почувствовать удовлетворение от выполненной задачи. Я внимательно осмотрелся и увидел то, о чём жрец либо не знал, либо умолчал. Примерно в дне пути на север я разглядел деревеньку на окраине леса и направился туда, чтобы убедиться либо в том, что там всё в порядке, либо в своей правоте.

Добравшись, я обнаружил, что деревня в порядке, но жители какие-то хмурые. Я понаблюдал за жизнью деревни трое суток, скрываясь под маскировкой и понял, что тут что-то не так. Ну не может целая деревня постоянно ходить угрюмой! Я выбрался из своего укрытия, вернулся немного назад и убедившись, что вокруг никого нет, развеял заклинание маскировки, и направился к деревне.

Стоило мне подойти, как местные попрятались по домам, что вызвало неприятные воспоминания. Однако мне на встречу вышло пятеро мужчин, вооружённых вилами и топорами. Все они выглядели хмурыми и явно раздражёнными.

- Кто ты? – крикнул мне один из них, когда между нами было ещё метров двадцать.

- Я Эрик, странствующий алхимик. Собираю разные рецепты зелий и интересные истории по деревням разных стран и королевств. – ответил я, подняв руки и показывая, что не вооружён.

- Уходи отсюда, пока не пожаловали посланники герцога, иначе умрёшь. – крикнул мне тот же человек, опустив оружие. Остальные поступили так же.

- А можем мы несколько минут поговорить, чтобы я знал, в чём опасность? А то я планировал путешествовать по вашему королевству? – спросил я. Мужики переглянулись, главный им кивнул и направился ко мне, пока остальные наблюдали издалека.

- Я Люк. Староста этой деревни. – угрюмо представился мужик. Рост у него около ста семидесяти сантиметров, одет в простые штаны и рубаху из льняной ткани, с пеньковым поясом и шапкой из чёрной шерсти. – Я повторю, лучше бы тебе уйти, ибо незавидна судьба одиноких путников в здешних краях.

- Благодарю за предупреждение, староста. Я, несомненно, им воспользуюсь, но прежде, чем я уйду, можешь ли рассказать, что тут произошло? Я недавно встретил жреца, а он не пустил меня в деревню, в неделе пути отсюда, а теперь и ты советуешь мне уходить. Я просто не понимаю, в чём дело. – попросил я больше информации, стараясь выглядеть обеспокоенно и даже немного напугано.

- Хорошо, странник, я расскажу тебе, но только ради нашей безопасности. – вздохнул он, приблизился ко мне и начал быстро шептать. – Три месяца назад четверо таких же путников, как и ты чем-то не угодили сборщику налогов герцога. Их схватили, замучили голодом и пытками, а потом еле живых привязали в лесу. Палачи дождались, когда все четверо умерли и просто бросили их тела там же, где и заморили бедолаг. Они не пускали к мертвецам ни жрецов, и даже простых могильщиков, говоря, что нет места таким подле богов.

- А как это связано со жрецом и с тем, что мне нельзя входить в деревни? – уточнил я.

- А так! На следующую ночь после того, как солдаты ушли, все четыре тела пропали! А по ночам из леса стали раздаваться стоны и крики! И так продолжалось каждую ночь! Лишь три дня назад монстры почему-то затихли. Нам не нужно, чтобы ты присоединился к монстрам, которыми скорее всего стали те четверо, раз тут уже и церковь рыщет. – продолжил он шептать мне, а в глазах я видел какой-то странный фанатизм вперемешку с ужасом.

- Я понял. Благодарю за предупреждение. Тогда я, пожалуй, отправлюсь в другое королевство, раз у вас такие зверства творятся. – ответил я с лёгким поклоном, чтобы показать благодарность простого человека за подобное предостережение.

- Пусть твои боги хранят тебя, странник. И запомни, в нашей деревне с тобой хорошо обходились! – попрощался он, добавив странное напоминание.

- Прощай, староста. – ответил я и направился прочь от деревни.

Теперь я выяснил, откуда взялись те четверо, которых мы устранили. Но, судя по всему, если не остановить этого герцога и его сборщика, вскоре могут появиться новые жертвы. Решив разобраться с этим, я направился по дороге на север, в сторону Селловиля, чтобы узнать больше. Не думаю, что старик упомянул этот город просто так.

За три недели, что я добирался до города, я встретил несколько путников, которые получали такой же отказ во всех деревнях, что им попадались, как и я. Они рассказали мне, что идут в столицу королевства, чтобы посетить собор солнца и преклонить колени перед Всевышним. Причём из всех встреченных мной, больше половины оказались именно паломниками. Остальные же просто искали место, где могут начать новую жизнь.

Стоило мне прибыть в город, как меня обвинили в изготовлении фальшивых денег и бросили в темницу, отобрав доспехи и оставив буквально в одной набедренной повязке. Я же решил подождать развития событий, ведь в любой момент могу освободиться от хлипких цепей, которыми сковали мои руки и ноги. Меня держали в каком-то подземелье почти неделю, явно повторяя историю, которую рассказал мне староста. Однако никаких пыток мои пленители не применяли, что странно и не сходится с рассказом.

Через неделю меня посадили в крытую телегу и куда-то повезли. Правда везли не долго, и когда меня вывели из телеги, я понял, что оказался на окраине леса. Меня привязали к дереву и стали чего-то ждать. Впрочем, ждали тоже недолго. Всего через три часа к нам подъехала карета, украшенная позолотой, и оттуда вышел парень лет двадцати, с довольно привлекательным лицом, ухоженными коротко постриженными светлыми волосами и надменным взглядом жёлтых глаз. Одет он в одежды из материала, который я могу определить, как шёлк или что-то подобное. На нём белые штаны, мундир красного цвета и белая рубашка с кружевами, а обут он в высокие сапоги из чёрной кожи.

- Так это и есть фальшивомонетчик? – спросил он мелодичным голосом, не низким, но и не высоким, но при этом вызывая какое-то странное раздражение.

- Так и есть, ваша светлость. – с поклоном ответил ему худощавый мужик с козлиной бородкой коричневого цвета, который нацепил на себя мои доспехи.

- Доказательства? – поинтересовался дворянин.

- Конечно! Я лично проверил все найденные при нём деньги, и они оказались фальшивками! – быстро закивал, как я понял, сборщик налогов, и протянул три монеты дворянину. Причём это не мои деньги. Я использовал деньги, которые поменял у Себастиана и которые явно непохожи на то, что сейчас показывал чиновник.

- Понятно, значит, как и с остальными – казнить и не давать