обычного какого, так самой Шанкьяхти-хи! Ты вообще знаешь, сколько в ее крови намешано? Не мотай головой. Знаю, что не знаешь. Риторические, Ян, риторические…»

Он надолго умолк, и стало понятно: кровь Шаны на компоненты публично делить никто не станет. Можно, конечно, попробовать переспросить, только это будут все те же риторические. Поэтому Ян задал другой, более насущный вопрос:

«Так Дэн умрет?»

Пузыри снова разорвались с протяжным вздохом.

«Не знаю, — ответил демон. — Надеюсь, что нет».

«А ты совсем ничем не можешь ему помочь?»

«Нет! И давай без выводов тут! — разозлился рыжий и снова отрастил руку, чтобы погрозить Яну пальцем, но неожиданно завис и висел так несколько минут. Ян уже успел заволноваться, когда демон очнулся. — Точно! У меня ж тут заначка на черный день есть. Ща позову!» — и щелчком пальцев выкинул Яна обратно в реальность.

Надо заметить, вовремя — к нему уже шли с трех сторон Макс, Сеня и Мигель. Все трое выглядели вполне живыми и здоровыми, уж точно куда лучше, чем когда уходили по своим местам. Значит, Священный Огонь помог не только ему. Может, Дэну все-таки тоже?

Кажется, беспокойство отразилось на его лице, потому что Макс остановился и, осмотрев зал, спросил:

— Все в порядке?

Ян кивнул. Все и впрямь было хорошо: руки целы и невредимы, в голове ни намека на зарождавшуюся еще недавно боль, а зал залит теплым солнечным светом, который после царящей повсеместно тьмы улучшал не только самочувствие, но и настроение. И где-то внутри пульсировала звенящая радостью мысль: «У нас получится! Мы сможем победить богиню Сарасвати и то дерьмо, что она здесь натворила!» И лишь вероятная смерть Дэна немного приглушала эмоции.

— Тогда идем, — отец кивнул на выход в Восточный зал. — Заберем Дэна и, если получится, попробуем сразу телепортироваться ко мне.

Хорошая мысль, ведь там в особняке Ольга, а еще туда можно призвать Николаса — вдвоем у них должно получиться исцелить Давыдова. Если, конечно, этого не сделала «заначка» демона Максвелла. Ян успел уверовать в это, но на выходе из зала надежды разбились вдребезги, опав на грязный пол вместе с хорошим настроением. Дэн Давыдов валялся без сознания все у той же стены, где его оставил Макс. Тело била мелкая дрожь, как будто призванная показать, что парень все еще жив. Надолго ли?

Первым к нему бросился Мигель, перевернул на спину, начертил на лбу неизвестную Яну руну, но она не сработала. Макс, Арсений и сам Ян не могли даже первую помощь оказать, потому просто стояли с понурыми лицами, наблюдая за безуспешными попытками Фернандеса. На очередном плетении Макс перехватил запястье Мигеля и покачал головой.

— Теряем время. Идемте на улицу. Если ритуал сработал как надо, сможем телепортироваться.

Уйти они не успели. Мигель запрокинул Дэна на плечо, и они все вместе двинулись к выходу, но там уже стоял бородатый китаец средних лет в темно-зеленом ханьфу и задумчиво смотрел на Давыдова, которого все еще лихорадило.

— И что такого натворил этот вредный ребенок? — строго спросил он, и все с удивлением его узнали, хотя голос звучал куда моложе, чем им помнилось.

— Лин Вей⁈

— С утра был им. Так что он сделал?

Ему не ответили, только в голове Яна пронеслось зловещее: «Убил младшего брата», за которое он себя тут же одернул, напомнив про эмпатию, требующую прокачки.

— Не знаете или никак не оправитесь от шока? Ладно, давай его сюда, Мигель, — и Лин Вей постучал по полу прямо перед собой. — Мигель! Очнись! Ты тратишь драгоценное время своего друга. Ты же не хочешь его убить?

Мигель вздрогнул, быстро мотнул головой и выполнил просьбу.

Верховный Творец склонился над телом своего единственного ученика и, нахмурившись, зацокал языком, попутно щелкая заранее заготовленными диагностическими рунами. И чем больше их было использовано, тем мрачнее он становился. Но никто не посмел спросить его, в чем дело — боялись отвлечь, а может, и просто боялись вдруг ожившего и помолодевшего правителя Шамбалы.

— Никто из вас точно не в курсе, что он сделал? Напрямую к Агни я сейчас обратиться не смогу — он сейчас занят Внутренним Рубежом, — Лин Вей поднял на них взгляд. — Смелее, я, в отличие от гончих смерти, не кусаюсь. Ну? — Они продолжили молчать, и он едва подавил вздох. — Что-нибудь выпил? Съел? Убил кого-нибудь особенного?

«Ага, — истерически хохотнул темный попутчик в голове Яна. — Младшего брата!»

Ян цыкнул на него, в очередной раз напоминая себе про эмпатию, после чего выдавил:

— Демон говорил что-то про кровь Шаны… кхм… Шанкьяхти-хи. И судя по том, что фляжку у Дэна выбили не так давно, где-то полчаса-час назад, то он пил ее в несколько приемов.

Они выругались одновременно — Макс, Лин Вей, Мигель и даже Арсений, громко и грозно, заставляя Яна вздрогнуть и отступить на шаг.

— Что не так? — взяв себя в руки, переспросил он.

— Кровь векш для целителей хуже яда, — пояснил Сеня, когда остальные предпочли еще раз выругаться. — А у Шанкьяхти-хи прадед бог, бабка богиня, да и папочка недалеко от них упал. Другими словами, ее кровь для Дэна похлеще ядерного взрыва — такой же смертельный, только во времени растянутый, как раз чтобы подольше мучился.

— И ничего нельзя сделать? — вопрос был не просто риторическим, но и наивным донельзя — самое то для прокачки эмпатии и упадка самооценки.

— Нет! — отрезал Лин Вей. — Он умрет в течение суток.

В его голосе отчетливо слышался гнев, причем гнев не на Дэна, а на них троих, потому что не уследили, а судя по взгляду, оправдание про то, что Давыдов уже таким заявился к ним на Внешний Рубеж, разозлят Верховного Творца еще сильнее. И Яна прорвало.

— То есть ты вместо того, чтобы питать Внутренний Рубеж, где-то шлялся по омолаживающим процедурам, и теперь заявляешь, что ничего не можешь сделать для своего единственного ученика? У тебя сердце-то есть? Про совесть я вообще молчу!

Показалось, что воздух вокруг них пошел искрами. И Макс уже положил руку Яну на плечо, чтобы спрятать его за своей спиной, когда между ним и Лин Веем вклинилась молодая китаянка. Заглянула с тревогой в глаза, поймала обращенный к Дэну взгляд, обернулась и с тихим криком бросилась к нему, упав на колени так, что те должны были хрустнуть, но