В окно смотрело хмурое утро. Подоконник чистый, только птичьи следы.

Снова нахлынула серая тоска. Обхватив себя руками, не сводила взгляда с флюгера на одной из башенок дворца. Сколько так простояла, не помню, может, час, может, меньше, пока робкий оклик служанки не вывел меня из болезненного оцепенения. Она принесла мне умыться и скромный завтрак. И ни вопроса о том, все ли со мной хорошо.

Через силу проглотила несколько ложек каши и сдобную булочку. Вкуса не чувствовала. Когда я мужественно запихивала в себя последний кусок, объявилась леди Торн.

— Вот как, еще не одеты! — нахмурилась она.

Горничная от греха поспешила скрыться с глаз долой.

— А разве должна? — апатично спросила я и промокнула рот салфеткой.

— Вас ждет королева, — статс-дама произнесла это так, будто по моей вине разразилась Третья Мировая. — Извольте привести себя в порядок, ваше высочество!

— Но я… Мне нельзя.

Разве я не под арестом? Меня же обвинили в убийстве.

Леди Торн не снизошла до ответа. Уперев руки в бока, она смотрела на меня как на вошь. Удалить ее из комнаты не было никакой возможности, пришлось снова позвать служанку. Одевалась я как сонная муха, чем разработала еще парочку словесных оплеух. Дальше больше — статс-дама ухватила меня за руку и буквально поволокла в покои королевы. Резонные протесты, что я могу идти сама и вообще буду жаловаться, потонули в раздраженном шипении.

Придворные шарахались от меня как от чумы, завидев, предпочитали отвернуться. И повсюду шепотки, шепотки: «Заманила — и прямо в сердце. Ах, мне бы ее храбрость! Но что же будет?»

— Принцесса Абигаль Лорейн Тешинская, ваше величество!

Леди Торн втолкнула меня в будуар королевы. Не хватало только пинка дать.

— Свободны! — кивком головы отпустила статс-даму Доротея.

— Но?..

Та явно не желала оставлять госпожу наедине с убийцей.

— Свободны! — уже громче, с нотками раздражения повторила королева, и леди Торн неохотно удалилась.

На прощание она мазнула по мне осуждающим взглядом.

— Рада, что вы уже пришли в себя. Садитесь здесь, рядом с леди Корвели, — Доротея указала на низкий табурет у стены.

Второй заняла дежурная фрейлина, та самая леди Корвели.

Вокруг облаченный в шелковый пеньюар королевы суетились служанки. Одна расчесывала ее волосы, другая предлагала на выбор украшения, третья наносила на кожу крем.

Не зная, куда деть взгляд, сосредоточилась на зеркале. Овальное, в старинной медной раме, оно местами потемнело от времени. Почему королева его не заменит? У нас давно бы такое выбросили. Или оно представляет историческую ценность?

— Я велела вчера мэтру Храну дать вам капель. Вижу, они помогли, хотя цвет лица дурной: зеленый и слишком бледный.

— Благодарю! — язык плохо ворочался во рту, отвечать получалось короткими, рубленными фразами.

Ах, мне столько всего хотелось спросить! Пожирая Доротею глазами, теребила прядь волос возле уха.

— Увы, — вдев в уши изумрудные серьги, вздохнула королева, — порадовать вас нечем. Мой венценосный супруг вынужден был сообщить обо всем Сумеречному княжеству. Более того, пропал брат убитого…

— Не беспокойтесь, — заметив в отражении мое перекошенное судорогой лицо, поспешила успокоить она, — никто вас в убийстве Азнея Тимеруса не обвиняет. Но лучше бы вам не покидать пределов дворца, не выходить в сад и не открывать окна.

— Почему?

Зубы стучали. Будто этого мало, начался нервный стик. Пришлось с силой надавить на веко и несколько минут подержать, чтобы оно перестало подергиваться.

Азней пропал! Вот и ответ на один из вопросов. По всему выходило, что и его тоже… Нет, я не хочу, так не должно быть! Хотелось орать, биться в истерике, а приходилось молчать, держать лицо.

— Вампиры. — Доротея потянулась за кубком с утренним питьем, стоявшим тут же, на столике. — Требуют допустить их к расследованию. С большим трудом удалось выдворить их из дворца. Не обошлось без жертв. Не беспокойтесь, не с нашей стороны — убиты двое вампиров, пытавших ворваться в покои короля. Остальных держат под усиленной охраной.

Сама того не замечая, принялась раскачиваться из стороны в сторону. В голове звучало низкими басами ударной установки: «Убиты-убиты-убиты».

— Воды, скорей, воды!

Перепуганная леди Корвели подхватила меня под мышки, не позволила сползти на пол. После ловко расшнуровала корсет, похлопала по щекам. Подоспевшая служанка набрала в рот воды и прыснула мне в лицо.

А занятая собственным туалетом королева даже головы не повернула.

— Зеленое платье! Да поторапливайтесь! Не желаю по вашей милости пропустить завтрак с его величеством.

Может, я и в полуобморочном состоянии, но хорошо помню, что Доротея едва терпит супруга. А тут такая идиллия — совместный завтрак! Первый на моей памяти.

— Боюсь, — королева поднялась, проворные служанки сняли с нее пеньюар и облачили в корсет, — вам ждет не самый приятный разговор.

Опустив голову, сглотнула:

— Понимаю.

— Я постараюсь убедить его величество отнестись к вам помягче, но герцог Грельский рвет и мечет. Вы сорвали подписание мирного договора, втянули Вратию в крайне неприятную историю. Но помните, я всецело на вашей стороне. Сама с трудом переборола отвращение, когда это чудовище дотронулось до моей руки. Вам и вовсе пришлось бы ложиться с ним в постель. Ах, лучше умереть!

Доротея картинно коснулась рукой лба и ступила внутрь каркаса из нескольких ивовых обручей. Служанки шустро подняли его с пола, пристегнули к корсету.

А королева-то сегодня при полном параде! Прежде она обходилась обычными нижними юбками. Что-то намечалось, некое официальное заявление или прием.

— Я хочу, чтобы вы стали моей старшей фрейлиной, Абигаль. Позвольте мне стать вашей наперсницей и защитницей.

Доротея шагнула ко мне и ласково коснулась щеки. На меня пахнуло знакомым ароматом, тщательно замаскированным специями. Она снова пила кровь!

— Через три дня во дворец прибывают воспитанницы приюта, — как ни в чем не бывало щебетала королева. — Нужно все подготовить, подумать, где их разместить. Поможете Лизелоте? Это отвлечет вас от мрачных мыслей. Ну а если они станут одолевать, не стесняйтесь, обращайтесь к мэтру Храну.

Да что за женщина такая — убит руководитель дипломатической миссии другой страны, назревает конфликт, а она о развлечениях и благотворительности думает!

— Хорошо, ваше величество, — ответила только для того, чтобы отстала.

С другой стороны, Доротея чуточку развязала мне руки. Вдруг я смогу выяснить подробности минувшей ночи? Судя по шепоткам, мне сочувствовали, может, помогут. Элеф не иголка, Азней тоже,