Я зашёл внутрь и хлопнул дверью чуть громче, чем требовалось.

— Рота, подъём! — рявкнул я.

Реакция была мгновенная: Иосиф Львович подскочил, взмахнул руками, едва не улетел вниз, отчаянно пытаясь зацепиться за край парты.

— Господи… Владимир! — он выглядел так, будто я явился его карать за грехи всех семи континентов. — Ну чего же вы так пугаете! У меня сердце и правда может не выдержать!

Географ огляделся по сторонам, потом посмотрел мне за спину, где минуту назад стоял директор.

— Ушёл? — спросил он шёпотом.

— Ушёл, — подтвердил я.

— И что? Он… он меня не будет увольнять?

В его голосе мелькнула надежда восьмиклассника, которого поймали на курении, но ещё не вызвали родителей.

Я прислонился плечом к косяку.

— Хотел увольнять, — сказал я честно. — Говорил прямым текстом, что пусть географ пишет заявление и идёт к нему в кабинет.

Львович сглотнул так громко, что я услышал.

— Но… — добавил я. — Но потом резко передумал. Сказал, чтобы ты отоспался и шёл домой. И что увольнять он тебя пока не будет.

— Господи, слава тебе… — географ едва не осел обратно, но я вовремя перехватил его под локоть.

— Не расслабляйся, Львович, — сказал я.

Глобус поднял глаза, и в них вспыхнуло негодование, перемешанное с пережитым страхом.

— Владимир… да вы даже представить себе не можете, что Леонид тут со мной вытворял! По щекам меня хлестал, щипал, водой поливал… мать честная, я уж думал, что всё — пропал! В общем, похоже, что без доплаты за вредность тут не обойтись, и ваше «спасибо» не булькает! — выпалил он.

— Так, — остановил я его, — вот это всё можно оставить без подробностей. Я и так понял, что Лёня разошёлся. На заметку взял. Но насчёт «доплаты за вредность»… — продолжил я, усмехнувшись. — Тут вопросов нет: можешь отправляться домой. Как планировали — так и делай. Можешь отмечать своё чудесное спасение, а можешь просто полежать. Это уже твое дело.

— Хоть и на том спасибо, — выдохнул Львович, тяжело опуская плечи. — И… хочется верить, Владимир, что всё это было не зря. Что вы… ну… сделали там всё, что собирались.

— Сделал, Львович. И спасибо — ты здорово выручил, — я протянул ему руку.

Он пожал её.

— Вот вроде как надо бы сказать: «обращайтесь», но скажу честно… по таким вопросам лучше… не надо. Не хотелось бы повторений, — сказал Глобус.

— За честность спасибо. А там уже как получится, — сказал я, хлопнув его по плечу.

Географ вышел в коридор и почти неслышно прикрыл дверь за собой. Я только собирался перевести дух, как в проёме тут же выросла Соня.

Она юркнула внутрь кабинета и быстро закрыла дверь. Лишь после этого позволила себе выдохнуть.

— Володя… ну не тяни! Рассказывай. Я уже вся изошла, места себе не нахожу! Ну что… получилось?

Я усмехнулся, чуть приподняв бровь.

— Соня, не могло не получиться.

Достал из внутреннего кармана документ ради которого весь этот театр был разыгран.

Соня схватила лист, пробежалась глазами, увидела печать.

— Господи… а я уже думала — всё. Пропали.

— Соня, теперь дело за малым. Нужна твоя подпись. Без неё документ не заработает.

Она мгновенно нашлась.

— Да хоть сейчас.

Соня придвинулась к столу, придержав документ двумя пальцами за край, и уверенно, размашисто поставила подпись.

Она вернула лист мне, уже с куда более уверенным выражением лица.

— Вот. Готово.

— Спасибо, Соня. Реально. Без тебя ничего бы не получилось.

Она улыбнулась.

— Это тебе спасибо, — сказала она. — Ну что, Володя… теперь будем Олимпиаду брать?

— Теперь — самое время.

От автора:

В своем мире я был гением продаж — стал новичком в мире магии. Криминал, деньги, интриги и опасные женщины. Начинаю с нуля. Но все же один бонус имеется. https://author.today/reader/519351

Глава 15

Телефон настойчиво завибрировал у меня в кармане. Я на ходу достал мобильник, взглянул на экран и увидел, что звонит Кирилл.

— Да, Кирюха, у тебя что-то срочное? — сразу спросил я и следом пояснил: — Просто если нет, то я тебе чуть позже перезвоню, а то я прямо сейчас немного занят.

В динамике сначала повисла короткая пауза, после которой Кирилл заговорил резко и нервно:

— Владимир Петрович, нет, тут прямо о-очень срочно… Скорее выходите в наш школьный двор.

Тон его голоса мне сразу не понравился. В нём вроде и не было паники, но явно чувствовалась сдержанная тревога.

— Понял, Кирилл. Уже иду, — коротко ответил я и сбросил вызов, не став ничего уточнять.

Просто так Кирилл мне бы так не звонил. А если уж пацан на меня вышел, то значит, действительно произошло что-то серьёзное. Что именно — я пока не знал, но по внутреннему ощущению было ясно, что ничего хорошего там точно не случилось.

Я поднял взгляд на Соню, которая пока мы говорили с пацаном молча ждала.

— Ладно, Сонь, с тобой, конечно, хорошо, — сказал я, уже мысленно собираясь на выход, — но я побежал. Меня там пацаны хотят видеть.

Завуч сразу напряглась.

— Что-то случилось, Володя? — настороженно спросила она.

— Вот сейчас и пойму, случилось что-то или нет, — ответил я и тут же добавил: — Ладно, спасибо тебе ещё раз за помощь. Она реально бесценна. А с заявлением на участие в Олимпиаде я дальше сам разберусь. И сделаю так, чтобы оно гарантированно дошло до адресата.

Соня коротко кивнула, чуть нервно облизала губы.

— Хорошо, Володя. Узнай, что там стряслось. А я, если что, буду на связи… если вдруг моя помощь тебе понадобится, — сказала она.

Мы с Соней попрощались, и я направился к выходу из школы, прямо на ходу ощущая, как внутри нарастает тревожное ожидание.

Я ещё не успел спуститься по лестнице, как телефон снова завибрировал в кармане. Я достал его и увидел входящее сообщение от Кирилла. Сообщение было коротким, но зато предельно ясным. Крупными буквами на экране горело одно слово: «БЫСТРЕЕ».

Этого было более чем достаточно, чтобы я прибавил шаг. Я почти перешёл на бег и уже через минуту, не больше, выскочил из дверей школы во внутренний школьный двор.

И то, что я там увидел, мне категорически не понравилось.

Возле здания стоял мой джип. Вернее, стояло то, во что его превратили. В боковых окнах были зияющие проломы, по лобовому стеклу расползлась густая паутина трещин, а два колеса были полностью спущены. Остальные два ещё оставались целыми, но по следам было понятно, что до них у тех, кто это делал, просто не дошли руки. Очевидно, что их спугнули.

И надо признать, что