иду я, иду! — я поспешил его догнать, посмотрел на него, с трудом удерживаясь от саркастических комментариев. Он даже отговорку поленился придумать! Небось спать не мог, утра ждал, да так и не дотерпел…

Чем ближе мы были к аренам, тем больше просыпалось мое любопытство. Неужели я увижу заключение магом контракта с дэвом? На что это похоже?

Мы зашли на третью арену. У Корна оказался ключ. Не знаю, запланирована ли была тренировка у его ребят на сегодняшнее утро, но тогда она была отменена. Итак, огромное помещение в нашем распоряжении.

Я уловил легкий толчок в сознание. Словно чесалась часть тела, до которой невозможно дотянуться.

— Хару? — неуверенно спросил я.

Когда не боялся, что нас услышат, я предпочитал говорить с ним вслух.

Я ощутил прикосновение посильнее и позвал, уже полностью настроившись на духа, как обычно это и делаю:

— Хару!

— Почему так долго, Кайри! — сразу набросился на меня дэв.

— Чего ты кипишишь? — я даже вздрогнул от переполнявшей духа бури эмоций.

— Как чего? — до меня долетели его растерянность и полная путаница в мыслях. Он переживал так сильно, что даже обычная аура спокойствия и радости не сопровождала его: — Того дэва огня призвали!

Я нахмурился и поджал губы. Видимо, мое лицо оказалось выразительным.

— Что происходит? — голос Корна дрогнул или это моя фантазия? Я посмотрел на него: он был бледнее обычного, а лихорадочный блеск глаз уже было не скрыть.

— Твоего духа перехватили, — кратко пояснил.

— Что? — его глаза расширились, а зрачки резко сузились.

— Хару, не паникуй, как нам его вызвать? И заключили ли с ним контракт? — я постарался излучать уверенность. Которую, конечно же, не ощущал.

Я вообще мало что понимаю в призывах, поскольку информация из книг не подтверждалась Хару. Но среди нас троих я сейчас был самый вменяемый, как наименее заинтересованное лицо.

— Нет, пока еще не заключили, — я сразу озвучил слова дэва Корну. Он облегченно вздохнул.

Хару слишком волновался и не мог перетащить нас в свое пространство, как делал обычно, чтобы мы оба его слышали.

— Возможно ли как-то перевызвать духа, который уже в нашем мире? — уточнил я.

— Можно! — Хару воодушевился, но тут же поник. — Для этого нужно вложить гораздо больше силы, а еще желание дэва. Со вторым проблем не будет, но…

— Отлично! Почему тогда ты преживаешь? — удивился я.

— Потому что тот маг сильный! И у Корна может не получиться перетянуть его, — Хару опять начал метаться по углам моего сознания.

Между прочим, такое мельтешение очень раздражает и, что хуже, отвлекает.

— Хару! — гаркнул я на него. Видимо, даже использовал что-то похожее на ментальный удар, потому как дух скукожился и затих. — Так-то лучше, — кивнул я.

— Я смогу, — Корн серьезно посмотрел на меня. — Что нужно делать?

Хару выполз с задворок моего сознания и ощущался уже более спокойным. Он начал объяснять, а я продолжал озвучивать его мыслеречь:

— Корну нужно начертить печать призыва, я знаю ее и помогу. Чернилами послужит сконцентрированная энергия огня. Можешь ее использовать?

Корн кивнул.

— После этого тебе нужно влить всю свою силу в активацию печати. Магической энергии для ее использования должно быть минимум вдвое больше, чем у призвавшего мага. Думаю, он не станет вкладывать в призыв лишку, поэтому нам достаточно вдвое больше обычного. Сделать это нужно быстро. Думаю, дэв огня потянет время, но вряд ли у него получится делать это долго.

Корн еще раз кивнул.

Но как Хару собирается показывать нам сложнейшую вереницу линий печати призыва? Я как-то читал книги по этой тематике и видел… Даже печать самого никчемного духа состоит из умопомрачительного количества символов.

Кажется, Хару тоже сообразил о вставшей перед нами проблеме.

— Ри-и-ин? — неожиданно он обратился ко мне.

— Да? — подозревая, что дело запахло жареным, я ждал, пока он скажет, что ему от меня понадобилось.

— У тебя же очень хорошая память?

Ёрпыль! Я понял, чего он хочет. Почему я крайний?

Я кивнул и закрыл глаза, оранжевое пятно появилось перед внутренним взором. Оно приобретало все новые детали, пока не стало походить на круг печати. Но это переполненное мелкими завитушками, не поддающееся логике нагромождение символов очень сложно запомнить!

— Ты издеваешься? — воскликнул я.

— Кайрин, — дэв использовал мое полное, да еще и не исковерканное имя лишь в особенных случаях, — ты — наша единственная надежда. И их! Помоги, пожа-а-а-луйста, — взвыл он.

По нервам ударила волна такой безграничной печали, что жить стало тошно. Шантажист!

— Да куда ж я денусь! — я мысленно отпихнул духа подальше, чтобы отключиться от его эмоций. — Сделаю все, что смогу. Но моя голова не сверхмощный артефакт, так что не требуй невозможного!

Я смотрел на печать и запоминал каждую деталь, каждый изгиб и завиток. Меня не отвлекали, но я помнил, что счет времени идет на секунды.

Все, теперь я могу попробовать ее воссоздать. Я открыл глаза, и образ печати, посылаемый Хару, исчез из моего сознания.

Я все-таки вспомнил узор, вроде даже ничего не забыл, призвал магию ветра и начал создавать его из энергии на полу. На поверхности оставалась едва заметная линия из серовато-белой дымки. Рисунок был круглым, несимметричным, и он не замыкался, оставаясь открытым.

Корн быстро уловил суть и стал каждую проведенную мной линию напитывать концентрированной силой огня. Я рисовал, он обводил, линии загорались низким красноватым пламенем.

После того, как он стал повторять за мной узор след в след, стало не по себе. А если я ошибусь? Руки начали подрагивать, линия, выходящая из-под пальцев, исказилась.

— Кай-ри-и-ин, мой ученичок не может меня подвести! У тебя получится, — приободрил Хару.

Даже «включил» свою обычную ауру безмятежности и уверенности. Стало легче. Даже если из него выйдет бесполезный и слабый дух ветра, одно это его свойство уже кажется достаточным для хорошего партнерства.

— Эй? Я, вообще-то, тебя слышу, — буркнул он. Я улыбнулся. Меня отпустило, линия вновь стала четкой.

Корн начал проходить по части, где я накосячил, но умудрился уловить смысл и провел идеальную линию. Гений, чтоб его…

Наконец, я завершил рисовать печать. По лбу стекали капельки пота, хотя в зале было холодно. Голова кружилась от перенапряжения. Получилось?

Корну оставалась еще пара изгибов и, судя по его виду, я прохлаждался, тогда как вся работа досталась ему. Лицо осунулось, резко выделились скулы, он словно повзрослел лет на десять. Яркими синими огнями блестели глаза, не отрываясь от линии, которая становилась тоньше. Тоньше?

— Магии не хватает, он не рассчитал, влив вначале слишком много, — прошептал Хару, до меня донеслась его тревога.

А ведь еще нужна мана