удобное и неприметное». Открыв шкаф, девушка сменила ночное облачение на удобный и скромный наряд. «Яркие роскошные платья теперь оставались позади, путешествовать по Франции лучше в чём-то неприметном», – рассуждала Мадлен. Спустя некоторое время Мадлен была полностью готова к дальней дороге. Время безжалостно торопило её, но Мадлен не могла выйти из комнаты. Мысли об Анри словно не позволяли девушке покинуть замок, пытаясь удержать её в этих стенах. «Почему, несмотря на всё, что я знаю о нем, Наваррский продолжает жить в моих мыслях. Когда-то он говорил, что околдован мной. Но я всё чаще думаю, что под действием чар нахожусь именно я, ведь как ещё можно объяснить это дьявольское влечение, что тянет меня к нему. Анри связан с Абраксасом. И я должна держаться от него подальше. Но мысли о вечной разлуке с Анри губят меня, терзая больнее, чем самый жестокий из палачей. Но как же Калеб? Ведь и без него моё сердце не знает покоя. Боже, это невыносимо. Ну почему, почему моя душа подвергается этим испытаниям? Зачем мне даётся выбор, что рвёт меня на части? – страдала Мадлен. – Завтра, когда Анри обнаружит мою пропажу, что он подумает? Придёт в ярость или уныние? Бросится в погоню или отправит за мной последователей культа?» Подойдя к столу, Мадлен отыскала чистый пергамент. Взяв в руки перо, окунула его в чернила. На плотной бумаге появилась первая строка.

«Ваше Величество…»

Перо быстро зачеркнуло эти слова.

«Мой король…»

Чернила снова залили чужую ошибку.

«Анри, Я не стану объяснять, что заставило меня покинуть твой замок – ты всё знаешь сам.

Мои чувства к тебе, что всё ещё алым пламенем полыхают в груди, не угаснут даже вдали от Парижа.

Но я должна сделать то, к чему долгое время вела меня судьба.

Абраксас – бог, которому ты так преданно служишь, являет собой истинное зло.

И я должна попытаться остановить его.

Ты попытаешься этого не допустить, я знаю.

Получив корону, ты не отступишься от своих планов. Но я буду верить, что случится чудо и ты откроешь глаза, поняв, что оступился. Времени мало, но ещё не поздно сделать шаг назад. Отринь кровавого бога, забудь о мести и стань для Франции королём, в котором она нуждается. Искренне ваша, Мадлен Бланкар!

Дождавшись, пока чернила подсохнут, девушка свернула пергамент и написала на нём имя короля. Взявшись за дверную ручку, Мадлен напоследок окинула комнату прощальным взглядом и, больше не оборачиваясь, покинула свои покои.

Когда Мадлен вышла на крыльцо Лувра, было ещё темно. Гвардейцы, всю ночь стоявшие в карауле, устали и мечтали о сне, теряя бдительность. Дождавшись появления Селесты, Мадлен решительно кивнула в сторону ворот.

– Пойдём пешком, карету брать нельзя.

Всё ещё сомневаясь и нервничая, мадемуазель Моро робко обернулась на замок.

– У нас точно нет другого выхода? Что, если попросить кого-нибудь о помощи? – спросила Селеста. – Или рассказать аристократам об Абраксасе. Они не захотят видеть на троне Франции воплощение древнего зла. И могут вступить с ним в борьбу.

– Нет, Селеста, – прервала подругу Мадлен. – Никто, кроме нас самих, нам не поможет. Абраксас может дать всё, о чём только попросит человек. Думаешь, узнав об этом, кто-то из придворных устоит? Нет. Они поспешат к статуе, чтобы попросить о власти, богатстве, армии и тогда всё станет ещё хуже.

Соглашаясь, Селеста пожала плечами.

– Я понимаю, но очень боюсь.

– Я знаю, Селеста…

Понимая, какие страхи сейчас обуревают подругу. Мадлен аккуратно взяла Селесту за руку и заглянула ей в глаза.

– Бояться – это нормально. Мы все чего-то боимся, но нельзя позволять страхам взять над нами верх. Абраксас и его приспешники только этого и ждут. Именно поэтому мы должны быть сильными. Я даю тебе слово: этот путь мы пройдём вместе. Я не брошу тебя, не оставлю одну. Ты веришь мне?

Селеста закивала головой, ни на миг не сомневаясь, что Мадлен выполнит свои обещания.

– Я верю.

– Тогда не будем терять времени. Идём, нас ждёт нелёгкий путь.

Девушки выждали подходящий момент, выбрали лучшее время для побега и, дождавшись, когда караульные оправятся обходить с дозором территорию замка, вышли за ворота.

На постоялом дворе «Бедный путник» было привычно шумно. Грязно ругаясь и гогоча, пьяные постояльцы заливали в себя новые порции дешёвого пойла. Потрёпанные жизнью куртизанки, задрав юбки, бодро ёрзали на коленях захмелевших развратников. Пребывая в дурмане порока, никто из гостей не заметил, как скрипнула старая дверь, впуская на постоялый двор двух молодых девушек. С порога почувствовав вонь грязных тел, рвоты и кислого вина, Селеста зажалась в угол.

– Мы точно не ошиблись местом?

– К сожалению, нет, – ответила Мадлен. – Сюда мы и держали путь. – Потянув за собой ошарашенную Селесту, Мадлен направилась к лестнице, что вела в подвал. Отыскать нужную дверь девушкам не составило труда. Мадлен помнила ту каморку, в которой когда-то поджидала некроманта. Постучав, мадемуазель Бланкар толкнула дверь и заглянула внутрь. Калеб сидел на полу, перебирая свои скромные пожитки. Услышав стук, некромант обернулся. Появление девушек застало его врасплох. Удивлённо глядя на гостей, Калеб вскочил на ноги.

– Мадлен? Селеста? Кажется, я надышался дурманящими парами той странной зелёной настойки. Вы ведь не можете быть здесь, верно?

– Это мы, не сомневайся. – Зайдя в каморку, Мадлен плотно прикрыла за собой дверь. – Прости, что вторглись без предупреждения и, видимо, помешали тебе…эммм А что ты делаешь?

– Собираюсь в путь, – взгляд Калеба едва заметно погрустнел. – Я же говорил: мне придётся отправиться на поиски логова Абраксаса.

Сегодня вечером я планировал выманить тебя из дворца, чтобы попрощаться. О том, что ты придёшь сама, я и помыслить не мог. Как так вышло, что вы оказались в «Бедном путнике»? Что-то стряслось? Вряд ли вы просто проходили мимо.

– Ты прав. Мы сбежали из Лувра, – объяснила Мадлен, – и искали тебя. Заглянули в Нотр-Дам – там никого и направились в «Бедный путник».

Глаза Калеба расширились от удивления. А спустя пару мгновений лицо озарила широкая улыбка.

– Так, ты всё-таки послушала меня и решила покинуть Париж, отправившись со мной?

– Минувшей ночью кое-что произошло, – печально ответила Мадлен. – Я видела, как оккультисты пришли за Селестой. И решила увести её из столицы. Мы выбрались из Лувра, но что делать дальше, я ума не приложу.

Фрейлина тяжело вздохнула, печально глядя в глаза некроманту.

– Вы поступили правильно, придя сюда, – ответил некромант. – Вместе мы что-нибудь придумаем.

Калеб окинул взглядом комнату, совершенно не подходящую для пребывания в ней девушек из высшего света. Незаметно пнул ногой лопату, лежавшую на полу. Спрятал