и дэйр Альваринэль стояли друг против друга. На расстоянии вытянутой руки. Той самой, которой мой киборг удерживал своего правителя за плечо.

Они смотрели друг другу в глаза. Не мигая. А темный кокон, что окутал фигуру дэйра, постепенно светлел.

На мгновение мне показалось, будто тоненькие, почти неуловимые взгляду темные нити тянутся от дэйра к киборгу и медленно всасываются в него.

Но как такое возможно? Что происходит между этими двумя? И почему король Девятой галактики так реагирует на свою дочь?

***

Мы с Лулу вбежали в небольшой овальный зал, убранных в бело-голубых тонах. Его главным украшением были панорамные окна (или экто-экраны?), расположенные по всему периметру. А в центре возвышался длинный овальный стол, накрытый в лучших традициях мишленовских ресторанов.

Двери с треском захлопнулись.

Я выдохнула и огляделась. Сердце все еще нервно колотилось, адреналин зашкаливал, но в голове окончательно прояснилось.

Вместо стульев вокруг стола были расставлены кресла. В одном из них сидел, вытянувшись, как палка, Шаддар. В другом полулежала, обмахиваясь веером, Энна. Увидев нас, она подскочила и уставилась на меня с возмущением.

— Это ты! — ткнула в мою сторону веером.

— Что — я? — у меня округлились глаза.

— Это ты его довела! — веер застыл, как указующий перст.

Интересно, и в чем меня обвиняют? Да еще в такой форме.

— Э-э-э… прошу прощения, лирра Этириес, но мы с вами не так близки, чтобы вы мне тыкали.

— Это она про меня, — шмыгнула носом Лулу.

— Что?!

Девочка стояла рядом со мной, опустив голову и сгорбив плечи. И, судя по звукам, собиралась расплакаться.

Лулу? Расплакаться?

Нет, я решительно отказываюсь понимать, что здесь происходит!

— Мне нельзя приближаться к папе, — услышала я тихий дрожащий голос, от которого мое сердце сжалось. — Поэтому… поэтому он и отправил меня на Садирну.

Внезапно вспомнилось то странное выражение, возникшее на лице дэйра, когда я подтолкнула к нему дочь. Это был страх, теперь могу в этом поклясться.

Присев на корточки рядом с девочкой, я заглянула снизу вверх ей в лицо. В темных глазах Лулу, и правда, дрожали слезы.

— Несносная невоспитанная девчонка! — тут же вставила Энна. — Ты подставила нас всех под удар! Мы могли умереть!

— Ну не умерли же! — парировала я, бросив на нее неприязненный взгляд. И вновь посмотрела на Лулу. — Ты можешь мне рассказать, что происходит с твоим отцом? Почему он так реагирует на тебя?

Вместо девочки ответил Шаддар:

— Это долгая история, лирра Фройор. Долгая, сложная и печальная.

— Отлично, у нас куча времени!

— Не думаю, что алирэ стоит знать…

Я скептично хмыкнула:

— Алирэ у нас уже вполне взрослая и достаточно умная. Так что выкладывайте, хватит разводить реверансы.

Подведя Лулу к столу, я усадила ее, сама села рядом, как раз напротив эльдана, и послала ему свою знаменитую улыбку, от которой бедняга каждый раз впадал в ступор. Кстати, надо бы не забыть поискать информацию, чего это эльфоангелы так боятся улыбок?

Когда дверь в столовую снова открылась, мы увидели входящего Шейна. На лице киборга застыло нечитаемое выражение. Дэйра с ним не было, но к этому времени я уже знала, что его и не стоит ждать.

Всемогущий монарх Девятой галактики оказался бесправной игрушкой в руках Мироздания.

Глава 16

— Это не секрет, — для начала предупредил Шаддар.

Энна возмущенно фыркнула, и он добавил с нажимом, глядя на нее:

— Историю дэйра Альваринэль знают все на Апраксильоне, даже дети. Она вошла в учебники, как назидание потомкам. Но мы постарались оградить алирэ от правды всеми возможными способами.

Я навострила уши. И, как оказалось, не зря.

Много циклов назад королевскую чету Альваринэль посетила долгожданная радость: у дэйра Девятой галактики и его королевы родились сыновья-близнецы. Старшему, Аресу, в будущем предстояло занять отцовский трон, а потому при рождении он получил «абсолютную власть» — некую силу, что позволяет управлять мыслями и поступками подданных. Эта сила росла вместе с ним, увеличивалась и преображалась.

А младший…

Младшего звали Арион Альваринэль, и он собирался стать исследователем дальнего космоса.

Только жизнь внесла свои коррективы.

Близнецам было по двадцать семь земных лет, когда случилась трагедия. На королевском лайнере, где собрались все члены рода Альваринэль, их подданные и друзья, отмечали свадьбу младшего принца. И надо же было именно в этот момент появиться захватчикам из другой галактики!

Разумеется, нападение шиирдов было тщательно спланировано. Место и время выбраны не случайно. Да еще и на королевском лайнере оказались предатели.

В общем, лайнер вместе с сопровождением был уничтожен. Погибли почти все пассажиры. Только единицам удалось выжить, и иначе как чудом это невозможно было назвать.

Среди выживших оказался и Арион. В этой битве он потерял мать, отца, брата и молодую жену. Да-да, ту самую, что должна была стать матерью Лулу. Можно ли винить его, что в тот момент он жалел лишь о том, что остался в живых?

Апраксильон оказался обезглавлен перед лицом межгалактической войны. Шиирды наступали. Сенат Планет уговорил Ариона взять бразды правления в свои руки, к тому же в момент смерти брата к нему, как единственному выжившему из рода Альваринэль, перешла «абсолютная власть».

Спустя цикл почти беспрерывных военных действий враги были окончательно разбиты и отброшены далеко в межгалактическое пространство. Жалкие остатки шиирдов до сих пор бродят где-то в стороне от торговых путей, порой совершая разбойничьи налеты на дальние колонии, но уже не суются к центральным планетам.

В общем, можно было бы отпраздновать победу, если бы не один очень важный нюанс….

Вскоре после того, как утихла радость победы, выяснилось, что Арион не может контролировать «абсолютную власть» так же хорошо, как его брат и отец, потому что принял ее, будучи взрослым. В минуты сильных волнений он теряет контроль, и тогда эта сила захватывает его целиком.

Эта штука способна уничтожить планету, если ее не удержать. В первый раз она выплеснулась именно во время захвата королевского лайнера, когда на глазах Ариона сначала погиб его брат, а потом и жена.

Да и позже, во время войны, он не раз терял контроль над собой. Результатом этой несдержанности стали два полностью уничтоженных астероида, в которых прятались шиирды.

Чтобы помочь своему дэйру, Центральная Академия нанотехнологий создала для него «маску терпения», ту самую штуку, что теперь закрывает его лицо.

Шло время. Жизнь почти наладилась и текла своим чередом. Дэйр молодой и здоровый мужчина, ясное дело, в монахи записываться не стал, но и жениться не собирался. Вскоре у него есть постоянная женщина — Энна Этириес. Лирра из уважаемой семьи, старшая