НАША судьба. Я беру в свидетели безмолвных обитателей этих краёв и спрашиваю у тебя:

согласна ли ты стать моей женой и разделить жизнь с некромантом?

Мадлен слышала каждое слово, произнесённое Калебом, видела блеск в его глазах, но до последнего не решалась поверить в то, что всё происходящее с ней не было сном. После всех испытаний, что выпали на её долю, судьба дарила ей глоток счастья.

И юношу, что поклялся любить и оберегать её всю свою жизнь. Калеб, некромант с самым большим сердцем, просил её руки. Его грудь медленно вздымалась, белые волосы игриво падали на лоб. Он ждал. Сейчас в эту самую секунду весь мир для него замер, сойдясь в одной-единственной точке. Мадлен. Девушка, что долгое время была его недосягаемой мечтой, смотрела на него влюблёнными глазами, готовая дать свой ответ.

Едва сдерживая слёзы радости, Мадлен глубоко вздохнула. Её щёки запылали ярким румянцем. Кивнув головой, девушка мягко улыбнулась и тихо произнесла:

– Я стану твоей женой, Калеб. И разделю с тобою целую жизнь.

Услышав ответ любимой, некромант тотчас вскочил на ноги, увлекая девушку за собой. Его пальцы, дрожа от волнения, достали из шкатулки кольцо. И вскоре на женском пальчике заблестел серебряный символ бесконечной любви некроманта.

– Я люблю тебя, мой ангел, – шептал некромант. – Люблю сильнее, чем саму жизнь.

– И я люблю тебя, Калеб. И ничто не сможет этого изменить.

– Ты не жалеешь, что променяла Лувр на скитания по кладбищам?

– Нет, не жалею и не пожалею об этом никогда, – пообещала Мадлен, зная, что сдержит данное слово. – Я всегда буду выбирать тебя. И пойду с тобой хоть на край света.

– Невероятная… чудесная… любимая… – задыхаясь от чувств, захвативших его разорванную душу, улыбнулся Калеб. Он давно заметил, что рядом с Мадлен он становится тем юношей, которым был до встречи с мёртвой головой. Эта девушка своей любовью восстановила его душу, став её неотъемлемой частью.

– Даю тебе слово, я сделаю всё, чтобы твоя жизнь была наполнена чистым счастьем, – поклялся Калеб.

– Она уже наполнена им, ведь в моей жизни есть ты.

Взяв друг друга за руки, влюблённые встретились взглядами. Впереди их ждали годы, десятилетия, полные любви и понимания. И, куда бы ни заносила их судьба, какие бы трудности ни подбрасывала жизнь, они всегда держались за руки, вместе преодолевая любые испытания.

Эпилог

Что есть время?

Сила, которой подвластны все живущие.

Время – наш самый грозный враг и самый близкий друг.

Оно отнимает у нас дорогих людей, унося в прошлое старые воспоминания.

Оно же дарит нам будущее, наполненное мечтами и грёзами.

Можно ли победить время? Возможно ли навсегда остановить его ход?

Нет.

И те, кто считает иначе, лишь пребывают в омуте сладкой лжи.

То, что было однажды сломано, вновь соберётся воедино.

Тот, кто канул в небытие, вновь обретёт свою мощь.

Простит ли всесильный Абраксас своих обидчиков или обрушит на них страшную месть, покажет лишь время…

Иллюстрации

Даниэль Брэйн

Планета из золота

Глава 1

«Как завоевать* любую* девушку*. Эффективные* методы* прежних веков».

В книжном магазине, как и во всех люксовых бутиках космопорта, толпился любопытствующий народ: купить ничего не купят, но посмотрят и, если очень повезет и робот-продавец не заметит, пощупают. Перед полетом людям скучно, кому-то надо успокоить нервы созерцанием прекрасного, а редкий некто может без напряга потратить сотню наммов на роскошь, вызывающую неизменное уважение: печатное издание.

Реклама книги прошла отличная, отзывы были и разгромные, и восторженные – как раз то, что нужно, чтобы быстро сплавить тираж в триста тысяч экземпляров стоимостью двести девяносто девять наммов каждый.

«Научно-популярное издание, основанное на монографии доктора антропологии И. Берн Сэнд».

Монография вышла интереснее, чем ее адаптированный и сильно цензурированный пересказ, и я это знала лучше, чем кто бы то ни было, потому что принимала в ее создании самое активное участие. Монография интереснее, но и скучнее для потребителя, а рынок есть рынок, люди любят попроще и позанимательней, а космопорт – лучшее место для реализации печатной литературы, иначе придется весь перелет унывать или, что еще хуже, унывать под единственное доступное развлечение – бортовую медийную систему.

– Мэм? – женщина рядом со мной нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и кривила накрашенные губы. Помада удивила так, что у меня вылетело из головы, что тоже стою в очереди, а женщина этим моментально воспользовалась и дотянулась до белоснежной пластиковой руки занятой покупателем продавщицы. – Это ведь не запрещенная литература, не так ли?

Робот заученно вручила покупку мужчине и, полная достоинства, повернулась, в глазах зажглись красные предупредительные лампочки – эту модель оснастили датчиками, что для книжного магазина неудивительно. Женщина поспешно отдернула руку и с досадой кашлянула.

– Взгляните на сноски, мэм, – ответила робот с дежурной улыбкой – весь персонал изготавливался, во-первых, физически привлекательный и дружелюбный, во-вторых, ударопрочный. – Все это – художественное преувеличение, не больше.

«Все это маркетинг», – тоскливо перевела я. Монография похудела страниц на триста и утратила всю научную ценность. Зато я получила отличный гонорар.

– Тогда мне три, – скомандовала дама и прибавила, плотоядно косясь на меня: – У меня три холостых сына.

По мнению дамы, это должно было мне сказать, что она чертовски богата. Я озверела от такой наглости, протянула присмотренный блокнот к сканеру, не дожидаясь обслуживания, и сунула браслет в кассу. Чип сработал, продавец невозмутимо нажала на кнопку подтверждения платежа.

– Я стояла первая, – окрысилась я на остолбеневшую даму и с едкой вежливостью добавила: – Мэм.

Я неторопливо запихнула блокнот в рюкзак, надела на плечо одну лямку и потащилась к стойке регистрации. Вслед мне донеслось:

– Какие книги вообще это исправят? Куда все катится?

Табло на стойке еще не горело, регистрация не началась, но очередь уже выстроилась. Спутник Астра системы Йор – направление курортное и очень доступное, и меня со всех сторон пинали юркие роботы-бэбиситтеры. Туристы, летевшие с пересадкой с менее развитых планет, чувствовали себя неловко и затравленно озирались, полагая, что ошиблись стойкой и здесь регистрация в какую-нибудь детскую здравницу, но все дело было в