Один взгляд на лицо Аннабель сказал мне, что у нее та же проблема.

Моя спина мгновенно выпрямилась.

— Что ты здесь делаешь? — мой тон был резким, граничащим с грубостью.

Хантер повернулся и посмотрел на меня.

— Привет, подруга. — Он подмигнул и одарил меня одной из своих ослепительных улыбок. — Классная пижамка.

Я на секунду растерянно посмотрела на свою пижаму, а затем покраснела, как свекла.

— Я просто писательница лет двадцати с небольшим, которая проводит дни в пижаме с котиками и съедает тонну Oreo.

— Если что, ты выглядишь чертовски хорошо для женщины, которая съедает тонну Oreo…

Я потрясла головой, чтобы прояснить мысли, и мой взгляд упал на продолговатый конверт в его руке.

Вид конверта и мысли о том, что в нем может быть, заставили мое сердце бешено стучать.

— Что это? — спросила я, не смея надеяться.

Он не мог помнить.

Не мог.

— Что — это? — Хантер все еще ухмылялся, протягивая мне конверт. — Это для тебя.

Я покраснела еще сильнее, шагнула вперед, взяла конверт и быстро вскрыла его.

Мной овладело странное чувство, когда я уставилась на открытку в руках, но в итоге рассмеялась, прочитав напечатанное внутри.

Надеюсь, твой день рождения будет таким же классным, как твоя задница.

— Да, я думал, тебе понравится такое поздравление, — усмехнулся Хантер. — Я, блин, часами искал его.

— Как ты запомнил, что сегодня этот день? — выдавила я, хотя горло было сухим, как наждачная бумага. Я была почти уверена, что упоминала о своем дне рождения Хантеру всего один раз, и то в прошлом году.

— Эм, может, потому что ты мне сказала? — саркастично парировал он.

Я наблюдала, как он хватает огромный букет цветов с кухонного стола и протягивает его мне.

— С днем рождения, ХК.

— Подожди… у тебя день рождения? — Аннабель пискнула от удивления, забирая Райдера у Хантера и сажая его на бедро. — Джордан ничего не говорил.

«Потому что Джордан никогда не помнил», — подумала я.

— Неважно, — ответила я, принимая цветы. — Это не юбилей или что-то такое. Мне всего лишь двадцать семь сегодня.

Мое лицо горело, пока я шла к раковине и ставила букет на сушилку.

— У нас есть ваза?

— Под раковиной.

Она нахмурилась на секунду, а затем добавила:

— Ну, с днем рождения, Хоуп.

— Спасибо, — ответила я, доставая вазу для цветов.

Закончив, я повернулась к Хантеру.

— Знаешь, не могу поверить, что ты запомнил.

Я улыбнулась, и впервые за долгое время это была искренняя улыбка.

Он широко улыбнулся в ответ, и я сдержала вздох.

Кто-то должен был запечатлеть эту улыбку и повесить ее где-нибудь. Она была чертовски прекрасна.

— Тебе лучше пойти наверх и одеться, — сказал он затем. — Если я не доставлю тебя к родителям к трем, твой отец оторвет мне яйца.

— О боже, — простонала я, закрывая лицо руками. — Что они запланировали в этом году?

— Не уверен до конца. Но я подслушал что-то про розовые шарики и праздничные колпаки.

— Блин.

Мой ответ рассмешил Хантера, а Аннабель сказала:

— Иди наверх и готовься к вечеринке, Хоуп. Я составлю Лаки компанию.

Да, конечно, она составит.

Мне хотелось остаться здесь, на кухне, и не оставлять ее наедине с Хантером, а еще лучше — взять его с собой наверх.

Понимая, что не могу сделать ни того, ни другого, я уныло кивнула и направилась наверх, чтобы принять душ и одеться.

— О, я чуть не забыл, — услышала я слова Хантера, когда была на середине лестницы. — Сегодня важный день и для тебя, да?

— Для меня? — Аннабель звучала сбито.

— Да, — ответил он. — Сегодня должен был быть твой фальшивый день свадьбы, верно?

Я могла только представить выражение лица Аннабель в тот момент. Ее ахнувший возглас выдал, что она была ошарашена.

— В общем, с фальшивым днем свадьбы, — добавил он беззаботным тоном.

Я не смогла сдержать хихиканье, поспешно поднимаясь по оставшимся ступенькам.

Этот мужчина был лучшим другом на свете!

Когда я спустилась вниз через двадцать минут, мои волосы были мокрыми и спутанными.

Можете называть меня сумасшедшей, но я не хотела тратить кучу драгоценного времени, пытаясь укротить свои кудри, особенно ценой оставления Хантера наедине с блондинистой богиней, моей соседкой.

К моему огромному облегчению, когда я вернулась на кухню, Хантер сидел за столом один.

— Твоя соседка сказала передать, что ей нужно уйти на прием к врачу с ребенком, и пожелала тебе счастливого дня рождения.

Он нахмурился, прежде чем добавить:

— Думаю, я задел ее чувства своим комментарием про фальшивую свадьбу.

Я подумала об этом и пожала плечами.

— Неа.

Я не собиралась жалеть Аннабель.

— Так ей и надо за то, что поддерживала эту ложь.

Хантер ничего не ответил на это.

Его внимание было полностью приковано ко мне.

— Господи, — хрипло пробормотал он, вставая, не отрывая от меня глаз. — Ты что, пытаешься устроить бунт, ХК? — прошептал он, медленно оглядывая мое тело. — Ты выглядишь потрясающе.

Мое лицо запылало от смущения, и я выдавила нервный смешок.

Я посмотрела на свое красное платье с запахом и скривилась.

Моя грудь почти вываливалась из глубокого выреза, но в этом платье я чувствовала себя комфортно. Оно отлично скрывало мои неидеальные части тела, подчеркивая лучшие.

— Ну, — пробормотала я, — если мои родители настаивают на семейном фото, как они делают каждый чертов год, то хотя бы в этом я буду выглядеть более-менее прилично.

***

Лаки

«Если мои родители настаивают на семейном фото, как они делают каждый чертов год, то хотя бы в этом я буду выглядеть более-менее прилично.»

— Ты что, издеваешься? — спросил я, царапая затылок в полном недоумении.

Эта женщина была сумасшедшей. Она стояла передо мной, принижая свою внешность, когда за все свои тридцать один год я не видел никого прекраснее.

Серьезно, она что, троллит меня?

— Издеваюсь? — пискнула Хоуп с растерянным видом.

— Боже, — пробормотал я, качая головой.

Как она не видит то, что вижу я?

Как она не знает, что она самая красивая женщина, которую мне когда-либо доводилось видеть?

Мне нравился красный цвет на ней.

Когда она была в красном, она выглядела