class="p1">Остановившись у двери маленького коттеджа, Эдвард Сильвестер размышлял: «Может быть, она такая же свеженькая, круглолицая, с лукавыми глазками пансионерка. Из умных детей не всегда выходят серьезные и сердечные женщины. Я должен остерегаться пустых надежд».

Дверь ему отворила морщинистая низенькая старушка и с улыбкой воскликнула:

— Мистер Сильвестер! Я знала, что Уона вспомнит нас наконец. Пожалуйте, сэр, моя сестра вернется через несколько минут.

И с торопливостью, довольно смешной в пожилой женщине, она повела важного гостя в большую комнату, где, несмотря на его возражения, тотчас начала разжигать камин.

— Это доставляет мне удовольствие, сэр, — ответила она на выраженное им сожаление о причиняемых хлопотах, и в искренности ее слов сомневаться было нельзя. — Мы с Белиндой считали дни с тех пор, как отправили последнее письмо. Может быть, это покажется вам глупым, сэр, но Поола растет так быстро, и Белинда находит ее развитой не по летам, и мы думали, что Уоне пора об этом знать. Вы желаете видеть Поолу?

— О да, — ответил он, приведенный в негодование молчанием жены об ее родственниках.

«Они думают, что я приехал из-за полученного письма, — думал он, — а я даже не знал, что моя жена получила от них весточку».

— Вы удивитесь, — воскликнула старушка, самодовольно глядя на ярко вспыхнувший огонь, — всякий, кто видит ее в первый раз, удивляется. Племянница моя здорова?

Таким образом он в первый раз узнал степень родства жены, после десятилетнего супружества, с этими простыми обитателями гротвельского коттеджа.

Он ответил уклончиво и потом постарался выпытать от этой простодушной старушки несколько фактов, объяснивших ему, в чем дело. Мисс Эбби и мисс Белинда были незамужние сестры мистрис Ферчайлд и матери Уоны. Когда мистрис Ферчайлд умерла, они взяли к себе сиротку Поолу, воспитывали ее, обучали. Поола была необыкновенным и очень развитым ребенком, и Белинда решила, что она должна получить лучшее образование, чем мог предложить ей Гротвель. Она написала к мистрис Сильвестер в надежде, что она примет участие в судьбе своей кузины и отдаст ее в пансион; но до сих пор ответа не получали, так как, разумеется, мистрис Сильвестер была очень занята, а приезд мистера Сильвестера лучше всякого письменного ответа.

— А Поола знает о вашем намерении? — спросил Сильвестер.

Старушка покачала головой.

— Белинда просила меня пока не говорить ей ничего, — сказала она. — Девочка довольна своей жизнью, а мы не хотели давать ей ложных ожиданий. Вы никогда не пожалеете о том, что сделаете для нее, — прибавила она торопливо, посматривая время от времени на дверь и как бы боясь, что чей-то приход лишит ее возможности поговорить свободно. — Поола очень хорошая девочка, и никогда не доставляла нам хлопот. Но вот Белинда, — вдруг воскликнула старушка, бросаясь к двери. — Белинда! — закричала она, мистер Сильвестер у нас.

Вошла высокая пожилая женщина, некрасивое, но выразительное лицо которой и осанка, исполненная достоинства, тотчас показывали, что она принадлежала не к одному типу женщин со своей сестрой.

— Очень рада видеть вас, сэр, — произнесла она медленным решительным голосом, совсем не похожим на пискливый тон мисс Эбби. — Не приехала ли с вами мистрис Сильвестер?

— Нет, — возразил он, — я приехал один; моя жена не любит ездить зимой.

Ее блестящие проницательные глаза слегка сверкнули.

— Разве она больна? — спросила она.

— Она не больна, но ее здоровье оставляет желать лучшего, — ответил он спокойно. Она опять быстро взглянула на него, сняла шляпку и села около огня. Сестра ее тоже перестала суетиться, так же села и стала ее безмолвной тенью.

— Поола пошла наверх снять шляпку, — сказала Белинда довольно резким тоном. — Она очень замечательная девушка, мистер Сильвестер, некоторые называют ее гением, а я предпочитаю называть ее дочерью природы. Всему, чему можно было научиться в этом городе, она научилась. Признаюсь, я гордилась ее способностями и старалась их развить. Ни одна девушка в моей школе не может так хорошо написать сочинение, и ни у одной нет такого преданного сердца и такого сговорчивого характера.

— Стало быть, вы были не только ее другом, но и учителем.

Непонятая гримаса пробежала по ее некрасивому лицу.

— Я никогда не рассчитывала на признательность Поолы. Я принесла ей только одну жертву — ту, которая угрожает мне ее потерей.

Потом, как бы опасаясь, что сказала слишком много, она еще крепче сжала губы и, перестав говорить о Пооле, стала расспрашивать Сильвестра об их жизни в городе. «Замечательная женщина», — подумал он, и отвечал ей прямо и просто, к ее очевидному удовольствию, между тем, как кроткая мисс Эбби глядела на обоих со смиренным благоговением, показывавшим, что она понимает и принимает их превосходство над собой. Между тем, беспокойство мисс Белинды и нетерпеливое ожидание Сильвестера, прислушивавшегося к шагам на лестнице, свели разговор на нет, и скоро мисс Эбби встала и пошла за Поолой.

— Девочка не из робких, но не очень любит общаться с посторонними, — объяснила мисс Белинда.

Но Сильвестер не слышал ее слов, потому что в эту минуту дверь отворилась и мисс Эбби вошла с Поолой.

Эдвард Сильвестер никогда не забывал этой минуты, и немногие, увидев такую необыкновенную красавицу, могли бы не почувствовать и удивления, и восторга. Хорошенькой ее назвать было нельзя, это слово совсем не шло к ней, она была просто одно из великолепнейших и изящнейших произведений природы. Начиная с черных как смоль волос до крошечной ножки, она была совершенством во всем. Она была чем-то неповторимым и безукоризненным, чего можно сказать не о многих женщинах, как бы ни были они прелестны и привлекательны.

Сильвестер этого не ожидал и с минуту не мог оторвать глаз от красоты, превратившей маленькую гостиную во дворец, годный для королей. Но скоро, возвратив свое самообладание, он встал с вежливым поклоном и приветствовал любезными словами краснеющую девушку.

Вдруг ее глаза, которые до сих пор были потуплены, сверкнули на него, и улыбка мелькнула на губах, и он увидел с глубоким и внезапным удовольствием, что минуты, оставившие в нем такое глубокое впечатление, не были забыты ею, и что она его узнала.

— Это мистер Сильвестер, муж твоей кузины Уоны, — сказала мисс Белинда, очевидно, приписывая волнение девушки ее удивлению при виде величественной наружности их гостя.

— Так это вы женились на Уоне! — невольно прошептала она, покраснев от своих мыслей, высказанных вслух.

— Да, милое дитя, — поспешил сказать Сильвестер. — Вы помните меня? — прибавил он, улыбаясь.

— Да, — просто ответила она, присаживаясь возле него. — Признаться, я в первый раз встретила тогда человека, с таким энтузиазмом выслушавшего мой детский лепет. Весьма естественно, что такая доброта произвела на