сможешь сдержать, Даррен, – зло бросила я.

– Он прав. – Мама шмыгнула носом, посмотрев на меня. – Потому что я не позволю ему вернуться сюда.

– Ох, помолчала бы! – прошептала я и, не добавив больше ни слова, развернулась и пошла в свою комнату, так и держа в руке отцовское письмо, желая себе радоваться двум последним неделям нормального сна, потому что в глубине души знала: я не буду больше спать нормально.

«Он вернется, – вот все, что я могла думать, забираясь под одеяло и сворачиваясь в клубок как можно плотнее. – Он придет домой – ты просто подожди и увидишь».

Кому-то придется умереть в этом доме.

Рано или поздно…

Я не сомкнула глаз в ту ночь.

35. Салфетки и вопросы эякуляции

ДЖОННИ

– Ты что, умер?

Голос Гибси прервал лучший из моих снов за многие годы, и я неохотно моргнул, просыпаясь.

– А? – хрипло и скрипуче после сна пробормотал я. – Что за фигня?

Приподнявшись на локте, я огляделся и увидел в дверях лучшего друга.

– Ты что делаешь?

– Я же вчера сказал, что заеду за тобой перед школой, – ответил он, удивленно глядя на меня. – Что с тобой?

– Ничего. – Громко зевнув, я пригладил волосы. – Ты меня разбудил.

– Ты всегда уже встаешь к этому времени, – заявил он, таращась на меня. – Ты заболел?

– Я похож на больного? – огрызнулся я, адски злясь на него за то, что он прервал мой первый за много месяцев нормальный, безболезненный сон. – Сколько времени?

– Половина шестого, – хмуро ответил он. – И – нет, ты не похож на больного, но точно выглядишь иначе. – Поддернув рукава синего школьного джемпера, он подошел к моей кровати, с подозрением вглядываясь в меня. – Спокойный, – отметил он. – И расслабленный. – И тут его глаза расширились. – Ты что, кончил?

– Слушай, ты слишком рано… – Снова падая на постель, я схватил подушку, прижал ее к груди и повернулся на бок с твердым намерением снова заснуть. – Дай мне еще пару часиков. Нам нужно быть в школе только в девять утра.

– Но я готов тренироваться, – настаивал Гибси. – Ты сказал, что поможешь мне. Мне нужна цель в жизни.

– Помогу, – простонал я, крепче прижимаясь к подушке. – Просто… сегодня дай мне поспать, ладно?

– Воображаешь, что подушка – твоя девушка? – спросил Гибси. – Крошка Шаннон?

– Да пошел ты, Гибс! – проворчал я, закрывая глаза. – Я устал.

– Ну да, устал шары полировать, – огрызнулся он. – Вот почему ты не встаешь и не хочешь меня тренировать.

– Иди сегодня без меня, – пробормотал я. – А я завтра… обещаю.

– Да на хер! – не отставал он. – Я никогда не вставал так рано…

– Тише… – умоляюще произнес я, не открывая глаз. – Спать…

– Джонатан!

– Джерард…

– Ты затрахал себя до изнеможения, так? – обвиняющим тоном воскликнул он. – О господи!

– Не буду это обсуждать.

– А ты не забыл про смазку, которую я тебе дал?

– Вали уже, дай поспать.

– Сработало? Какие ощущения?

– Гибс!

– Все спустил?

– Боже… – Я открыл глаза и уставился в стену напротив меня, мысленно считая до десяти и стараясь сохранять терпение. – Просто уйди.

– Не увиливай, – фыркнул он, падая на кровать рядом со мной. – У нас нет секретов.

– Ну, может, один бы не помешал, – сердито сказал я, переворачиваясь на спину и зло глядя на него. – Твою ж мать…

– Я не отстану, пока ты мне не расскажешь, так что можешь сразу начать. – Закинув руки за голову, Гибси глубоко вздохнул и добавил: – Хочу знать все подробности, Джонни.

Я долго смотрел на него, а потом самодовольно улыбнулся.

Гибси вытаращил глаза.

– Срань господня! – Он усмехнулся, в глазах загорелось возбуждение. – Реально?

– Работает, – уточнил я с удовлетворенным видом.

– Да? И как? – тут же спросил он с явным восторгом. – Так же, как раньше? Лучше? Хуже?

– Я доволен, – сообщил я. – Но честно предупреждаю – ты лежишь в луже.

– Да блин, Джонни! – Гибси стремительно спрыгнул с постели. – Ты вообще слышал когда-нибудь про культурную дрочку? Я тебе дал херову кучу резинок!

– Я не культурный, – хихикнул я. – Я просто хотел, чтобы он снова работал. И не хотел душить беднягу.

– Ты посмотри на мой зад! – завывал Гибси, и мне пришлось прижать подушку к лицу, чтобы подавить смех. – Посмотри, что ты со мной сделал! – орал он, показывая на салфетки, прилипшие к его брюкам. – Сними! – приказал он. – Убери свою сраную сперму с моих штанов, сейчас же!

– Нет, – сквозь смех произнес я.

– Ты кончил на мою задницу! – ревел Гибси. – Твоя сперма на моем теле!

– Прекрати, а то у меня швы от смеха лопнут!

– Вставай! – разъяренно требовал Гибси. – Оторви жопу от кровати и помоги мне!

– Не могу, – простонал я. – Я без сил!

– Ну да, без сил, – огрызнулся Гибси, начиная стягивать форму. – Потому что ты вылил половину своего сраного веса на простыни! – Сняв джемпер и рубашку, он скинул ботинки и спустил брюки до бедер. – Ты больной ублюдок! – возмущался он, стащив с себя брюки и швыряя их в меня. – Ты… ты… онанист херов!

Я смеялся, потому что, если честно, а что еще я мог сделать?

– Я прям чувствую ее на себе! – стонал Гибси. – Она на мне, да? – Борясь с рвотными позывами, он вертелся из стороны в сторону, пытаясь рассмотреть свою спину. – Я прямо чувствую, как она липнет к коже! – Уставившись на меня, он заявил: – Я чувствую себя изнасилованным, Джонни!

– Я к тебе не прикасался, – возразил я, задыхаясь от смеха и кидая его штаны обратно. – Ты в порядке, клянусь!

– Отмой мою форму, – потребовал Гибси, отпрыгивая в сторону от брюк. – Поднимайся, вынимай из-под одеяла свой здоровенный отекший член и вали стирать мою одежду! – Прищурившись, он зашипел: – Мне плевать, если даже тебе придется ползти вниз по сраной лестнице на карачках, лучше тебе отнести мою форму вниз и выстирать! А иначе я возьму твою, а тебе придется идти в твоей собственной сперме!

– Я после тебя отмывал столько всяких выделений, что и не вспомнить, – усмехнулся я.

– Твоя живая сперма на моей заднице похуже, чем моя блевотина на твоих простынях, урод! – орал Гибси, содрогаясь с головы до ног.

– Сперма умирает, как только высвобождается, Гибс.

– Только через семьдесят два часа! – с яростью ответил он. – Я вчера слушал этих секс-медсестер!

– Они не секс-медсестры, – возразил я, продолжая смеяться. – И уж во всяком случае ты не забеременеешь.

– Забеременею? – кипел Гибси, в ярости повышая голос. – Я уже до хера беременный! Я беременный отчаянием, Джонни! У меня живот раздулся от отвращения!

– Мальчики? – послышался мамин голос. – Что за… ох, Джерард, почему ты в трусах?

– Ваш сын! – Гибси обвинительно