хочешь сказать, что ты и Лулу… что вы оба из будущего?!

— Из твоего будущего. Да.

— Очуметь… — Это нужно было переварить. — Так она инопланетянка или нет? А ее отец?

— Фактически, они потомки генномодифицированных землян, прошедших естественную адаптацию. В двадцать третьем веке будет изобретен варп-двигатель и найдены способы передвижения в подпространстве. Это приведет к активному освоению дальнего космоса. В двадцать пятом веке люди начнут заселять свою галактику и изучать другие. В двадцать седьмом появятся первые естественные модификаты — продукт адаптации человечества к условиям других планет. Дэйр Альваринэль и его дочь — потомки этих модификатов.

А вот тут неувязочка.

— Но ведь Лулу сказала, что все люди вымерли!

Теперь-то понятно, почему я в ее глазах ходячее ископаемое! Десять тысяч лет, это не шутки!

— Не совсем так. Твой вид действительно перестал существовать еще пять тысяч лет назад. Но люди не вымерли, они изменились. Это называется эволюция.

Все это он произнес все с тем же бесстрастным лицом. Будто лекцию прочитал.

Я не могла понять, что меня во всем этом смущает больше всего. Его ровный голос? Отсутствующий взгляд? Или то, что он говорит?

— Это нужно переварить, — нехотя призналась я и уставилась в чашку. — Не ожидала, что вот так, ни с того ни с сего, постарею аж на десять тысяч лет. И знаешь, что… почему ты стоишь?

— Ты не дала разрешения сесть.

— А… Носить меня на руках я тоже разрешения не давала.

— Это другое. Я должен заботиться о тебе независимо от твоих желаний и приказов. Ты не могла стоять, поэтому я взял тебя на руки.

— Отлично, — проворчала я. — То есть, если я решу сесть на жесткую диету, ты мне этого не позволишь?

— Нет, поскольку искусственное ограничение питательных веществ вредит организму. В мою программу входит следить за твоим самочувствием. Я не могу причинить тебе вред действием или бездействием. И не могу допустить, чтобы ты сама либо кто-то другой его причинили.

— А я могу внести поправки в твою программу?

— Нет. Недостаточный уровень доступа.

И почему меня так раздражает, когда он начинает косить под Терминатора?

— А нормальным человеческим языком можешь изъясняться?

Шейн вполне по-человечески пожал плечами:

— Для лучшей коммуникативности могу.

— Вот и отлично. А теперь еще раз объясни, почему я не могу изменить твою программу? Ты же моя собственность на данный момент, или я чего-то не поняла?

В ту минуту я смотрела прямо на Шейна, а потому заметила, как закаменело его лицо. С отключенными эмоциями так не реагируют! Пусть я киборгов видела только в кино, но сопоставить факты и сделать выводы это мне не мешает. Что-то мой подарок недоговаривает!

— Юридически я принадлежу дэйру Альваринэль, — выдал Шейн после минутного молчания. — Только он вправе вносить изменения в корневой сертификат.

Кажется, кто-то прямо сейчас дурит мне голову. Вот попой чувствую, что он сказал мне не все! И не скажет, если я стану давить. Придется использовать другую тактику.

— Ладно, — проворчала, понимая, что больше ничего от него не добьюсь, — Потом обсудим твою программу… Садись. Не могу нормально соображать, когда кто-то стоит над душой.

Он бесстрастно занял стул напротив меня.

— Я ответил на все твои вопросы, дэа?

— Нет. Есть еще парочка… тысяч. Например, сейчас мы находимся в будущем?

Судя по тому, что с нами связался отец Лулу, это так и есть. Если только, что маловероятно, он сам не отправился в прошлое за дочерью.

— Да.

— И каким же образом? Или для вас это обычное дело: сходил в прошлое на пару тысяч лет, вернулся обратно?

— Не такое уж обычное, на самом деле на это способны только члены королевской семьи. И чтобы совершить такой переход, требуется колоссальное количество энергии.

— И где вы ее взяли?

— В твоем времени Бетельгейзе еще не взорвалась. Вот от нее и дозаправились.

— Ого… — впечатленная, даже жевать перестала. — А почему я ничего не почувствовала?

— Мы совершили временной прыжок, пока ты была в медбоксе. Он длился несколько наносекунд, так что в любом случае ты бы ничего не почувствовала, кроме легкого головокружения.

Пришлось сознаться:

— Я не слишком сильна в квантовой физике, если только это она. У меня другой профиль.

Отложив вилку, потянулась за «кофе». К моему удивлению он ничуть не остыл.

— Термокружка? — покивала с умным видом.

А что, не такие уж мы и примитивные в своем двадцать первом веке.

По губам Шейна скользнула улыбка.

Не знаю, имитация это простых человеческих чувств или нет, но улыбка ему очень шла. Не сдержавшись, я протянула руку и коснулась пальцем уголков его губ. Таких чертовски горячих соблазнительных губ! Представила, как приятно их целовать…

Шикнула на себя. Загнала развратные мысли подальше.

— Улыбайся почаще, тебе очень идет.

Улыбка застыла. В голубых глазах киборга появилось новое выражение. Он будто чего-то ждал. Только чего?

— Это приказ? — произнес странным голосом.

— Приказ? — у меня глаза на лоб полезли. — Нет, с чего ты взял? Просто… пожелание.

— То есть, я могу сам решать, когда использовать функцию улыбки?

Я закусила губу. Мне хотелось совсем другого.

— Знаешь, — заговорила, тщательно подбирая слова, — мне нравится твоя улыбка. Но хочется, чтобы ты при этом испытывал эмоции, которые получает улыбающийся человек. Без них улыбка — это просто движение губ, не больше.

— Я недостаточно естественно улыбаюсь? — Шейн нахмурился.

— Как раз очень естественно. Но твои глаза… В общем, настоящая улыбка заставляет глаза светиться.

Он слегка склонил голову:

— Прошу прощения, что не соответствую твоим ожиданиям, дэа.

— Кстати, — внезапно вспомнила я, — а какая программа у тебя сейчас включена?

Затаила дыхание, ожидая ответ.

— Телохранитель. И компаньон.

Такая крошечная пауза между словами. Но мне она показалась очень важной, потому что, если уши меня не обманывали (а на слух я никогда не жаловалась), голос Шейна немного дрогнул.

Интересно, что будет, если включить ему функцию “сексуальный партнер”?

***

Легкое жужжание заставило меня оторвать взгляд от Шейна. В стене появился проход, и оттуда ожидаемо шагнула Лулу. На этот раз она была без очков, в комбинезоне синего цвета и с весьма недовольным лицом.

Подойдя, бухнулась на свободный стул и неприязненно буркнула в нашу сторону:

— Что, уже спелись?

— И тебе приятного аппетита, — ответила я, делая очередной глоток.

Шейн сразу встал, словно сидеть за одним столом с Лулу для него недопустимо.

Я проводила его изумленным взглядом, но комментировать не стала. Вставать тоже. Наоборот, откинулась на спинку стула и продолжила с наслаждением смаковать суррогат.

Лулу не выдержала и двух минут. Покрутилась на стуле, явно раздираемая противоречивыми чувствами, и