Дэмиан, черт бы его побрал.

И чем он меня зацепил? Почему за его грубостью я так хотела увидеть что-то настоящее?

В столовой собрались все девочки. Они весело болтали о чем-то, не обращая на меня никакого внимания. Вот и славно. Я не была готова обсуждать ни с кем вчерашнюю вечеринку.

На тренировке царила напряженная атмосфера. Все чувствовали ответственность за предстоящую игру. Я старалась не смотреть в сторону футболистов, но мои глаза сами собой искали Дэмиана в толпе. Он был сосредоточен и молчалив, как всегда. Казалось, того разговора и не было.

И это, наверное, к лучшему.

– Хватит, Эми, – прошептала Грейс, подойдя ко мне во время перерыва. – Сидни не слепая.

– О чем ты? – включила я дурочку.

– Не прикидывайся. Из-за него ты вчера убежала с вечеринки? Некоторые девчонки видели, как вы оба заходили в библиотеку. Молись, чтобы об этом не узнала Сидни.

Я закатила глаза и села на нагретую солнцем траву стадиона. Как бы мне ни хотелось говорить о вчерашнем вечере, Грейс была моей лучшей подругой. Она заслуживала знать правду.

– Во время матча я узнала, что Дэмиану грозит опасность, и предупредила его. Он разозлился и прочитал мне нотацию в библиотеке.

– Что за опасность? – нахмурилась подруга, присаживаясь рядом.

– Не могу сказать. Это не мой секрет.

«Держи язык за зубами».

Как бы грубо Дэмиан ни разговаривал, как бы ни выводил меня из себя, я не имела права лезть в его жизнь.

– Первый раз слышу, чтобы наш квотербек вообще общался с кем-то, кроме Сидни.

– Поверь, я тоже удивилась.

Грейс молчала, но я чувствовала на себе ее тяжелый, испытующий взгляд. Так она смотрела только однажды, три года назад, когда нашла меня в школьной раздевалке с разбитыми в кровь костяшками и пустыми глазами.

– Прошу тебя, не увлекайся им. Это очень плохая идея. Можешь отрицать сколько влезет, но я вижу, как ты смотришь на него. Дэмиан тебе нравится.

– Нет, – уверенно сказала я, снова взглянув в сторону парня, раздающего указания команде.

Грейс проследила за мной и покачала головой.

– Знаешь, что я вижу? Как ты снова смотришь на парня в футбольной форме. И мне это совсем не нравится. Потому что я помню, чем закончился прошлый раз.

Внутри все похолодело. Я резко повернулась к ней, но в ее глазах не было осуждения, только боль и страх. За меня.

– Грейс…

– Просто будь осторожна, – перебила она, поднимаясь с травы. – Я не хочу снова собирать тебя по частям. Я этого не выдержу.

Она направилась к улыбающемуся Саймону, а я осталась сидеть, совершенно сбитая с толку.

«Собирать по частям».

Грейс не говорила об этом вслух с тех пор, как мы уехали из Реддинга.

– Хорошо, – прошептала я скорее для себя, чем для подруги.

Но хорошо не было.

После тренировки я поспешила в библиотеку. Несколько дней назад профессор Диггори сообщил нам неприятную новость: через месяц сдача проекта по философии.

«Чтобы вам было проще, каждый будет работать со студентом старшего курса. Распределение узнаете позже». Именно такими словами он огорошил нас, ну или по крайней мере меня. Я молилась, чтобы мне не досталась Сидни. Мы перегрызли бы друг другу глотки еще до защиты.

Набрав книг, я устроилась за свободным столом и принялась изучать все необходимые материалы для будущего проекта. В голове царил полный хаос. Я всегда старалась быть прилежной ученицей, но философия так и не стала моим любимым предметом. Оставалось только надеяться, что напарник мне достанется толковый.

Над книгами я просидела несколько часов. Ближе к ночи слова начали расплываться перед глазами, а в животе предательски заурчало. Я со вздохом закрыла тетрадь, положила ручку ровно у края стола – привычка с начальной школы – и направилась к лестнице. Кофейня располагалась на первом этаже библиотеки, в самом конце длинного коридора, и была моим тайным убежищем с первых дней в кампусе.

Обычные студенческие кафешки действовали мне на нервы. Этот бесконечный гул голосов, смех, кто-то обязательно ронял поднос, громко выяснял отношения, а по углам вечно обжимались парочки, которым было плевать на всех вокруг. Здесь же царила благословенная тишина.

Я толкнула тяжелую дубовую дверь и шагнула внутрь. В лицо ударил теплый воздух с нотками корицы и свежесваренного эспрессо.

За стойкой скучала пожилая женщина в очках с тонкой оправой – миссис Клин, кажется? Или миссис Клинтон? Я так и не запомнила. Мы никогда не разговаривали дольше, чем требовалось для заказа. Идеальные отношения: ни тебе «как дела?», ни попыток завязать беседу.

– Добрый вечер. Американо? – спросила она, даже не поднимая головы от телефона.

– Большой латте, пожалуйста. И круассан с шоколадом, если остался.

– Один остался. Приберегла для кое-кого, но это пустяки. Надо было приходить раньше… – Женщина наконец подняла на меня глаза и коротко улыбнулась. Видимо, редкие посетители вроде меня все же отпечатывались в памяти.

Я взяла поднос и направилась в дальний угол, к окну. Отсюда открывался вид на внутренний дворик библиотеки – фонтан, скамейки, аккуратно подстриженные кусты, студенты, спешащие на вечерние занятия.

В такие моменты я особенно остро осознавала, насколько была… другой. Пока ребята тусовались в шумных компаниях, знакомились, флиртовали, строили отношения, я сидела в пустой кофейне, пила латте в гордом одиночестве, и мне это нравилось.

Никто не лез в голову. Не задавал вопросов. Не смотрел на часы в ожидании, когда можно сбежать. Только я, кофе и тишина.

Я достала телефон, чтобы просто убить время, и наткнулась на пару непрочитанных сообщений от Грейс.

Грейс

Ты где? Мы в нашем баре, тут куча народу! Шон уже на втором коктейле, я таю. Приходи!

Эмиииии

Ты опять в своей библиотечной норе?

Я усмехнулась и быстро набрала ответ:

Я

В кофейне при библиотеке. Отдыхаю от людей!

Грейс

Ты отдыхаешь от людей в месте, где полно людей?

Я

Здесь никого. Идеально…

Грейс

Ты неисправима. Ладно, отдыхай, затворница. Но в выходные идешь со мной в клуб, я решила!

Я

Посмотрим!

Я убрала телефон и сделала еще глоток.

Клуб. Толпа. Громкая музыка. Алкоголь. Люди, которые знакомятся, чтобы на утро забыть имена.

Нет уж, спасибо.

Лучше останусь дома с книгой или, на худой конец, с этим дурацким проектом по философии.

Внезапно мое внимание привлек силуэт, мелькнувший в толпе. Это был Дэмиан. Он огляделся, словно кого-то