Нессельроде. Его появление оказалось полной неожиданностью для Нахимова, но не для Константина. Захватом Мальты Россия заканчивала формирование своей сферы контроля в Средиземноморье, всё, что планировалось к захвату западнее — должно было быть возвращено законным владельцам. Или просто уничтожено… И, дабы, оформить планируемое возвращение правильным и наиболее выгодным для России образом как раз и нужен был Горчаков.

Выйдя из порта Ла Валетты флот построился в три кильватерных колонны и двинулся в сторону Тунисского пролива. Впереди и по бокам шли дозоры из парочки паровых шлюпов.

Флот шёл под парусами, и только броненосцы, естественно, шли под парами. Как рассказывал главный механик «Великого князя Константина» инженер Мюллер, когда проект только начали разрабатывать — практически все первые варианты предусматривали наличие парусов. Но князь Николаев-Уэлсли заявил, что «паруса на железном бронированном корабле — это извращение», и что он подобных извращений видеть категорически не желает. Так что мачты на броненосцах были не слишком высокими, без рей и предназначались практически только для поднятия флажковых сигналов.

На время перехода Константин перебрался на шлюп к Горчакову. Они с ним, конечно, переговорили ещё на Мальте, когда он передал канцлеру присяжные грамоты Ордена и получил от него письма от отца, жены и Учителя, но предстоящее им обоим дело было довольно деликатным. К тому же, Великий князь узнал из полученных писем кое-какие нюансы, которые требовалось обсудить. Ну и ещё одним немаловажным фактором стало то, что броненосцы были спроектированы как чисто боевые машины, а не как флагманские корабли. То есть без каких-либо особенных удобств и с местами размещения исключительно членов экипажа. Да и тех по минимуму. Скажем, машинная команда спала в гамаках прямо в машинном зале, а артиллеристы — в башнях. Как, впрочем, это и было принято в парусном флоте. Но там-то на палубах вокруг было дерево, причём толстое, а не холодный металл… Плюс, кают на броненосце было всего две. Одна — капитанская, а вторая на всех офицеров чохом, которых, кстати, было всего пятеро — капитан, старпом, главмех, штурман и артиллерист. И во время перехода до Мальты Константин с сопровождающими как раз и ютились в большой. Каюту капитана Великий князь отбирать у него не стал, но офицеров пришлось выселить. Потому что, если бы не только сын императора, но ещё и контр-адмирал вдруг решил не трогать офицеров, а воспользовался бы каким-нибудь гамаком как простой матрос — этого бы никто не понял.

Разговор с Горчаковым прошёл нормально. Судя по последней информации — боевые действия на Балтике ещё не начались. Англичане с французами, похоже, решили игнорировать всё, происходящее в Средиземноморье, и сосредоточиться на ударе в самое сердце империи — по Санкт-Петербургу. Для чего в датских проливах собиралась настоящая армада. Более сотни судов… ну да, английский флот всегда славился своими размерами, просто он был «размазан» по всему миру. По тем местам, где находились английские колонии. То есть от Северной Америки и юга Африки, и до Индии, Китая и Австралии. Но сейчас, после всех потерь последних двух лет, англичане стянули со всего света всё самое боеспособное. Но не только. Они ещё и выгребли все свои заначки в метрополии. Как и французы.

Всю зиму английские и французские верфи работали в авральном режиме — старые, выведенные в резерв линкоры, поспешно выводились из него и оснащались парусами, для их вооружения снимались орудия с береговых батарей, а несколько более новые линкоры загонялись на верфи, где их распиливали на две части для того чтобы воткнуть внутрь паровую машину. Это была уже отработанная технология, так что никаких особенных трудностей данный процесс не представлял… Да, получившиеся корабли страдали множеством побочных проблем — гораздо меньшей жёсткостью киля и корпуса в целом, перегруженностью оконечностей, многочисленными течами, из-за тяжелой паровой машины с котлами на такие корабли приходилось ставить более короткие реи, что сказывалось на площади парусов и, соответственно, скорости хода под ними, сокращать число орудий, боезапас, из-за увеличившейся осадки подобные корабли теряли в скорости ещё больше… но другого выхода не было. Паровых кораблей специальной постройки и так было мало — плюс большая их часть была потеряна в прошлом и позапрошлом году на Балтике и в Чёрном море, а соваться к русским исключительно на парусных кораблях идиотов не было. Да и вообще, парусники в этой армаде использовались по большей части в качестве войсковых транспортов и транспортов снабжения, на которых перевозился десант, составлявший более тридцати тысяч солдат и огромные объёмы продовольствия, боезапаса и снаряжения.

Плюс выгребались не только корабли, но и люди. Для формирования экипажей вновь вводимых в строй кораблей, и пополнения вызванных из колоний Палата Общин приняла «Билль о чрезвычайной обороне» согласно которому все матросы, старшины и офицеры, уволенные в запас не позднее сначала пяти, а потом, когда стало понятно, что людей не хватает — восьми лет от момента выхода указа, возвращались на службу. Так что вышедшие недавно в отставку матросы, боцмана и офицеры покидали свои уютные дома, поместья, а также таверны, мастерские и транспортные конторы, купленные на скопленное жалование и выходные пособия, и прибывали на назначенные им корабли. И если для Франции это не было такой уж проблемой — французский флот относительно английского был не таким уж и большим, сказались потери Великой французской революции, во время которой флот, большинство офицеров которого были из аристократии, пострадал больше всего, то для англичан флотские отставники всегда были очень значимой частью как населения, так и экономики. Причём, как владельцы небольших бизнесов, так и как финансово обеспеченные потребители. Именно отставники составляли существенную часть регулярных посетителей пабов, собиравшихся вечерами уговорить пинту-другую пива и вспомнить былые времена. И сейчас всех их почти подчистую выгребали из экономики… Обо всём этом Константину поведал Горчаков, который, не смотря на практически исключительно дипломатическую карьеру, имел весьма широкие интересы и, даже, был кандидатом на членство в Санкт-Петербургской академии наук[5].

Первым портом, который «посетил» флот после того как они покинули Мальту стал Малага. За полдня до порта флот сделал остановку, и Горчаков с Константином перешли на борт «Великого князя Константина». Вместе со всей свитой…

Когда флот подошёл к Малаге, в городе начался дикий переполох. Со времён мавров Малага не подвергалась нападениям, и появление в море рядом с городом впечатляющего флота привело местное руководство в настоящий шок. Нет — флот опознали. Андреевский флаг в последнее время стал чрезвычайно популярен в глазах моряков всего мира. Уж больно заносчиво вели себя англичане. Так что русские,