кажется, результат им понравился: Йохан сделал пару выпадов и добил своих противников без проблем. Видимо, сражаясь в спаррингах, они не осознавали, насколько превзошли обычных людей. Если бы подобные маги устроили потасовку в таверне, от противников остались бы лишь мокрые лужи.

А вот когда проходила наша знакомая из клана Росарио, тут мы действительно посмеялись. Она была единственным лекарем в группе. На её стороне были телекинетик, светляк и молниевик. На первый взгляд — очень даже хороший состав. Да и на второй тоже, будь они привычны к бою, смели бы десяток без проблем. Но эта группа столкнулась с гоблинами впервые. Маг молний промахнулся своим зарядом, его подстраховал телекинетик, отбрасывая противников, и тут своё веское слово сказал светлячок, жахнув вспышкой без предупреждения.

Ослепли, собственно, все: гоблины, в ужасе от неожиданной способности; матерящиеся маги, не видящие противника; кажется, даже маг ветра, отвечавший за безопасность, тёр глаза. Если бы можно было умереть от смеха, мы бы сделали это сегодня. Но всё же маги пришли в себя быстрее и оказали вялый отпор, после чего в себя пришла Ингрид, которая, увидев расплющенные и спекшиеся тела, начала прощаться со своим обедом. Но тут я её не винил — она была далеко не первой.

И вот подошла наша очередь. Схватив Леви, мы отправились к распорядителю. Маг окинул взглядом его броню и почтительно кивнул.

— Вы идёте вдвоём?

— Нет, он идёт один. — Я двинул его локтем, и Леви кивнул. Я нарочно говорил громко, чтобы одна особа обратила внимание. Бледная, как мел, Ингрид сразу навострила уши и подобралась поближе. — Нам нужна большая группа противников.

— Их будет десять.

— Нам нужно больше. Думаю, двадцать.

— Двадцать? Хотите, чтобы всё выглядело эффектно?

— А знаете, вы правы. Хочу, чтобы всё выглядело эффектно. Пусть будет сорок.

— Вообще-то, я имел в виду…

— Сорок — отлично! — Я поднял большие пальцы вверх, а маг перевёл взгляд на Леви. Тот, увидев подошедшую Ингрид, выпятил грудь и кивнул.

— Эм… хорошо. Проход вон там.

Но Леви неожиданно решил сделать всё действительно зрелищно. А именно — спрыгнул со смотровой площадки, копируя моё «супергеройское» приземление. Я аж начал им гордиться. Взмахнув мечом, вырисовывая крест в воздухе, он подал знак к началу боя.

Гоблины рванули к одинокой цели. На площадке поднялся гомон.

— Эй, а чего их так много? — Норис и Аника вцепились друг в друга.

Леви же спокойно смотрел на толпу. Броню на него надела Аспид — а это значит, всё в порядке. Ремонт после каждого боя — значит, со снаряжением проблем нет. Сделав глубокий вздох, он сделал выпад, который располовинил первую тройку. Четвёртый получил удар ногой и влетел, как пушечное ядро, в своих собратьев. Хруст ясно давал понять, что и он отправился на перерождение.

Гоблины с правого фланга были чуть быстрее, а потому он двинулся к ним. Диагональные удары разрывали противников справа налево и слева направо. Меч не останавливался ни на секунду. Целый шквал обрушился на врагов — уже пятнадцать гоблинов были уничтожены. Тем временем оставшиеся столпились в кучу и пошли единым фронтом. На что последовал выпад с горизонтальным ударом.

— Эй, это что происходит? Это кто вообще такой?

— Он это специально нескольких так располовинил? Это физики так могут?

Леви тем временем размышлял о сложностях, которые его преследовали. «Вот взять ту же Ингрид — чего она привязалась? „Вот мы то, вот мы сё“ — сколько можно? Ну отказали тебе, развернись и иди дальше. Нет, будет рассказывать, как замечательно быть слугой. Конечно, тебе замечательно — работают-то за тебя и вместо тебя». Тяжело выдохнув, он снёс голову очередному гоблину. Та медленно прокручивалась в воздухе, и на оскаленной морде так и читалось презрение. «Не хочу я быть слугой». Ещё одна голова полетела в сторону. «Просто жить». Очередной пинок в толпу, чтобы уменьшить плотность противника. «Свой дом, семья, место для приёма больных… Неужели я так много хочу?» Тройка гоблинов разлетелась на части.

— Бесит.

Оставшаяся пятёрка была сметена в мгновение ока, а на наблюдательной платформе раздались крики его имени. Вспомнив, как Люций крутит меч, он усмехнулся — слишком красиво. Обычный взмах очистил лезвие от крови и плоти, и меч покорно оказался в ножнах. Леви поднял кулак, демонстрируя победу.

Мы с Рени стояли на платформе и наслаждались зрелищем. Время, потраченное на подготовку Леви, определённо пошло впрок. У гоблинов не было ни единого шанса. Видя, как он прошёлся, как нож сквозь масло, я мог сказать: в подобном темпе он перебил бы пару сотен и не получил бы ранений. Но главное — это лицо зазнайки, которая, забыв о своей аристократической принадлежности, вела себя как рыба, выброшенная на берег. «Лекарь, ага». Вот только этот лекарь не так уж и сильно уступает остальным магам. А нынешних первокурсников он просто разорвёт и не вспотеет.

Насладившись зрелищем, я уточнил: «Кто-то хочет ещё сразиться?» Согласились все, кроме Викты. Уж очень эффектно Леви выступил.

Ну что ж, можно было сказать — задумка была хорошая. Первый опыт в управляемых условиях — безусловно, полезная штука. Ведь многие, впервые увидев, что представляет собой настоящая рубка с гоблинами, попросту теряются. И в этот момент очень важно, чтобы кто-то мог подстраховать: ведь по факту, ты просто не владеешь собой какое-то время. Даже тому же Леви пришлось привыкать к этому целых полгода. Зато потом, когда маг начинает владеть собой, вот тут уже начинается результативное уничтожение противника.

— Энтони, твоя очередь проявить себя.

— А чего я сразу? Вот Рори есть.

— Давай, давай. Если Рори выйдет, гоблины кончатся.

К нам подошёл распорядитель.

— Сорок?

— Сорок, — кивнул я.

Энтони понял, что в принципе ничего не теряет. Воздушные платформы услужливо материализовались под ногами, и он начал спускаться по ним вниз. Задумчивые, оценивающие взгляды магов воздуха немного улучшили его настроение. Кивком головы он дал согласие на выход следующей партии гоблинов.

Очередная толпа с диким рёвом рванула к одинокой цели. Энтони же просто сформировал в воздухе пятёрку лезвий и методично начал отстреливать набегающих. Первые пятнадцать так и не добежали до своей цели, а перед оставшимися вспыхнул круговой барьер из сверкающих