Мой брат следил за мной всегда. Он ждал меня, и когда мы встретились, знал обо мне все, а я ничего не понимал. Тот факт, что в теле моего взрослого брата обитает Самаэль, был самым шокирующим в жизни. После смерти родителей. Этот болезненный факт останется для меня разрушительнее всего.

Я все исправлю. Выжму из себя все, что смогу. Ведь что есть моя жизнь в сравнении со всем миром? Моя борьба с верховным духом тьмы началась задолго до рождения, это обязывает. Я буду бороться. Обещаю, мам. Отец, ты ведь поможешь мне? Пожалуйста, помоги.

Так говорил я на могиле своих родителей перед уездом, сокрушаясь и давая волю слезам. Какой толк сохранять сейчас мужество? Я хочу еще немного побыть сыном. Слабым, ранимым и скучающим. Ведь отныне придется стать сильным, стать лидером и вступить в борьбу с древним злом уже до конца.

Мне удалось навестить учителя Тоши Кимура, который помогал отцу закрывать портал. Учитель продолжал работать в своем центре спасателей как руководитель, в тот страшный день он поехал помогать людям с другой группой и остался жив.

Тоши встретил меня очень радушно. Я поделился с ним планами и новостями, которые шокировали мужчину, ведь он думал, что переход закрыт навсегда.

Старый монах Адриан к этому времени ушел в мир иной, поэтому мне осталось отправиться в путь. В путь, который разделил мою жизнь на две части.

Часть вторая

Глава 1

План

Мне предстояло самое сложное — начать играть двойную игру

Прощание с родным домом вызвало во мне двоякие чувства. Я уезжал от родителей, возможно, навсегда, ведь грядущая борьба непредсказуема. Но с другой стороны, этот шаг мобилизовал: пора встать в один строй с отцом и матерью. Пришло время быть сильным.

Оплатив по договору присмотр за домом еще на год, я отправился в обратный путь на остров.

Перелет в США получился быстрым, словно пленку моей жизни ускоренно перемотали. Все шло нормально, но меня вдруг стало посещать странное чувство тревоги. Было непонятно, откуда оно идет, быть может, так действует возвращение.

По прибытию я заехал в штат Вермонт и выполнил обещание, которое далось с трудом: встретился с женой Френка. Услышав послание мужа, женщина сначала стоически закивала головой, а затем разрыдалась, закрыв лицо ладонями и съезжая по стене.

Мне было очень плохо. Стать вестником смерти — тяжелая роль. «Передайте моей жене, что я ее очень люблю», — еще долго звучала в голове просьба Френка, человека, ставшего для моего брата серой массой.

Я отвечу за твою смерть, друг. Твоя гибель встанет в ряд союза инверсов и будет сражаться вместе с нами. Ты не будешь забыт. И твоя честность вошьется кусочком в полотно нашего знамени. Знамени победы, верю в это.

В назначенном месте Нью-Йорка меня встретил человек с острова, он забрал у меня телефон, набрал комбинацию цифр на своем устройстве, что перестроило мой наручник, и мы отправились к судну.

Волнение, которое продолжало усиливаться, не понравилось мне. И дело было не в жене Френка, как подумалось ранее, а в чем-то ином.

Остров Северный Брат встретил нас покровом густо поросшей зелени, и чем ближе мы подплывали, тем тревожнее мне становилось. Неприятное чувство зародилось в сердце, затем заполнило легкие, подрагивая, словно остывший холодец, и расползлось по телу отравляющим ядом.

Вот и берег, нас уже ждал автомобиль, я забрался в салон и сразу ощутил невидимый груз. Это чувство исходило от моего родственника, который ждал меня в кабинете, протягивая свои черные липкие щупальца на каком-то ментальном уровне, пытаясь распознать меня, увидеть изнутри. Разгадать.

Как только машина остановилась, я направился в корпус, игнорируя братьев Рабовски, Томаса и главного врача института Роберта Кински, встречавших меня на входе.

— Марк… — попытался остановить Роберт, но я отмахнулся.

— Не сейчас. Все после!

Тревожный мандраж усиливался, что делало меня рассеянным. Я должен был найти причину, потому что как только вернулся на остров, мои способности лидера проявились снова. Я слышал, видел, ощущал, и источник волнения отнимал у меня силы, сбивал с ритма сердец, что стучали вокруг.

Левый корпус. Коридоры. Там, в своем кабинете сидит он. Конечно, он знает, что я приехал, видит, что я иду к нему, как и мне видно все, что он делает.

— Какая радость, — Валентин поднялся с кресла, раскинув руки. — Ты здесь. Не утомился в дороге? Все ли задуманное сделал?

Я смотрел на своего родственника, пытаясь понять, видел ли он меня на материке, знает ли, для чего я ездил? В этот момент Валентин атаковал мой защитный барьер, в поисках слабого места, и я понял: он не видел меня, а только сейчас пытается узнать.

Наша борьба взглядами повесила паузу, которую пришлось заполнить мне.

— Сделал, что хотел. А дорога, даже самая утомительная, только в радость после заточения на острове.

Прервав проникновение, брат качнул головой:

— Ты мог не возвращаться. Я не приемлю насилия.

— Правда? Тогда зачем ты держишь ребят? Отпусти их.

Валентин снисходительно улыбнулся:

— Я никого не держу. Их держит договор. И потом, разве тебе станет легче, если твои друзья уедут? Между вами возникла связь, не так ли?

О чем он говорит? Это общее знание или хозяин острова попал в точку?

— Ты только что выразил мнение, что я мог не возвращаться. А ребят сдерживаешь договором?

— Марк, запомни один факт: ни один на земле не равен тебе. Ты и мои адепты не одно и то же. Ни один из той серой массы тебя не стоит. Каждый имеет цену, только не ты. Потому что ты мое продолжение.

От энергии моего родственника стало плохо. Когда он говорил обо мне вот так, он становился мощным вулканом, лава особого отношения которого стекалась ко мне, обволакивая и сдавливая со всех сторон.

Не выдержав натиска, я шагнул назад, глубоко вздохнув, словно утопающий, который открывает рот в поиске воздуха.

— Но ты все же вернулся, — заметил Валентин, снова опускаясь в кресло.

Нужно было менять ситуацию, и я ответил:

— Конечно. Ведь цель необходимо достигать.

Воспользовавшись моим состоянием, взгляд темных глаз проник в меня более глубже, чем положено, и я спохватился, поднимая щит куполом.

— Будь добр, напомни свою цель, — расслабленно полюбопытствовал брат. — Очень надеюсь, что нам по пути.

Собрав силы, я скрепил сердце и постарался ответить непринужденно:

— Хочу расти рядом с тобой. Хочу получить знания, и я не