скажу, что меня это слишком обрадовало, но однозначно впечатлило. Правда, уши слегка закладывает. А мы всё мчимся, мчимся, летняя картинка с пальмами сменяется стеклянными небоскребами.

— Высоко-о-о, — бормочет Тюлень. — А вы знаете, что в этом метро нет водителя?

— Водитель — в автомобилях, а в поездах и метро — машинист, — исправляет его Федька. — Деревня ты, Тюленюшка.

Тот фыркает на него, но строгий взгляд Валентины заставляет друзей успокоиться. Кстати, тут чудно: отдельные вагоны для мужчин и женщин. Только я не пойму, почему мы с Валентиной, Маринкой и Светочкой в одном вагоне, а Игорёк — в другом? Мы, между прочим, коты мужского пола!

— Бабулечка, смотри, как красиво! — радуется Светочка. И да, почти все станции наземные, то есть находятся над землёй.

Наконец-то мы прибыли к нужной станции. Слегка заблудились в переходах и тоннелях. Зачем-то прошли через огромный торговый центр.

— Сколько тут всего! — восхитился Тюлень.

Мы пошли дальше и остановились возле лифтов. Перед нами была внушительная очередь из человек десяти, но когда открылась дверь лифта, мы все поместились внутрь.

— Вот это я понимаю, скоростной лифт, — сказал Игорек. — Сейчас как взлетим!

Я, конечно, знаю, что людям свойственно слегка преувеличивать. Однако тут Игорёк не обманул. Лифт со свистом понёсся вверх. Тюлень стоически прикрыл рот: видимо, обед давал о себе знать. Зато глаза у Федьки сверкали, как у того учёного на теплоходе, что голоса животных распознавал.

— Круто, — впервые за день улыбнулась Маринка. Судя по всему, ей такой адреналиновый полёт по душе.

А меня слегка закружило. Но ничего, впереди, как обещают заморские путеводители, «непередаваемые головокружительные виды с самой высокой смотровой площадки в мире».

— Аж дух захватывает! — восторженно шепчет Федька, когда мы смотрим вниз.

И это что-то невероятное! Мы тут, на высоте 163-го этажа, разглядываем витиеватые дорожки и магистрали города, которые затейливыми узорами, словно клубок из змей, расползаются внутри пустыни. Да-да, мой друг, город, в котором мы находимся, называется Дубай, и лет так двадцать назад тут была одна пустыня! Пески и сейчас видны, они, словно море, окружают город с его самыми-самыми высокими небоскрёбами.

— А сейчас, молодёжь, в ресторан! Только нужно ниже спуститься, на 122-й этаж, — скомандовал Игорёк. Глаза у Тюленя сузились от радости, а Федька не упустил шанс подколоть друга:

— Сразу видно, кому приключения, а кому только поесть дайте.

Тюлень хоть и терпеливый, но если разозлится, то всё. Когти выпустил и зашипел на Федьку:

— Сам ты… скучный! Только и знаешь, что других задевать! А давай, а давай поспорим?

— О чём спор будет, друг мой оригинальный? — зевнул Федька.

— Да хотя бы о том, что я заберусь вон на тот шпиль! Помнишь, как меня панда Мао лазать по деревьям научил? А тут всего-навсего какая-то железка, — выпучив глаза, сказал Тюлень.

Видно, он и сам от себя не ожидал такого предложения. А я с опаской взглянул на шпиль небоскрёба.

— Давайте мы это обсудим позже, нас ждут в ресторане, — попытался я унять пыл спорщиков.

Но этих двоих хлебом не корми, дай поспорить. Меня они уже не слышали. Пока хозяева медленно шли к лифтам, Федька и Тюлень проскочили в комнатку, в которую зашёл кто-то из работников небоскрёба.

Маринка, Светочка, Игорёк и Валентина, весело обсуждая увиденное, вошли в лифт и, видимо, совершенно забыли про нас. Я было жалобно мяукнул, но рой детишек помешал мне быть услышанным. Они окружили меня, стали гладить, чесать, трогать.

— Ой-ой-ой, помогите! Меня сейчас всего изгладят, хватит, милые деточки! Мне пора-а-а!

Фух, кажется, вырвался из обнимательного плена и успел заскочить в лифт. Как же объяснить людям, что затеяли Федька и Тюлень? Ох, как душно в лифте, не могу даже мяукнуть. Ещё и за ухом чешется. Вот сейчас, вот немного, да, вот так. Хорошо стало.

Женщина в белом странно на меня посмотрела, но простите, мадам, когда у кота что-то