В ушах зазвенело. Вампир сорвался с места.

Одним прыжком оказавшись возле друзей, он заслонил их. Встав напротив портала и резко вскинув руки, стал жадно вытягивать магию из разрыва, стремительно заполняя свой резерв.

В тот же миг от разрыва прямо ему в грудь отлетела крупная капля черной жижи. Зашипела, плавясь, металлическая брошь Велимора. Едкая слизь добралась до внутреннего кармана, прожигая пергамент с договором Сесиль, и безжалостно впилась в плоть.

Лука посмотрел на свою грудь и стиснул зубы от невыносимой боли, но рук не опустил. Лишь криво усмехнулся. Забавно. Скверна только что сожрала его последний шанс на побег. Но несмотря на это, именно сейчас, с пылающей раной на груди и без малейшей надежды спасение, он впервые почувствовал себя по-настоящему свободным. Больше не нужно предавать, обманывать и притворяться. Не нужно бежать и бояться. Он сам, по своей воле, решил защитить друзей. И он может это сделать!

Лука поднял глаза к порталу и неотрывно посмотрел в зияющую черную дыру. Я всё исправлю. Даже если придется выпить эту дрянь до последней капли! Я смогу их защитить!

глава 63.1

Элира

Тёплая капля щекотнула верхнюю губу. Я провела пальцем по лицу, размазывая липкий багровый след. Кровь из носа всё не останавливалась, пока я отчаянно пыталась нащупать в себе хоть какие-то жалкие остатки резерва.

Ноги дрожали так сильно, что приходилось до боли напрягать мышцы, лишь бы не осесть на пол. Перед глазами вспыхнул день на ярмарке, когда я впервые увидела разрыв: как присела, сжалась и в панике закрыла уши руками. Сейчас до безумия хотелось сделать то же самое.

Но было нельзя. Я заставляла себя стоять.

Незнакомый удушливый запах скверны ударил в нос, заполз в горло и надавил на лёгкие. Глаза заслезились.

Огромная чёрная дыра, зависшая посреди экзаменационного зала, пульсировала, как живое гниющее сердце. Скверна, сочившаяся из неё, вела себя иначе. Обычно она тянулась медленно, давая шанс отступить, и двигалась словно без цели. Но эта тварь бросалась на нас, выпрыгивая из луж и целясь безошибочно. На груди Луки уже зияла рана.

У скверны явно имелись воля и план. Она охотилась.

— Дверь! — выдохнул вампир, но было поздно.

Черная жижа мыслила поразительно логично, и это пугало до дрожи. Стоило Рейнеру с Лукой ворваться в зал и распахнуть массивные створки, как тварь моментально среагировала. Густые щупальца взметнулись и с мерзким чавканьем устремились к дверям, отрезая единственный путь к отступлению. Эта дрянь больше не стелилась по полу. Она карабкалась по гладким стенам до самого потолка, оплетая помещение, словно гигантская липкая паутина.

— Назад, назад! — Рейнер отступил, тесня меня к стене и позволяя Луке отойти от разрыва.

Омерзительная черная сеть разрасталась на глазах, сжимая пространство. Каждая капля, сорвавшаяся с её нитей, каждое прикосновение к ним, грозили растворить кожу и прожечь плоть до костей. Скверна превращала зал в смертельное логово, безжалостно загоняя нас в угол.

Бежать было некуда. С этим разрывом определённо было что-то не так.

Впереди глухо вскрикнул Лука, зашипев от боли. В него снова ударил поток скверны. Я увидела его содрогающуюся спину и прожженную грудь. Вампир стоял между нами и порталом, принимая удары на себя и жадно втягивая смертельную энергию. Он рисковал жизнью. Ради меня.

Он вытянул мою магию, собирался предать, но сейчас… сейчас он добровольно принимал в себя смерть, чтобы выиграть для нас еще несколько секунд. Кожа Луки на глазах теряла остатки человеческого цвета, становясь мертвенно-серой. Ещё пара капель этой дряни и его резерв переполнится. Он просто разорвется изнутри. Я сглотнула подступивший к горлу ком. Что бы вампир мне ни сделал, я не хотела, чтобы он умирал.

— Бездна! — выругался Алькор, и я перевела взгляд на него.

Рейнер открывал порталы в пустоту резкими, четкими взмахами рук, пытаясь защитить нас обоих от потока скверны. Мы не виделись несколько недель. Казалось, этот человек навсегда исчез из моей жизни, а сейчас я могла просто дотянуться до его плеча. Рейнер стоял совсем близко, тяжело дыша. На его бледном лице блестел пот.

— Не стой, Лира, пригнись! — рявкнул он сорвавшимся голосом и одним неуловимым движением откинул руку назад.

Прямо перед моим лицом вспыхнул щит из пустоты, сожравший метнувшееся ко мне щупальце. Я испуганно дернулась, отступая.

Алькор защищал меня. Только что, на моих глазах, он вступил в открытую схватку с собственным отцом, а сейчас рисковал жизнью ради моего спасения. Значит, я была права. Всё это время Рейнер избегал меня лишь потому, что отчаянно пытался уберечь от гнева Лазара.

И вот к чему это привело. Если ничего не изменить, они оба умрут из-за меня прямо сейчас.

Глава 63.2

Элира

— Лука, стой! — приказал Рейнер, шагнув к нему, но тут же отступив под напором черной жижи.

Вампир не подчинился Алькору и остался стоять, высоко подняв руку и не обращая внимания на дымящиеся раны.

Если он сейчас сдастся, мы все умрем. Пока Лука тянул в себя энергию разрыва, ослабляя его мощь, у Рейнера оставался хоть какой-то шанс. Открывая порталы в пустоту один за другим, он успевал защищать нас от потока скверны и в короткие перерывы пытался схлопнуть брешь.

Но даже так у него ничего не выходило.

Я же ничем не могла помочь: резерв был совершенно пуст, и все силы уходили лишь на то, чтобы не потерять сознание и не стать обузой.

Если вампир опустит руку, мощь разрыва возрастет, и эта дрянь хлынет сплошным потоком. Захлестнет с головой и мы просто утонем в скверне.

— Лука! Твою мать, хватит! — прорычал Алькор, и на его лице проступил чистый ужас.

Затравленно заметалась взглядом по комнате, пытаясь найти хоть крошечный шанс на спасение. Но защита зала сыграла с нами злую шутку. Антимагический купол не давал силе вырваться наружу, однако никак не мешал ткани пространства рваться здесь, внутри. И теперь мы оказались наглухо заперты наедине с чудовищем.

В надежде на чудо я вскинула глаза на балконы второго этажа, где всё ещё толпились люди: ректор, паладины, сильные маги. И тяжело сглотнула.

На долю секунды наши с Лазаром взгляды пересеклись. Он посмотрел вниз, на задыхающегося в скверне Рейнера, и его губы дрогнули в едва заметном, мстительном оскале.

Они не придут на помощь.

К Алькору-старшему уже подскочили подчинённые. Я не слышала их слов, но и так было ясно, что после всего того унижения, Лазар не бросится спасать сына. Пожертвует им