между первой и второй параллелями. Последняя попытка наладить контакт закончилось плачевно. На экране компьютера появились изображения мест, где жили опустошители. Терра видела их впервые. Это были города, подобные тем, что существовали на первой параллели, но в то же время отличия бросались в глаза. Другая архитектура, чужие растения, даже свет другой! Девушка сидела сейчас здесь, будучи на первой параллели, а по ту сторону измерения на этом же самом месте мог находиться житель другой параллели! Это казалось невероятным!

Терра подалась вперед, чтобы рассмотреть изображения подробнее. Атмосфера на фотографии казалась ей душной, гнетущей. Терра беззвучно шевелила губами, читая статью. Три параллели сравнивались со стаканом жидкости разной плотности, поделенным на три части: самая легкая энергия оставалась на поверхности, потяжелее располагалась ниже, а самая тяжелая покоилась на дне. Историки предполагали, что когда-то все три уровня были едины, но произошел раскол, из-за которого мир разделился. Попасть на другую параллель было возможно с использованием энергетических нитей, открывающих проход. С их же помощью можно и позвать кого-то, но обмениваться энергией с тенями или опустошителями незаконно. Формулу для призыва предусмотрительно скрыли серой плашкой, но студенты и так вряд ли бы смогли ей воспользоваться, ведь для этого требовалось знать точное имя того, кого желаешь позвать. Считалось, что опустошители не могут устоять перед жизненной силой человека, рано или поздно их жадная сущность возымеет власть над моралью, и они превратят свою жертву в иссушенную пустыню. Чем больше напитывался энергией опустошитель, тем могущественнее он становился. Люди же не могли обмениваться жизненной силой.

Терра задумалась каково это быть опустошителем, но представить оказалось трудно. Они хоть и жили дольше, были физически крепче, но девушка была уверена, что жизнь эта не такая уж радостная. Одним щелчком Терра открыла следующее изображение. Это был карандашный рисунок, изображающий опустошителя. Внимание привлекли глаза с вертикальными зрачками, как у хищника. Девушка откинулась на спинку стула и припомнила недавний разговор на лестнице. Глаза Кристофа казались необычными, они напоминали бархатные цветы фиалки – издали темные, а вблизи фиолетовые, но это были глаза человека, а не существа с другой параллели. Студентка неосознанно сжала руку в кулак. Обидные слова преподавателя звучали в голове. На последнем уроке он удостоил ее таким пренебрежительным взглядом, что становилось не по себе. Когда она выходила в центр кабинета для того, чтобы попрактиковаться, Кристоф только усмехался, заранее не веря в ее успех.

– Почему всегда фасоль? – спрашивал он, скрещивая руки на груди и опираясь бедром на край массивной кафедры.

В тот момент Терра мечтала обладать способностями к телекинезу и выбить опору из-под преподавателя.

– Может быть вы принесете другие семечки на следующее занятие? Мы посадим их в горшок. Хоть какая-то польза будет.

После язвительных замечаний, на которые Терра, внутренне закипая, старалась не реагировать, раздавались тихие смешки однокурсников. Но Кристоф давил смех в зародыше одним лишь тяжелым взглядом. В тот день Терра решила задержаться после занятия. Студенты обычно покидали уроки практического преобразования энергии с небывалой скоростью.

– За что вы так со мной? – у самого выхода набралась смелости девушка.

Кристоф, казалось, был удивлен ее вопросу.

– Что вы имеете в виду?

– Зачем подтрунивате? Я стараюсь!

– Моя задача работать с одаренными студентами. Я не вижу с чем здесь работать.

– Та записка – не моих рук дело, если вы так решили! – выпалила студентка, рассудив, что открытая неприязнь учителя началась именно с того злополучного дня. Она все еще не была уверена, что Кристоф не догадался о ее маленьком секрете, но пообещала себе не думать об этом, а в случае чего прикидываться дочерью взрослой себя. – Я не виновата!

Кристоф плотно сжал губы и мимолетом коснулся кончиками пальцев центра собственной груди. Терра находила этот жест весьма странным, неужели у мужчины было слабое сердце? Он шагнул вперед и буквально навис над девушкой, уже успевшей пожалеть о своем выпаде. Терра не могла отвести взгляд от его сурового лица. Кристоф был так близко, что тело дернулось от напряжения, но не отступило.

– Не суйте свой нос, куда не следует. У вас нет способностей. Вы как сухая палка, торчащая из земли.

– Это я-то палка?! Я все же буду на вас жаловаться! – голос Терры звенел от напряжения. Девушка не поощряла насилие, но сейчас захотелось крепко ударить преподавателя по лицу.

– Жалуйтесь. Уверен, декану на почту постоянно приходит множество нелестных писем обо мне. Но для вас это ничего не изменит. Вы не сдадите мой предмет и не выйдете на годовой экзамен.

Рука девушки сжалась в кулак. Гнев бурлил в ее крови. Давно она не была так разгневана. Случалась печаль, сожаление, вина, но не ослепляющая ярость.

– Еще посмотрим!

С этими словами она отшатнулась и поспешила к выходу.

Терра мотнула головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания.

– Я тебе еще докажу! Заставлю взять свои слова обратно! И всем докажу!

Глава 5. Силентиум

Солнце приветливо заглядывало в высокие окна аудитории, где уже кипела жизнь. Светлые стены, подкрашенные утренним светом, лишь молчаливо напоминали каким долгим и трудным будет очередной учебный день, по крайней мере для тех, кто едва ли обладал способностями.

– Мне ни за что не освоить эту науку, – произнесла Терра, запуская руки в волосы и разглядывая массивную книгу с пожелтевшими страницами.

Восхищение тесно переплеталось со страхом. Издание казалось настолько старым, что пальцы прикасались к нему так же бережно, как если бы перед студенткой стояла фарфоровая статуэтка. Страницы сплошь покрывали схемы энергетических нитей, в которых предстояло разобраться.

Плетение нитей, которые нельзя потрогать – целое искусство. Это было похоже на вязание: начинающие учились сплетать лишь какие-то составные части, затем самые простые изделия, наподобие шарфа, а студенты постарше вязали уже что-то наподобие свитера. У внимательных и аккуратных мастеров могла получиться изящная ажурная вуаль энергии. Искусство плетения было настолько сложным, что у половины, пытающихся его освоить, выходили лишь «шорты с капюшоном», то есть нечто невообразимо странное и неприменимое в реальной жизни.

– Нить с энергией созидания переплетается с нитью рождения, завязать по центру узел образа, на который накладывается полученная энергетическая сеть… – шепотом читала Терра, глаза ее становились шире с каждым прочитанным словом.

– Звучит несложно, да? – пошутил Мир, поправляя на шее массивные наушники.

На уроках энергетического плетения им посчастливилось сесть