Если всё-таки вспомнят про нас, буду думать, чем занять шибко грамотных бандитов. Может, как в анекдоте, отправлю их грузить чугуний? Так, в думах о будущем, приехал в Ёбург, чтобы встретить у себя на квартире Татьяну. Весёлую, спешившую обрадовать меня хорошими новостями. Во-первых, поблагодарить за поездку по Европе, где она полностью освоила выданные ей деньги. Я не сомневался в этом, осталось уточнить у Николая Сергеевича, сколько ещё он со счёта снял?

— Значит так. — Приступила к подробному рассказу свояченица, когда мы уселись на кухне после бурной встречи и кормления малыша. Втроём, Сергеевич ждал меня на работе. — Значит так. Поставки мы оставили по заключённым договорам, только немного снизили стоимость комплектующих. Всего на два процента, потому что нашли сразу три фирмы, которые продают эти детали и микросхемы на пять-десять процентов дешевле. За счёт снижения цены увеличили поставки вдвое. Остальное всё осталось, передача комплектующих на границе России, расчёты все наличными.

В принципе, для наших масштабов закупок два процента неплохо. С увеличением поставок мы рискуем зарабатывать на компьютерах и телевизорах по сто тысяч только у.е. в месяц, не считая рублей. Однако чуял, что главное в рассказе Тани впереди. Так и вышло.

— Завод нам будет строить другая компания, на двадцать процентов дешевле. Специалисты для выбора площадки приехали с нами. — Татьяна с улыбкой на лице добавила: — Это всё Уткин раскопал. И прямой контракт со строительной компанией, и скидку у наших поставщиков. Они как увидели, что мы отказываемся от контракта с ними на картонную фабрику и раздумываем по закупке комплектующих, сами предложили скидку. С расширением поставок на пять лет вперёд.

— Что я могу сказать, молодцы! Обязательно премирую тебя и Сергеевича достойной премией. — Хотел я ещё поговорить, но обе сестры чмокнули меня в щёки и убежали в спальню, примерять гостинцы из Европы.

Я плотно пообедал и поехал на работу, выслушать рассказ Уткина, насколько всё хорошо, как поведала Любимова. В целом договоры оказались добротными, фирмы устойчивыми, картонный завод обещали поставить к осени, а к Новому году запустить всё производство. С моим знакомством в руководстве железнодорожного начальства мы решили ставить производство неподалёку от железной дороги, дешевле выёдет доставка сырья. После моего звонка знакомому заместителю начальника Южно-Уральской железной дороги разрешение обещали сделать за три дня. Однако, кроме приятных новостей, пришли и плохие.

Туркмения и Казахстан прекратили поставки мяса и овчинных шкур. Ни на что не ссылаясь, просто прекратили и всё. Что интересно, соглашение по фруктам осталось в силе.

— Ну, чего приуныли, придётся закупать мясо в Калмыкии, Бурятии и Монголии. Связывайте с ними, предварительно обговаривая цены, и посылайте экспедиторов для пробных закупок. Думаю, они буду обеими руками за оплату наличными, хоть и рублями. На будущее придётся нам самим заниматься свиноводством или помочь развивать это направление нашим колхозным поставщикам. Придётся созваниваться с колхозами и строить им фермы. — Я знал, что до начала двадцать первого века проблемы с мясом не исчезнут. Поэтому планировал разворачивать мясное производство лет на двадцать-тридцать, минимум.

— Тут ещё надо решить по жилью для беженцев, — напомнила главный бухгалтер. — Их уже пять тысяч семей приехало, а летом собираются тысяч сто прибыть, как они говорят. Наши запасы квартир заканчиваются, придётся строить не одиночные дома, а целый микрорайон. Сразу на двадцать тысяч квартир, не меньше. Или бросать затею с мигрантами? Перед глазами встали пустые пятиэтажки заброшенных городов Урала, которые видел в прошлой жизни. Непроизвольно вздрогнул от видения.

— Не забывайте, кроме наших квартир и новых домов в Ёбурге, имеется ещё ресурс. Прямо сейчас чахнут десятки городов в Пермской и Свердловской областях. Как, впрочем, по всей России. Нам нужно всего лишь проехать по Уралу, посмотреть на города, где три года назад жили сто тысяч человек, сейчас двадцать тысяч, а через десять лет останется пять тысяч пенсионеров.

Я в прошлой жизни видел такие города, застроенные пятиэтажками, не где-то в Норильске или на Таймыре, а рядом с нами, на промышленном Урале. Между прочим, в первое десятилетие двадцать первого века ставшим одним из богатейших регионов России. Сам проезжал мимо исчезнувших городов Пермского края и Свердловской области. Сам видел пустующие панельные дома, даже не разрушенные, с целыми стёклами в окнах — некому разбивать, все уехали. Туда можно поселить не сто тысяч беженцев, а полный миллион.

— Да, придётся проехаться по небольшим городам Свердловской и Пермской областей, сосчитать пустующие квартиры, проверить коммуналку. Узнать задолженность городских властей, если они ещё остались. Уже с этими данными я сам пойду договариваться к губернатору. Придётся не только восстанавливать дома с инфраструктурой, но и позаботиться о рабочих местах. Хотя бы на первые десять лет.

— Почему на десять? — Высказал кто-то общий вопрос.

— Потому, что через десять лет у каждого работяги будет машина, на которой он сможет ездить на работу. Либо каждое утро, либо раз в неделю. И необходимость работать именно в своём городе исчезнет. Как и необходимость проживать в провинции, если можешь купить квартиру в Ленинграде или Москве.

— Ну ты, брат, загнул! — покачал головой Николай Сергеевич.

— Давайте вспомним этот разговор через десять лет. Уже сейчас для регистрации в Москве не требуется работа. Скоро отменят уголовную ответственность за тунеядство. Какое тунеядство, если у нас тысячи безработных? Там и с паспортным режимом станет легче, хоть в Хабаровске живи, а работай в Москве, никакого наказания не будет.

Я улыбался при виде изумлённых лиц своих сотрудников. Короче, проговорили мы довольно долго, чтобы по ближайшим городам Свердловской и Пермской областей уже с завтрашнего дня поехали наши специалисты. Не просто смотреть, а составлять некий паспорт города и посёлка. Сколько квартиросъёмщиков осталось, сколько квартир пустует, условия проживания, какие промышленные здания пустуют, наличие магазинчиков, больниц и тому подобное. Чтобы для разговора с губернатором иметь конкретные данные.

Татьяна догуливала остатки отпуска с Ниной, гуляли вместе с коляской, выходили каждый раз в модных новинках из Европы. Я вернулся к своей интернатуре массажистом, ожидал возвращения своих разведчиков из умирающих городов. Наша строительная группа вместе с Олениным пробивала проекты сразу двух крупных строек вблизи Екатеринбурга. Картонного комбината и посёлка городского типа на пять тысяч квартир. Комбинат будут строить немцы, а жилой посёлок достанется конторе Оленина. С нашими заказами их СМУ выросла до крупнейшей строительной организации в Екатеринбурге. Часть клерков из областной администрации мы давно и крепко подкармливали. Кого-то «борзыми щенками» в виде