Выяснив у Олега фамилии и клички напавших уголовников, я усыпил раненого и вышел в приёмный покой, сообщил подробности Лёхе. Сослался на срочные дела и уехал домой. Надоели эти умельцы, парням за тридцать лет, команда ЧОП из сотни мужчин с оружием, а случись чего, ищут помощи у меня. Может, действительно, взять долю из их дохода? С другой стороны, бросать их жалко, вроде, нечестно получится? Поживём, увидим. Успокоенный Алексей перестал волноваться за друга и отправился спать. А я отправился домой, к Нине, которая наверняка волнуется и не может уснуть. Да и мне нужно успокоиться и решить наболевшие проблемы. Уж больно они своевременно сошлись все вместе, нет ли в этом злого умысла? И чей это умысел, кто из моих врагов такой хитрый проявился?

Надо поспать, чтобы утром на свежую голову всё снова вспомнить и осмыслить. С детства лучшие решения проблем мне приходили именно утром. Видимо наш мозг решает все вопросы, даже когда спишь. Без участия спящего разума подспудно выбирает лучший вариант. Проснулся я раньше, чем обычно, с готовым решением. Вернее от готового решения — это Камиль. Всё сложилось, как в кроссворде. Этот вор в законе давно взял всех уголовников Ёбурга под свою руку, без его ведома ни один более-менее разумный уголовник не будет наезжать на ЧОП «Защита». Тем более, нападать на руководителя ЧОП. Ещё пару лет назад мы с Камилем заключили негласное соглашение — уголовники не трогают меня и «Защиту», я не трогаю уголовников. Да, я уничтожал после этого некоторых обнаглевших бандитов, но никаких доказательств моей причастности к этим преступлениям ни у кого нет.

Более того, после убийства вора в законе Миши, Камиль стал единовластным уголовным правителем Екатеринбурга. Но я после этого разогнал и уничтожил автомобильных воров, то есть вмешался в подвластную Камилю структуру. Пусть никаких следов не осталось, никто не знает, кто это сделал. Но! Уголовники Ёбурга в этом не участвовали, это точно. Город не такой большой, чтобы кому-то укрыться от многих глаз, следящих за любым из нас. Даже, если похищены деньги, их надо тратить. Тем более большие деньги — сразу видно, кто тратит большие деньги. Таких структур немного в Свердловской области — администрация губернатора, ФСК и я. Вернее, не лично я, а связанные со мной кооперативы.

Продажные милицейские чины давно подтвердили уголовникам, что никакой «Белой стрелы» в милиции нет. Комитет распался, дай бог выжить, а не ввязываться в криминальные разборки. Он и раньше предпочитал стоять в стороне. Логично предположить, что за нераскрытыми преступлениями, связанными с хищениями огромных денег в Екатеринбурге стою я или Москва. Поскольку для многих, после моей работы у Ельцина с Коржаковым, я выступаю как рука Москвы, независимо от местного управления ФСК. С этим связаны и нераскрытые преступления. Дескать, приехали по наводке Кузнецова специалисты из Москвы, обтяпали дельце и уехали. Оставили ему на развитие долю. Основную сумму увезли президенту, ту, которая в долларах, а рубли кинули мне на бедность.

Ограбленные узбекские бандиты наверняка разослали по всему бывшему СССР сообщения о дерзком нападении на смотрящего в Ташкенте. То же самое сделали казахи. Не все уголовники идиоты, нашлись люди, которые связали это с нашими поездами в Среднюю Азию за мясом да за фруктами. Вполне вероятно, что отказ продавать нам мясо, овечьи шкуры и всё прочее сделан по указанию первых лиц Туркмении, Казахстана, Узбекистана. Дескать, Москва сейчас не главная. Или по совету Камиля. Уголовники решили посмотреть, что я сделаю, когда поставки мяса исчезнут. Им плевать на жителей Ёбурга, себе на мясо они всегда украдут. Разрешить узбекам пытать меня Камиль не может, умаление его авторитета, никаких доказательств моей причастности нет. И живу я на его территории. Выгнать узбеков не может, мужчина, похожий на его телохранителя в Средней Азии засветился.

Поэтому узбеки с казахами действуют на своей территории против моих людей, а Камиль давит на меня и моих людей на своей территории, в Ёбурге. Тем более, самому смотрящему ничего не стоит дать совет Севе Блину взять долю с богатого массажиста. Судя по поведению Севы, он считает меня исключительно массажистом. Тот же Камиль может санкционировать нападение на Олега, который был у меня на свадьбе и мы не скрываем близких отношений. Наверняка, предусмотрена ещё одна моя болевая точка, которая скоро будет атакована местными уголовниками. А смотрящий за Ёбургом на моё обращение к нему лишь разведёт руки и скажет, ничего не знаю. Спрошу у ребят, может, гастролёры?

Я взглянул на часы, нет и половины пятого утра. Нина ночью дважды кормила и пеленала сына, только что уснула. Обычно я просыпаюсь в пять часов или половину шестого. Чуть позже встаёт жена. Блин сидит в ИВС, он не опасен, до прихода начальника милиции его не выпустят в самом плохом варианте. У меня в запасе час-полтора, чтобы навестить Камиля. Даже машину не надо заводить, бегом туда и обратно — это тридцать минут. Моим бегом, со скоростью шестьдесят километров в час. Прислушался к внутреннему голосу, не грозит ли мне опасность? Внутренний голос прямо кричал, что я на правильном пути, надо срочно бежать к Камилю, навестить его дома. Он давно рано не просыпается. «Будет рад моему визиту», — ухмыльнулся я кровожадно. Осталось незаметно покинуть квартиру и заглянуть в тайник за рабочей одеждой. Быстро переодевшись, я сложил спортивную одежду и обувь в рюкзак. И прямо от тайника рванул в сторону зелёного домика вора в законе, смотрящего за Свердловской областью и Ёбургом.

Напрямую до его дома через проходные дворы и переулки было около четырёх-пяти километров, а по дороге пришлось бы объезжать около двадцати вёрст. Поэтому уже через четверть часа я надел пакеты на обувь, а перчатки на руки. И перемахнул через забор сразу в огород усадьбы, до сих пор не могу нарадоваться отсутствию видеокамер охраны. Жаль, недолго продлится такая лафа. Перед проникновением из огорода в крытый двор усыпил всех людей в доме, затем выбил двери из огорода во двор и дальше в дом. Камиль и его телохранитель уже не спали, уснули от моего воздействия прямо в кухне, во время завтрака за столом. Куда это они так рано собрались? Привычно натянул на лицо вязаную шапочку, изменил рост, голос и разбудил вора в законе.

— Куда это ты собрался в такую рань, Камиль? — После моего мысленного давления уголовник не сопротивлялся,