тюрьме, откуда была условно-досрочно освобождена в апреле 1990 года. Дайан являлась матерью 6-летней девочки — эта деталь имеет некоторое значение в контексте настоящего повествования. Имеет значение и ещё одна деталь, о которой нельзя не упомянуть — в действительности Дайан не была знакома с Кенни Понте и, соответственно, никогда с ним не встречалась. Но она задурила голову всем и прежде всего самому Кенни Понте, который явно запутался в своих многочисленных беспорядочных связях и решил, что ежели женщина настаивает на знакомстве с ним, то, стало быть, так оно и было.

Заблуждения Кенни имели далеко идущие последствия, что очень скоро и показали совершенно необыкновенные события, в которые он угодил благодаря как раз Дайан Догерти.

Итак, что же последовало после того, как Реддингтон в телефонном разговоре предупредил своего клиента о подозрениях, связанных со странной блондинкой, необъяснимо появившейся в его офисе 28 апреля? Уже 4 мая Кенни Понте, всё ещё находясь в своём доме в Порт-Ричи во Флориде, неожиданно получил по почте весьма пространное письмо, написанное явно женской рукой. Как несложно догадаться, автором послания явилась Дайан Догерти. Хотя адвокат Реддингтон не сообщил ей флоридский адрес Кенни, дамочка сумела его установить и без адвоката. Письмо на четырёх листах — не всякий графоман, кстати, накатает такую эпистолу! — было исполнено самых дружеских и даже нежных сентенций. Сердце бывалого холостяка Кенни дрогнуло, и на следующий день он позвонил по домашнему телефону Дайан, который женщина благоразумно указала в конце своей цидулки. Этот звонок, кстати, оказался не единственным, впоследствии Догерти утверждала, что за последующие три недели она потратила более 500 $ на оплату телефонных счетов. Надо сказать, что Кенни всегда звонил ей за её счёт. Примечательная практичность, не так ли?

Итак, адвокат Понте на протяжении всего мая разговаривал с Дайан по телефону, и разговоры эти, насколько мы можем сейчас судить, имели довольно романтический подтекст. Кенни приглашал дамочку во Флориду отдохнуть и, вообще, набраться сил вдали от массачусетской суеты, а Дайан приглашала его обратно в Нью-Бедфорд. Понте в Нью-Бедфорд ехать отказывался, ссылаясь на отсутствие денег, и Дайан стала ему посылать деньги почтой. Невероятно, но в течение мая она отправила в Порт-Ричи тысячу долларов — это довольно значительная сумма по меркам 1990 года.

Когда Реддингтон узнал о контактах своего подзащитного с Дайан Догерти, то строго отчитал за легкомысленное поведение. Кенни, однако, постарался переубедить своего адвоката, настаивая на том, что Дайан его не обманет, он держит ушки востро и всё контролирует, а вот её денежки будут совсем нелишними. «Она же шлёт мне не свои деньги, а деньги Пины, — говорил Кенни адвокату. — Ты жалеешь деньги окружного прокурора? Пусть платит, и чем больше, тем лучше». В общем, Реддингтон и Понте так ни до чего и не договорились, и последний свои контакты с Дайан не прервал.

Далее события сделали интригующий зигзаг, который кому-то покажется неожиданным, а кому-то, напротив, ожидаемым. 3 июня Догерти вылетела во Флориду, и Кенни Понте встретил её в аэропорту «Орландо», после чего привёз женщину в свой дом в Порт-Ричи. Там они провели последующие дни.

Следует уточнить, что Кенни разделил свой дом в Порт-Ричи на две равные половины, каждая из которых имела собственный вход с улицы. Одну половину предприимчивый адвокат сдавал за 50$ в неделю — это были не очень большие деньги, но судя по всему, Кенни был весьма стеснён в средствах и потому не пренебрегал даже такой суммой. Именно присутствие арендатора и запустило цепочку в высшей степени неприятных для Кенни событий, возможность которых он явно недооценил.

11 июня Кенни неожиданно поругался с женщиной, арендовавшей половину его дома. Он с ней вообще не собирался разговаривать и в обществе Дайан Догерти уже отъезжал в своей автомашине от дома, когда эта женщина вышла за порог, и Кенни решил спросить, когда она заплатит за проживание. Женщина ответила, что ничего ему не должна, поскольку он не вернул ей залог, отданный ему до фактического начала аренды. Возникла мгновенная перепалка, Кенни раздражённо сдал машину назад и вроде бы задел ею спорившую с ним дамочку. А может быть, и не задевал, поскольку никаких телесных повреждений на её теле впоследствии не оказалось.

Тем не менее, дамочка решила, что у неё появился отличный повод пожаловаться на арендодателя, и сразу же позвонила в полицию, заявив, что Кенни Понте не только её обругал и необоснованно потребовал денег, но и попытался совершить наезд.

Кенни спокойно катался в обществе Дайан по городу и не думал о плохом, пока через несколько часов его не тормознул полицейский патруль. На Понте и Догерти надели наручники и в полицейской машине увезли на допрос в штаб-квартиру местной полиции. После краткого допроса обоих отвезли в суд, где дежурный судья санкционировал арест обоих. Кенни Понте был взят под стражу по обвинению в оставлении места автотранспортного происшествия [то есть предполагаемого наезда на женщину-арендатора], а Дайан Догерти отправилась за решётку по причине нарушения условий досрочного освобождения, ибо она не имела права покидать пределов округа Мидлсекс (Middlesex) в Массачусетсе без разрешения надзорного сотрудника службы пробации. Залог для освобождения Кенни был назначен в размере 5 тыс.$, а Дайан Догерти в залоге было отказано.

Во второй половине следующего дня — то есть уже 12 июня 1990 года — Дайан Догерти обратилась к сержанту местной полиции по фамилии Сейджер с заявлением, в котором сообщила, что подверглась неоднократному сексуальному насилию со стороны Кеннета Понте, во время которого последний не только избивал её, но и угрожал револьвером. Помимо этого, он по меньшей мере три раза вводил ей в вагину некий металлический предмет, причинив повреждения, вызвавшие сильное кровотечение, а также душил. Подтверждением последнего служили хорошо различимые синяки на шее, явно оставленные рукой. Душение якобы имело место 9 июня во время разговора с Кеннетом Понте о жертвах «Убийцы с хайвея». В своём заявлении Дайан Догерти особо подчеркнула, что Понте запретил ей возвращаться в Массачусетс без него, угрожая в случае неподчинения тем, что его друзья похитят маленькую дочь Дайан.

Имея на руках это заявление, сержант Сейджер метнулся к окружному прокурору, и тот быстро оформил у дежурного судьи ордер на арест Кенни Понте по обвинению в следующих преступлениях: а) нанесение тяжких телесных повреждений при отягчающих обстоятельствах; б) нападение при отягчающих обстоятельствах; в) незаконное лишение свободы и г) применение огнестрельного оружия при совершении тяжкого преступления. Помимо ордера на арест, был оформлен и ордер на обыск дома Кенни.

Около 23 часов Сейджер продемонстрировал оба ордера Понте, находившемуся в камере для временно задержанных в здании полицейского управления. Понте был шокирован немыслимым поворотом его дела. Впоследствии он признавался, что с самого начала не доверял Дайан Догерти, но при всём своём