— Звучит не очень безопасно…

— Да, это самое неприятное место в пути. Мы долгое время не могли пройти там — поделился Джек. — Пока не поняли тактику. Она довольно проста — идти медленно и осторожно. Перебегать разломы и держаться поближе к техноциту. Всё, что вторгнется на Дорогу — будет иметь дело с ним.

— А техноцит тянет существ такой силы?

— Там он значительно мощнее, так что самим тоже не рекомендую к нему соваться. Они не трогают проходчиков, если вы сами их не будете трогать. И терминалы там искать даже не думайте. Жители девятнадцатого и двадцатого по уровню сил проходчиков не сильно нам уступают, но не смогли спуститься ниже пятого.

— Значит, просто идём, при виде противника отступаем к техноциту и ждём, правильно? — уточнила Тия.

Джек кивнул. Когда мы уже почти приблизились к краю сектора, часть группы Семнадцатых — Джек и Оскар, отправились вперёд, к пропускному пункту на границе секторов.

Некоторое время мы шли в тишине, пока Элеонора не решилась немного поговорить.

— Как вам наш сектор? — решилась спросить она.

— Рай, — сказал я. — Впрочем, у нас тоже не хуже, только силы для благоустройства получили не так давно. Скоро пригласим вас в гости, или кого там корректор выберет для модификаций.

— Буду рада, если окажусь в этой группе, — чуть улыбнулась Элеонора.

Сайлас на наш разговор внимания не обращал, вглядываясь вдаль. Впереди уже появился пост с переходом в следующий сектор.

Здесь не было большой охраны. Больше внушительные боевые механизмы, которые, судя по толстому слою пыли, простаивали. Охраной служила сама Стена — барьер был полностью исправен.

О нашем появлении здесь уже были осведомлены и не задавали вопросов. Я сам обратился к Системе, та просканировала меня, нашла модуль ключа и пропустила дальше.

Модуль ключа… Теперь, после рассказа Семнадцатых, эта история смотрелась в ином свете. Ключ я нашёл в руке у корректора двадцать первого сектора. С припиской «хоть ты покинь это место». Что, если это и был тот самый ключ администратора? Что, если тем проходчиком, который вырвал сердце админа — был Дух Джа?

Жаль, в его памяти ничего не сохранилось.

Двадцать первые достигли лишь пятого этажа. Это сектор смерти. Одержимый цепью системной стихии… Тот, кто носит титул администратора, с высокой вероятностью связан с этой силой и имеет доступ к служебным терминалам. Мог ли он быть как-то связан с тем, что случилось в двадцать первом?

Впрочем, это всё только догадки. Никаких подтверждающих фактов у меня не было, так что это мог быть кто угодно.

— Доброй дороги, Арктур.

Едва мы пересекли разделяющий сектора барьер, как тело окутало холодом. А спустя первые метров двести я понял, что дрожу. Температура резко упала до пятнадцати градусов. Не то чтобы страшный холод, но в семнадцатом секторе нам под весом всех боевых артефактов было скорее жарко.

И температура быстро падала. Так что минусовые температуры очень скоро могут стать реальной проблемой.

По мнению Семнадцатых, место было спокойным, но неуютным. Теперь я понял, почему.

Вскоре мы вышли из тёмного тоннеля в широкую сеть из сломанных локаций, засыпанных снегом и освещённых сверху через проломы в потолке алым светом.

Вдоль дороги вскоре появился техноцит. Скелеты-киборги стояли спиной к дороге на вечном бдении от всевозможных чудовищ.

— Что скажешь? — спросил я у Белой при их виде.

Та отмахнулась, не став вдаваться в подробные объяснения.

— Они сильнее нашего где-то этажей на пять, но они настолько изношены, что угрозы для нас не представляют.

Пробоины на верхний этаж встречались всё чаще. За спинами стражей техноцита, в чьих рядах регулярно были пробелы, тянулись виды снежной насыпи. Выглядело это так, будто над нами поверхность Стены, но на деле там просто был некий источник света.

Когда проплешина между рядами стражей стала больше, два дрона Сайны улетели на обследование.

— Я чувствую звон мороза, — произнесла Эстель. — Слышу его треск в воздухе.

— Угу, и эдельвейс то же самое показывает, — подтвердила механистка. — Здесь рядом сильные стихийные существа или аномалии.

Вскоре камеры Сайны зафиксировали странное существо, напоминающее серокожего иссохшего обнажённого старика с длинными седыми волосами. Называлось оно «снежным умертвием» и отличалось источником своей силы — магия была заменена на силу ледяных энергетов.

Существа были очень сильны, но не на нашем текущем уровне. Больше неприятны, ведь вокруг них температура снижалась ещё больше.

Из соображений коллекционирования мы слегка задержались, чтобы встретить первого такого лицом к лицу. Бой прошёл гладко: Тео и Мерлин его забросали огненными навыками, а у нас появился набор фрагментов — Тихон сразу же взялся запасать нам несистемные фрагменты существа для терминалов. Для этих целей идеально подходил трофейный артефакт могильника, внутри которого время запечатывалось, когда он неактивен.

Затем мы продолжили путь, не став углубляться внутрь.

Температура, как я и думал, достигла отрицательных значений. Я активировал «внутреннее тепло». Мерлин, Тео и Альма поддержали меня своими схожими умениями, и экстремальный холод сменился просто собачьим холодом.

К середине сектора Сайна уже использовала обогреватели, которые несли на спинах три её меха. Да и мы все не столько смотрели по сторонам, сколько кутались от холода и дрожали. Затем кто-то предложил петь песни, чтобы согреться, и о маскировке тоже можно было забыть.

Однако это нам действительно помогло, а по наши души так никто и не пришёл.

Середину сектора мы преодолели без каких-либо стычек. Сектор оставался безмолвным. И так продлилось до самых его границ.

Техноцит то стоял, то пропадал из виду, и мы порой по километру шли, не встретив ни единой особи. Но и чудовища появлялись ещё лишь раз за это время. Это было нечто, напоминающее белоснежную смесь шипастого крокодила с котёнком, и пасть была скорее крокодилья, только ещё и без глаз.

Существа до последнего сидели среди снега и, судя по картинке с дронов Сайны, игрались, будто коты. Когда же, наконец, они увидели нас, то вдруг перепуганно шарахнулись и побежали всей небольшой стайкой прочь.

— Успела засечь параметры? — спросил я у Белки.

— Да. Ничего примечательного. Фазовая снежная рептилия. Параметры на восемнадцатый этаж по нашим меркам.

Затем — снова затишье. Мы не входили на территорию сектора и шли по дороге до самого барьера. Когда оставался где-то километр до перехода, я скомандовал остановку на ночлег.

Стык девятнадцатого и двадцатого, да и сами