Белые костюмы химзащиты с масками. Знаки биологической угрозы. Что-то мне это не нравится…

В нашу сторону выдвинулась группа встречающих. И вместо приветствия в нас из шланга полетела зловонная жижа с резким химическим оттенком.

— Раздевайтесь, — бросил кто-то в маске. — Бросайте оружие и раздевайтесь.

— Что? — попытался воспротивиться я.

— Вы заражены. Одежду нужно уничтожить. Здесь рядом фургон… чёрт, снимайте с себя всё это! Выдадим новое.

«Фургон» — приземлившееся компактное здание было рядом. Стоявшие рядом люди в белых халатах махали рукой, чтобы мы поторопились внутрь. И, если бы я не знал, как в этом круге помешаны на человечности, точно бы заподозрил неладное.

Внутри нас сразу же укрыл плотный туман и мощные струи пенящейся жижи, воняющей смесью хлорки и уксуса.

Процедура длилась минут пять, после чего потоки жидкости резко прекратились, послышался щелчок и открылись панели в стене, за которыми была одежда. Одинаковые длинные белые халаты. Но из помещения нас не выпускали ещё столько же, пока не улёгся скрывавший нас серый пар.

Затем вновь послышался щелчок и в помещении появился мужчина за пятьдесят в медицинском халате, а за ним — медсестра.

— Зачем всё это? — спросил я.

— Всё в порядке, так надо, — ответил мне мягкий добрый голос начальника.

Он входил в помещение третьим. И с его появлением мне сделалось намного спокойней. А то столько ажиотажа и ни одного знакомого лица.

— Мы заражены?

— Да. К этим существам не стоит соваться без полного костюма биологической защиты с ионизирующими фильтрами. Последствия могут быть… печальными.

— А раньше сказать не вариант⁈

— Я узнал об этом спустя две минуты после того, как Марта отправила мне видео с ульем. Первая группа аномальщиков, вступившая в контакт, мутировала в полном составе. Их пришлось устранить на этот круг. Мне очень не хотелось, чтобы для вас этот круг закончился так же.

— Что в ампулах? — спросила Марта, глядя, как доктор набирает жидкость в шприц.

— Антибиотик и антипаразитарка.

— Уверен, что сработает? Или мы первые? — понял я.

Миша развёл руками.

— Лучше так, чем никак. Но на самом деле шансы очень высокие. Они очень уязвимы для большинства химикатов. Похоже, химическое оружие будет на этом круге самым эффективным. Жаль, у нас его почти нет.

— Что вообще происходит. Почему они напали до кризиса?

— Не знаю. На орбите летает достаточно, чтобы зачистить Город от людей за сутки. Но видимо, похищать их пришельцам интересней.

— Похищать?

— Да, в первом гнезде нашли тела людей. Похоже, что они здесь уже давно, но раньше старались не отсвечивать.

— И что изменилось?

— Думай, делись идеями, — улыбнулся Миша. — За это я вам и плачу.

Я хмыкнул. Мы оба, да и Марта с Сашей и Феликсом, знали, что эта работа никогда не была работой за время. Скорее клуб с общим интересом защитить Город.

— Пока идей нет кроме той, что они просто растягивают удовольствие. Возможно, они знают о существовании кризиса и специально ждут дату?

— По-твоему пришельцы настолько умны? — спросил Миша.

— Как-то же они додумались создать свои корабли и полететь жрать в космос. Как минимум, они не совсем идиоты. Но возможно, им кто-то помог. Как неспы помогали алашанитам заставить людей ненавидеть Город. Только сейчас не неспы.

— А кто?

— Сам Хаос. В лице Литавра. Хотя, может неспы и здесь успели нагадить. Всё никак не пойму, на кой чёрт им Элли… её единственная функция — влиять на Коня.

— А, точно, совсем забыл сообщить, — улыбка Миши стала чуть шире. — Здесь твоя логика начинает рушиться, потому что мы нашли её. Верней, она сама нашлась.

— Жена Литавра? Где⁈ — это могло многое прояснить в общей картине происходящего.

— Она была той, кто сообщила о первом улье. Она его нашла.

— Как?

— Её кто-то инициировал, Полярис. Теперь она одна из нас.

— Пробуждённая? Вы проверили её? Это может быть троянский конь от неспящих!

— Проверили, насколько могли. Нейродетекция, сканирование эмоционального фона, детекторы лжи. Но в этом мире нет магии, и использовать ментальное сканирование или предсказателей мы не можем. Так что с уверенностью могу сказать лишь то, что она свято верит в каждое своё слово.

— И вы её просто отпустили?

— Предлагаешь удерживать нового брата-пробуждённого, который нас сильно выручил, рассказав об очагах?

— А как она наткнулась на пришельцев, она не говорила?

Миша кивнул.

— Специально искала. Говорит, читала кучу книг с таким сюжетом, — он едва заметно усмехнулся. — И пошла проверять все варианты, которые приходили к ней в голову.

— Угу, и обошла все отделы аномальщиков. Кстати, а зачем она вообще пошла искать пришельцев?

— Она искала мужа, — помрачнел Михаил. — Там… долгая история. Ты это лучше сам у неё узнай, если считаешь это важным. Она сейчас у себя дома.

— Уверен?

— Да. Камеры.

— А как она вообще вышла на других пробуждённых? Есть хоть что-то о том, кто её инициировал?

— Спросите сами, — отмахнулся Миша. — Если через час не окажетесь в новом круге, значит лекарства работают и вы свободны. Главное, чтобы он у всех нас был, этот круг…

— Тебе известно что-то ещё? — спросил я.

— Ну… как и у тебя, Полярис, только догадки. Поэтому я спросил о твоих. Хотел сверить наши мысли.

— И как? Мы пришли к схожим выводам?

— Да нет, — сказал Миша. — И поэтому я сейчас малость озадачен. Ведь твоя версия — тоже часть головоломки, ибо основывается на фактах.

— Тогда может, поделишься своей?

Миша кивнул и наконец снял шляпу.

— Меня тоже обеспокоило обстоятельство, что они прилетели заранее и ждут кризиса. У всего должен быть смысл. Не знаю на счёт разума улья и возможной связи пришельцев с волей хаоса, но есть один гарантированный способ сделать Город частью хаоса и не допустить перезапуск круга, поглотив мир.

— Как⁈

— Через правила самого Города. Если превратить жителей Города в разумных червей, которые верят в то, что это именно то, чего они хотят, то Город послушается воли большинства. Совсем как работают здешние голосования. Стоит большинству захотеть в пропасть, и никто уже не спасёт.

— Но это общество всё ещё стоит, — заметил