– Ты чего так смотришь? – спросил Вася, слегка покручиваясь в кресле влево и вправо, отчего у меня начала кружиться голова. – Подозрительная такая! Говорю же – реально спасибо, что выручила. Никакой подставы. Идешь?

Я мгновенно обдумала варианты того, что может случиться дальше. Вариант с Васей-маньяком отметаем. Вот что больше похоже на правду: мы проведем время как друзья, посмеемся, поиграем, и обстановка в офисе сразу разрядится. Объединимся против Камилы, будем шутить про нее и покупать друг другу кофе.

А может, мы выйдем с вечеринки, и Вася решит меня поцеловать. Или еще пару раз сходим в кафе, в кино, и вот тогда надо будет переходить к поцелуям. Если сейчас я соглашусь, это вполне вероятно, так? Я посмотрела на Васины руки, представила их на своих боках, его целиком – в миллиметрах от себя. Меня замутило так, что я согнулась, упираясь в стол, и резко стерла эту фантазию.

– Прости, устала так, – промямлила я. – В выходные могу только на диване лежать. Извини. Пока.

В дверях я бросила короткий взгляд на Васю. Тот выглядел разочарованным, и я велела себе в понедельник быть к нему подобрее. Может, он не так уж плох? Может, это я чокнутая? Дам ему еще один шанс – но пока что хотелось только смыть недавние мысли из своей головы, отчистить ее до скрипа. Ладони вспотели, сердце колотилось. Это интерес или отвращение? И как я отличу одно от другого, когда дойдет до чего-нибудь серьезного? К тому моменту, как я забрала из общей зоны куртку и переобулась, я уже вообразила нашу совместную жизнь с Васей, успев кратко остановиться на том, где найти денег на свадьбу. У него вроде обеспеченные родители… В животе неприятно заныло. Боялась упустить шанс – и боялась его использовать.

Я вылетела из здания и подскочила, услышав вопль «Сюрприз!» прямо в ухо. Отпрянула и уставилась на Еву. Моя младшая сестра иногда ждала меня, когда по своим цветочно-астрологическим делишкам бывала в Кирове, и мы вместе ехали домой, но сегодня она ни о чем таком не предупреждала.

И тут я заметила у нее в руках причудливый пестрый букет. Значит, все-таки работа. Ева уже полгода счастливо трудилась в цветочном магазинчике у нас в Пыреево и нашла способ использовать там свою страсть к таро и гороскопам. Убедила начальницу-флористку, что можно предлагать клиентам букеты, подобранные с учетом их знака зодиака. За дешевым материалом для своих задумок Еве приходилось в свободное время час тащиться на электричке в Киров, но она не возражала. В отличие от меня, Ева обожала свою работу.

– Цветы для козерога? – пробормотала я.

От вида сияющей Евы мне полегчало. Здорово, когда после таких неприятных разговоров тебя кто-то ждет.

– Тань, ты издеваешься? Не позорь меня, какой козерог! – возмутилась Ева и сунула букет мне прямо в лицо. – Слепому ясно, что букет для тельца! Ты видела эти оттенки? Так, все, пошли. – Свободной рукой она схватила меня под локоть и потянула вниз с крыльца. – Устала тебя ждать. На электричку опоздаем! Как день?

– Нормальный, – сказала я, торопливо шагая за ней к вокзалу. – Ты на цветочную базу ездила? Если букет для тельца, может, он предпочел бы пучок свежей травки… Ай, хватит меня бить!

Зато внимание от себя отвлекла. Если расскажу Еве про Васю, вечером меня ждет расклад таро, который точно скажет, что Вася – мой золотой шанс. Карточные колоды Евы имели удивительное свойство говорить то, что ей хочется, а романтика – ее любимая тема. Я выше подтянула воротник куртки и глянула вверх. Скоро дождь пойдет, надо бы и правда шагу прибавить. Я забыла зонт, а Еве надо беречь драгоценный букет. Даже в темноте можно было разглядеть, как низко нависли тучи. Воздух был влажный, ветер рвал с деревьев желтые листья.

На электричку мы все-таки успели. Втиснулись в тамбур, вместе защищая цветы от людей, подпиравших со всех сторон. Пока мы ехали, Ева болтала, а я делала вид, что участвую в беседе, и смотрела в окно, на размытые огни фонарей и отражения бледных лиц пассажиров. Старалась, чтобы мое собственное лицо казалось бодрым, хотя мне было так же тоскливо, как и последние три месяца, с того отвратительного дня.

Как-то раз в конце июля я вернулась домой с шишкой на затылке, без телефона, без документов, без сумки. Видимо, на меня напали и ограбили. Момент нападения я не помнила, но хуже было другое: я не могла вспомнить, зачем вообще на ночь глядя вышла из дома. Это ведь на меня не похоже! Но как я ни напрягала извилины, воспоминания не вернулись – вот они, последствия удара по башке. Ева тогда очень испугалась, и с тех пор я старательно делала вид, что все в полном порядке, хотя мне постоянно было грустно. Ни работа, ни учеба меня не волновали, в свободное время хотелось только лечь и бессмысленно уткнуться в телефон. А ведь начался последний год в колледже, неплохо бы взять себя в руки и учиться как следует. Диплом архитектора мне пригодится!

Но если в чем я и эксперт, то в том, чтобы не сваливать на близких свои проблемы. Я была совсем маленькой, когда от нас ушел отец. Мама из сил выбивалась, чтобы прокормить нас с Евой – а потом заболела. Два года назад она умерла, и Ева тогда была совсем разбита, все время плакала. Но вот теперь она наконец-то в порядке, у нее работа, хобби, друзья. Даже парень был, хоть они недавно и расстались. Короче, меньше всего мне хотелось подбрасывать ей очередной повод для тревоги – так что я повернула к ней голову и вовремя вступила в разговор:

– Серьезно? Две сотни за одну гвоздику?! Да им цена полтинник. Надеюсь, ты им все сказала.

Я притворщик со стажем – жаль, за это не дают диплом или зарплату.

Дождь начался, когда мы въехали в город. Капли дрожащими зигзагами раскатывались по стеклу, а к тому времени, как мы вышли на перрон, с неба уже лило вовсю. Еве надо было доставить заказчику букет для его девушки-тельца, и я предложила пойти с ней.

Зонта Евы на нас троих не хватало: букет был здоровенный, и мы отдали ему большую часть сухого пространства. Цветы были экзотические и нежные – уверена, от контакта с октябрьской погодой в Кировской области они пришли в шок. На месте Евы я бы еще