Груз пришлось оставить на борту. Оптическая иллюзия вокруг него была сформирована, а экипаж предупреждён о личной ответственности — можно было надеяться, что тот благополучно дождётся моего возвращения.

Дальше оставалось лишь найти гостиницу, снять номер и снова погрузиться в дела. В Питере был только вечер — Дмитрий активно занимался рабочими задачами. В процессе объявился и Елисеев. Пытался прозондировать почву на предмет совместного похода в Изумрудный Столб. Потому как состав для первого отряда он набрал. Но опасался, что за всеми не уследит и количество выживших Защитников окажется ниже, чем могло бы быть.

Отдохнуть я лёг только около четырёх утра. А в семь уже проснулся по будильнику — почти бодрый и немного выспавшийся.

Спустя ещё час я уже благополучно позавтракал рамёном и жареным на гриле вагю, после чего вызвал через приложение такси и поехал к Столбу Индиго. Единственному, где цвет указали вторым словом. Однако, именно так его назвал японский премьер-министр, вслед за которым подхватила и островная пресса.

За мной, скорее всего наблюдали при помощи камер. И пусть я легко мог от них скрыться, предпочёл пока не совершать резких действий. В прошлый раз Япония оказалась в состоянии глубочайшего кризиса, вызванного наличием одного единственного Защитника. Того самого, которого я планировал дождаться сегодня около Столба. Не хотелось, что его спугнула активность полиции или военных.

Ликвидировать того дома или просто сломать одну ногу, было бы куда проще. Проблема заключалась в том, что домашнего адреса мужчины у меня не имелось. Он получил свою способность почти в самом начале и потом больше не ходил в Столбы. Усиливался за счёт варианта, о котором пока никто не заявлял публично — убийства других Защитников.

Его имя и фамилия тоже оставались тайной. Было известно прозвище, которое дали ему сами японцы — Токийский мясник. Но кто он на самом деле, оставалось неизвестным.

Зато я знал точное время его входа в Столб Индиго. Именно в этот день он попал на случайный снимок одной из японок, что делала селфи с упавшей махиной.

А вон и она — уже примеряется, как бы более ловко навести на себя камеру телефона. Сместив взгляд, заметил и нужного мне мужчину. Японца, который неспешно шагал в сторону Столба, не отрывая от него взгляда. Великоватая рубашка и широченные штаны, которые скрывали обувь.

Менос позволял делать всякое. В том числе, превращать материю в тонкий порошок. Тот самый, что сейчас вырвался из стеклянной ёмкости, сжатой в моей правой руке и влекомый потоком воздуха, устремился к ноздрям азиата.

Немного перестарался — после первого вдоха он громко чихнул. Но потом, когда я сбавил обороты, незаметно для самого себя, отправил в организм добрую четверть небольшой колбы. Более чем достаточно, на мой взгляд. Сам я использовал приблизительно такой же объём, только растворив его в воде и выпив. Остатки крыльев бабочек, добытых мной на южном континенте Изумрудного мира.

Японец выглядел абсолютно безоружным, но не стал даже притормаживать. Подойдя к Столбу, чуть ли не ткнулся в него носом. Потом положил обе ладони и растворился в сине-фиолетовой вспышке.

В тот же миг под грудной клеткой возникло знакомое ощущение горячего комка и я подумал о том, что хочу отправиться с ним. После чего окружающий мир исчез за стеной цвета индиго.

Глава III

Темнота. Мир Индиго не был светлым. Скорее наоборот. Но оказаться почти в полной тьме я тоже не ожидал. Из-за этого возникла секундная заминка — использовал менос, чтобы перенастроить собственные глаза.

В следующее мгновение я наконец смог рассмотреть всё происходящее. Громадный зал с высоким потолком и глубокой «ямой» посередине. От боковой каменной террасы, до пола было не меньше полусотни метров.

Куда меньше требовалось преодолеть, чтобы достигнуть спины колоссальных размеров животного, что распласталось посреди той самой «ямы». Дышащая махина — на вид что-то среднее между гигантским китом и тюленем размером с эсминец.

Японец полетел прямо туда. Без всяких раздумий прыгнув отсюда ещё в тот момент, когда я ничего не видел. К моменту, когда я его заметил, будущий Токийский мясник уже приземлился на спину монстра и пытался встать.

Сегодня он должен был каким-то образом убить этого гиганта. И получить уникальную способность, которой не было больше ни у кого. Замораживать активность меноса у других Защитников. Они не могли использовать собственные способности, а тело становилось намного слабее.

Он начнёт убивать. Посеет страх и панику среди японских Защитников. Сделает их агрессивными. Создаст раскол между ними и остальным населением острова. Именно из-за этого они заявят о создании новых самурайских кланов. Распределят между собой территорию Японии и фактически превратят её в феодальное общество.

Дальше — разорённые Владивосток и Макао. Обращённый в руины Гонконг. К тому моменту Го Бинь уже был мёртв. Центрального китайского правительства не существовало. Отряды Защитников превратились в единственную значимую силу — всё зависело от благоразумия их командиров. Что привело к серии масштабных конфликтов между китайскими и японскими «правителями».

Именно тогда на Столбы начали смотреть исключительно как на источник пополнения и ценных ресурсов. На любых исследовательских проектах был окончательно поставлен крест.

С Марковыми я провалился. Но сейчас всё было проще — спасать этого японца не требовалось. Лишь забрать его жизнь.

Решить этот вопрос я попытался самым простым и надёжным способом — выпустил несколько «кислотных пуль». А потом удивлённо посмотрел на свою правую руку, которая ничего не исторгла.

В следующую секунду я опустил копьё на каменный пол. Спустя ещё одну — летел в воздухе, на ту же самую тушу, по которой сейчас пробирался японец. Мои способности здесь не работали — видимо у зверя была та же самая особенность, которую потом получит азиат. Прыгать с копьём было слишком опасно. Слишком высоко. К тому же физические характеристики тоже должны были просесть. Будет глупо получить рану от собственного оружия.

Из оружия у меня остался только нож. В следующий раз стоит обязательно прихватить пистолет. На всякий случай.

Туша спружинила, подбросив немного вверх. Опираясь на неё, я начал подниматься и увидел, как вдруг остановился японец. Оглянулся, щуря глаза. Что-то проговорил на японском. Жаль, я не мог сейчас протянуть поле меноса — было бы интересно услышать, о чём именно шла речь.

Вытащив нож, двинулся за ним следом. Мужчина уже успел пройти какое-то расстояние. Но между нами было не больше пятнадцати метров. Я же обгонял его