— Хрясь, хрум-хрум! — граф послушно наклонился и выплюнул зубы на траву. Колдун тут же подобрал их, взвесил в руке, пересчитал:

— Материал хорош, только маловато будет… ну, да ладно! — Он наклонился над зубами и зашептал какие-то заклинания. Богатыри, наблюдавшие все это, навострили уши.

— Что они удумали? — прошептал Добрыня.

— Хрень! — твердо ответил Илья, сжимая рукоять меча.

— Сам знаю, что хрень, но какого рода?

— Мужского, — тихо сказал Яромир. Попович, услышав такой ответ, едва не покатился со смеху.

Между тем колдун, продолжая гнусавить заклинания, воткнул зубы в землю и принялся кропить их своим зельем.

— Вырастай, войско сильное, войско могучее! Навостри зубы длинные, искусай, загрызи добрых молодцев! Карачун! Хичкок! Муракамия!

Яга скептически поджала губы:

— Какие-то у тебя, батенька, заклинания несерьезные. Чудные…

— Ах, чудные?! — вскипел старик. — Ну, сейчас ты увидишь!

— Ой! — взвизгнула старуха, когда под ней зашевелилась земля. — Чей-то там корячится?

— Ха-ха! — ликовал колдун, подпрыгивая. — Сейчас ты увидишь! Сейчас ты за-бал-деешь!

Между тем земля в тех местах, где были посажены зубы, продолжала вспучиваться, подниматься пузырями и вдруг лопнула, рассыпавшись черными брызгами, и поднялись из-под земли здоровенные амбалы, каждый ростом с небольшое дерево.

— Ну что, каково?! — вопил старик, бегая между гигантами. — Вот она, моя гвардия! Кого хошь в гроб вгонит! Где твои богатыри? Ну, где, ау?!

— Тута мы! — рявкнул Илья и сделал шаг вперед. — А теперь посмотрим, кто кого в гроб вгонит!

Богатыри вступили в круг света. Галки и вороны, облепившие ветки ближайших деревьев, захлопали крыльями и заорали дурными голосами. Граф Рокфор пустился в галоп на месте, услужливо подставляя спину Яге. Недолго думая, Миледя вскочила на него верхом, что-то неразборчиво крикнула и пришпорила своего скакуна.

Только Рюбецаль никак не отреагировал на появление богатырей, поскольку превратился в подобие соляного столба. Вылезшие из земли исполины бестолково разбрелись по поляне. Они блуждали, словно слепые, натыкались друг на дружку, кое-где уже затевалась драка, а их хозяин все никак не мог прийти в себя. Илья подошел к старику и пытливо заглянул в круглые пустые глаза.

— Ишь как проперло! — удивился богатырь. — Может, его, часом, кондратий хватил? А ведь как скакал, как орал!

— Такое бывает, — авторитетно заявил Яромир. — Это когда луна макушку отморозит. Тогда человек сначала стоит как пень, а потом начинает по крышам лазить!

— А если ему дать в лоб, — продолжал размышлять Илья, — он как, придет в себя или наоборот?

Он уже поднял руку, чтобы проверить свои предположения экспериментально, но Яромир его опередил:

— У нас же настойка есть! Сейчас мы приведем его в чувство.

— Настойка?

— Надракакаш! — Яромир извлек бутылку и зубами вытащил пробку. Из бутылки вырвался спертый дух. Несколько ворон, потеряв сознание, свалились в траву. Остальные, бестолково маша крыльями, разлетелись кто куда.

— А как он пить-то будет, — заинтересовался Илья, — он же окаменелый?

— А мы ему пасть раскроем, — сказал Яромир, отводя пальцем стариковскую челюсть вниз. — Вот и дырочка открылась! — Яромир заботливо вставил бутылочку в образовавшееся отверстие. Надракакаш весело забулькала, проваливаясь внутрь.

— Хватит, куда ты! — хором завопили богатыри. — Его же сейчас насквозь проест!

И в самом деле, колдун трясся, как в лихорадке. Из ушей, ноздрей и прочих отверстий, коих даже у самых маститых колдунов насчитывается ровно девять, тонкими струйками валил разноцветный пар.

— Это хорошо, — сказал Яромир, пряча бутылку на место. — Значит, привилось. Он небось неделю без опохмела… Сейчас колотун пройдет, и легче станет.

Илья положил старикану на затылок тяжелую горячую руку:

— Ну что, трясучка центровая? Ступай к своим зомбикам! — Он щелкнул колдуна совсем незаметно, но этого хватило, чтобы старик отлетел к своему котлу и заорал горловым кошачьим голосом:

— Ко мне, мои славные воины! В одну шеренгу становись! Равняйсь! Смир-рна! В атаку на врага шагом… марш! Изничтожить! Порвать! Покрошить в капусту!

Нестройной толпой, пихаясь и наступая друг другу на ноги, исполины ринулись на богатырей.

И тут же получили по зубам. Правда, не все сразу. Те, что получили, улетели за край поляны и хрустели валежником, выбираясь обратно. А те, что еще не успели получить, напирали, махали руками и, в свою очередь, получали по увесистому тумаку, после чего отправлялись в свободный полет. Правда, Яромир заметил одну неприятную странность. Похоже, богатырские удары не приносили бугаям ощутимого вреда. Одного из них Яромир прижал к дереву и в порядке эксперимента отдубасил от всей души. Во все время этой процедуры тот доверчиво улыбался, а когда Яромир остановился, чтобы перевести дух, бугай въехал ему слева по скуле так, что у богатыря перед глазами закружились звезды.

— Ну, Вася, держись! — взревел Яромир, схватил земляного мужика поперек туловища и забросил в черное небо. Бугай улетел в торжественном молчании.

— Знай наших, — пробормотал Яромир и, потерев скулу, бросился в гущу врагов. Илья Муромец, Алеша Попович и Добрыня старались вовсю. Воздух наполнился летающими бугаями. Земляные мужики с глухим стуком врезались друг в друга; падая, крушили вековые деревья, но тут же как нив чем не бывало, вскакивали и перли снова. Те, кто улетел подальше, через некоторое время возвращались и с идиотической улыбкой снова лезли в драку. Колдун, размахивая длинными руками, плясал у костра, подбадривая свою гвардию. Время от времени он прыскал на них зельем, выкрикивая очередное заклинание.

На Илью Муромца насело сразу пятеро. Он их стряхнул с себя, но его схватили за ноги, повалили и принялись методически мять, как мнут сдобное тесто. Через минуту из копошащейся кучи вылетели штаны богатыря, а вслед за ними кольчуга. Илья взревел, вскочил, схватил одного из мужиков за ноги и пошел им обрабатывать остальных. Однако никакого результата это не принесло. Бугаи с улыбкой получали по зубам, с улыбкой падали на землю и с улыбкой вскакивали снова.

— Это колдовство! — прокричал Алеша Попович, отбиваясь сразу от десятерых.

— Ясный пень! — отозвался Яромир, круша улыбающихся идиотов налево и направо.

— Братцы! — завопил Добрыня. — У меня кошелек сперли! Верните кошелек, сволочи!

— С ними так не справиться! — крикнул Яромир. — Они ж неубиваемые! Их колдовством надо. Хрясь! — Он залепил в очередную улыбающуюся морду. В этот момент кто-то сильно