думать, это ты что-то не так понял или увидел, ведь перворожденный не может быть монстром. Когда вы, лорд Квэлле, обратились к Максимильяну за помощью и устроили сцену, чтобы диагностика не показала отсутствие души, господин Эдер сохранил амулет с отпечатком вашего ментального поля и обратился за помощью к госпоже Мауре. Она, знаете ли, по характеру скептик. Хоть и посмеялась над подозрениями коллеги, не отказалась провести небольшое расследование.

— Последней каплей стала смерть моего друга Джулиана Нерезза! Сначала я узнал ваш отпечаток, когда лечил ему сломанные руки. Но Джулиан промолчал, и я не стал расспрашивать… хотя следовало бы! А затем я нашел следы магии на месте убийства и на Летиции — вы усыпили ее, пока убивали Джулиана! — опустив лицо, пробормотал целитель. — Он был хорошим человеком!

Я расхохотался так громко и издевательски, что смех отразился от стен и эхом упал на моих пленителей.

— Он изменял жене с мальчиками из борделей! — продолжал я хохотать как ненормальный. — И любил издеваться над ними, доплачивая за садизм! Как вы мало знали о своем друге!

Лицо Эдера исказилось ужасом.

Мне хотелось сделать ему еще больнее и спросить, через какое время уважаемый и хороший Джулиан Нерезза переключился бы на своих сыновей, но я заставил себя угомониться и замолчать.

— Ваши слова — ложь!

— Я спас от Джулиана работника борделя, в котором живу… — проворчал я, — и видел происходящее так же близко, как сейчас вижу вас.

— И вы, лорд Квэлле, посчитали, что вправе вынести человеку смертный приговор? — невозмутимо вопросил инквизитор.

— Ой! — Была бы у меня возможность — я бы отмахнулся от Исайи, а так только глаза закатил. — Давайте не ударяться в софистику. Я в любом случае вас переспорю — было больше времени на практику. У меня есть принципы, и я выбираю жертв, исходя из них. И я уверен, что так мир становится чище.

— Чудовище… — с отвращением выдавила госпожа Маура, до того в разговор не вступающая.

— Спасибо, я в курсе. — Повернулся в сторону инквизитора. — Ладно, вы, господин Иаго, герой — раскрыли правду об эльфах и вершите справедливое возмездие. Но интуиция подсказывает, что вы расправлялись с моими сородичами гораздо быстрее. И не водили с ними светских бесед. Чем я заслужил такую честь?

Исайя обошел алтарь по кругу и задумчиво посмотрел в мои бесстыжие глаза. Я не испытывал ни страха перед смертью, ни угрызений совести за совершенные злодеяния. Наверное, все это время подсознательно я ждал, когда кто-нибудь узнает, какие перворожденные на самом деле чудовища, и откроет на нас охоту.

— Когда Маура и Эдер пришли ко мне как к Карающей длани Триединого, — господин инквизитор по-отечески тепло посмотрел на своих сообщников, — мы поняли, в чем кроется корень проблемы. Если люди сами себе не верят, когда подозревают эльфов, что же требовать от остального мира? Выйди я на центральную площадь и приведи убедительные доказательства — толпа решит, что это ложь. Что инквизитор свихнулся, ведь не эльфы крадут человеческие души! Великие перворожденные, созданные Триединым из звездного света, не подвержены влиянию зла — они непогрешимы и мудры.

Красиво сказал. Надо запомнить, какие мы потрясающие.

— Госпожа Маура подсказала выход из ситуации: нужно препарировать эльфа в присутствии целителей, некромантов и императорской комиссии. И когда свидетели увидят своим глазами, что скрывается внутри перворожденного, наконец, поверят.

И начнется война… понятно.

— Вообще-то, — возразил я, — внутри эльфов находятся такие же органы, как и в любом человеке или, скажем, орке. Так-то физиологически мы похожи на другие виды. Кишечник, печень, легкие… не самое аппетитное зрелище. И даже если некромант установит, что в конкретном эльфийском теле нет души — так это вы, господин инквизитор, постарались. Наглый подлог! И вообще эльфийские души отличаются от человеческих!

Целители напряглись. Видимо, Эдер и Маура надеялись, что отличия при вскрытии эльфа сразу бросятся в глаза. А Исайя остался спокоен и доброжелателен.

— Не поверю, лорд Квэлле, что вы не знаете, как внутри эльфов перерождаются поглощенные души. Я видел мерзкие черные комки, которые пульсировали будто живые! Может, вы не в курсе, но по ним можно установить, кому некогда принадлежала душа. Достаточно обратиться к основам некромантии, доступным даже обычным людям. И если привлечь хорошего специалиста, полученные отголоски можно будет приобщить к делу. Не интересно, лорд Квэлле, как отреагирует Мерджим Алмос, когда станет исследовать ваш труп?

Уверен, мне будет уже все равно, как бы фей ни отреагировал.

Становиться наглядным пособием так-то не хотелось. Мало того что за века я поглотил достаточно, чтобы экспертиза отголосков растянулась на добрую неделю, так теперь во мне обитали темные души, вытащенные из убитых сородичей. А это — сотни и сотни жизней.

Хотя, с другой стороны, если целители возьмутся за скальпель прямо сейчас — их ждет большой и крайне неприятный сюрприз. Я-то телом не владею, и позвать щупальца не могу. Но как только господа сделают первый надрез — тут же лично познакомятся с «мерзкими черными комками». Те наверняка проголодались и с удовольствием пообедают этой троицей.

— Именно поэтому лорд, тяните время, сколько угодно. Даже если в храм ворвутся ваши друзья, нам будет только удобнее. И лорд Мертвец, и Гарэйл Ферко, и граф Балдассаре, которого вы тоже очаровали — все они встанут на нашу сторону.

Насчет Карела я бы поспорил, но остальные, увы, могут.

— Приступайте! — не сдержав ехидства, предложил я. — А то я рискую умереть от холода.

Со стороны закрытых дверей храма раздался грохот, будто уронили несколько медных тазов. На подмогу это было не похоже, поэтому насторожились мы все.

— Вы кого-то ждете? — уточнил я у инквизитора, и тот мотнул головой.

Грохот повторился.

— Госпожа Маура, не будете ли вы любезны…

Исайя явно не желал уходить и оставлять меня наедине с целителями. А вдруг я как-то вывернусь? Женщина передернула плечами, но повиновалась.

Стоило только Мауре отойти, как новый грохот раздался со стороны задней части храма — даже покосилось изображение Триединого на стене.

Эдер, бледный и взмокший, жалобно обратился к инквизитору:

— Простите, ваше преосвященство, я не рискну…

Ха! Вот она — главная проблема таких помощников. Ничего они сами не могут. Что-то где-то начнут, потом струсят и сразу в тень.

— Не подходите к эльфу, — посоветовал Исайя Эдеру и скрылся из поля зрения.

— Да-да,