— Риваэль Хвэста, — не стал я утаивать правду, — может, слышал, сейчас за ним охотится гвардия и стража. И я в том числе…

Наверное, не стоило говорить последнюю фразу. Мне почему-то представилось, как церковник начинает кричать и обвинять меня в смерти рыжей колдуньи. И он был бы прав, конечно.

— Хвэста видел, как ты с ней общаешься. — Это даже не было вопросом.

Оскарби смотрел на дверцу экипажа пустым взглядом.

— Да, и правильно понял, что Гента важна для меня. Прости…

Служитель Освин удивленно встрепенулся.

— За что? За то, что ты, эльфийский князь, привязался к нам, смертным? Не говори глупостей, Кериэль. В смерти Генты виноват только тот, кто нанес удар, а не те, кому она была дорога.

Я глубоко вдохнул.

— Спасибо. — Мне было важно это услышать.

Но злость и гнев никак не унимались, как и чувство абсолютной невыносимой беспомощности: вот оно — тело, но я при всем умении договариваться с Костлявой ничего не могу сделать.

Но хотя бы Хвэста, решив поиздеваться, не тронул душу Генты.

Надеюсь, в чертогах Триединого ей теперь хорошо.

А уж мы тут, на земле, разберемся сами.

Экипаж остановился, и четверо крепких служащих морга осторожно вынесли тело. Мы выбрались следом.

— Соболезную, — нас встретил Мерджим, — мне уже описали ситуацию. Где твой амулет связи, остроухий?

— Сломался. — Я быстро представил фея и церковника друг другу и направился следом за некромантом подписывать необходимые бумаги.

— Возьми мой — свяжись с Карелом, — посоветовал Мерджим. — Нам сейчас начнут привозить ребят из группы Ферко. Точнее то, что от них осталось…

Фей с такой силой сжал в руках небольшое перо, что оно хрустнуло и переломилось.

— Тоже Хвэста? — тихо спросил Оскарби.

Я нашел силы только кивнуть.

— Гарэйл жив?

— Пока да. Надеюсь, выкарабкается.

Хоть что-то хорошее — я был уверен, что упрямый перевертыш переборет Смерть и выживет.

— Остроухий, — неожиданно резко окликнул меня фей, — на вскрытие точно не допущу, даже не проси. На тебя посмотреть — так можно рядом с другими трупами класть. Быстро проведем опись вещей, подпишем бумаги и протокол опознания, и вали отсюда. И священника забери.

Оскарби вздрогнул и, втянув голову в плечи, отошел к двери.

— Все равно у меня на вас времени нет, — чуть смягчил тон Мерджим и пояснил: — У Ферко более десяти погибших. А тело для похорон завтра можете забрать. Мы все подготовим.

Сейчас я был абсолютно уверен, что убью Риваэля.

Чего бы мне это ни стоило — убью. Даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни.

Ассистенты Мерджима вынесли нам в небольшом прозрачном ящике вещи Генты. Отдельно на стол легла регистрационная карточка.

— Когда есть документы — все значительно проще. — Мерджим придвинул к себе пустой бланк. — Мы обычно на следующий день документы выписываем, но я сейчас установлю причину смерти и заполню вам справку, чтобы не затягивать.

— Это я тебе и так скажу, — вздохнул, — направленный импульс в мозг вызвал острую недостаточность кровоснабжения. Так же убили Харица. Я знаю это заклинание. Нужно находиться в пяти-семи метрах от жертвы…

— Инфаркт мозга, — записал Мерджим, не ставя мои слова и диагноз под сомнение. — Ты пока иди — с Карелом пообщайся, вот амулет. Мне еще пару минут нужно.

— А можно… попрощаться? — неуверенно спросил Оскарби.

Фей поднял взгляд от справки.

— Не удобнее ли на похоронной церемонии? Ну как знаете. Если нужно — тело пока в соседнем помещении. Прощайтесь.

Я не пошел за служителем Освином, решив, что те слова, которые он хочет сказать Генте, не предназначены для посторонних ушей. Вместо этого, взяв предложенный амулет связи, я потянулся к Карелу.

— Мерджим? — раздался безумно уставший голос Киара.

— Нет, это Кериэль. Я одолжил амулет. Мне так жаль ваших ребят, — сразу принес свои соболезнования.

Карел немного помолчал.

— Ты не успел? — понял Киар.

— Не успел, — тихо согласился я.

— Скоро буду. Не уходи от Мерджима, хорошо?

Я кивнул, будто друг мог увидеть жест, но Карел каким-то образом понял меня.

— Мы убьем эту тварь, Кериэль. Даже не сомневайся.

Вернув амулет Мерджиму, я решил сказать служителю Освину, что ему вместе со мной придется подождать лорда Киара. Но, заглянув в соседнюю комнату, увидел только тело Генты, сейчас кажущееся большой фарфоровой куклой, удачно имитирующей человека. Черты лица колдуньи заострились, став чужими и спокойными.

— Оскарби? — позвал я, будто мог не заметить служителя.

— Что случилось? — на удивленный возглас ко мне на плечо подлетел Мерджим.

И мы синхронно посмотрели на распахнутое настежь окно в другом конце комнаты.

Только не это!

— Кажется, твой друг пошел мстить. — Фей неуверенно повел перламутровыми крыльями. — Кериэль, я, конечно, ничего не хочу сказать, но Хвэста его убьет и не заметит.

— Я искренне надеюсь, — пробормотал в ответ, — что Оскарби не знает, где искать Хвэста.

Нужно было бежать следом, хватать служителя за руки и убеждать, что с местью придется повременить. И вообще оставить ее тем, кто действительно мог потягаться с Риваэлем. Но я понимал, что должен дождаться Карела — действовать будем слаженно. Один, без средств связи, я точно наломаю дров.

Только бы Оскарби не успел сделать какую-нибудь глупость!

Не хочу одновременно похоронить двоих друзей.

К моргу начали прибывать экипажи, и я поднялся в кабинет Мерджима, чтобы не мешать. Фей внизу быстро распределял обязанности между сотрудниками и с кем-то недовольно переругивался по амулету связи.

— Эй, остроухий! — Я вздрогнул, когда некромант неожиданно залетел в комнату. — Старший целитель хочет забрать нескольких моих ассистентов — в главном корпусе не хватает рук. Но и у меня здесь аврал. Можешь им помочь? Лечить ты умеешь, заодно отвлечешься.

Идея мне понравилась, как и возможность спасти чью-нибудь жизнь.

— Одежду тебе найдем, — продолжил мысль Мерджим, неодобрительно кивнув на инквизиторскую тунику.

— С трупов? — Не то чтобы я брезговал. Сейчас воротить нос и выбирать не приходилось, но перспектива примерить вещи покойника мне так-то не понравилась.

— Почему это? — удивился фей. — Какие странные фантазии! У санитаров всегда есть сменные комплекты для себя. Сейчас подумаю, кто из ребят похожей комплекции, и что-нибудь сообразим. Пойдем, остроухий.

Уже через пару