ничего не умеет, кроме артефакторики. Он уже принес клятву одной Богине Смерти, так что нарушать её точно не станет. Не бойся, всё с ним будет хорошо.

Пораженный Крендель снова кивнул, и Галактионов неспешно покинул помещение.

Александр так и не узнал, что на самом деле Крендель не силы испугался, лежащей сейчас в его лаборатории. Напротив, он уже вообразил, какие невероятные вещи можно создать с помощью божественного артефактора и насколько вырастет эффективность его взрывных устройств!

Боги живут долго, знаний у них много, а значит — Крендель получит эти знания, чего бы это ему ни стоило…

Глава 23

Где-то в Многомерной Вселенной

Первородный Хлад

Бывшая принцесса, нынешняя королева Северного Королевства, а также супруга одного интересного барона, Хельга Галактионова, в последнее время много думала.

По той или иной причине её супруг, Александр, отправил своих жён в Многомерную Вселенную. И всех она недавно посетила, после чего и накатили на неё тяжёлые думы.

Машка попала в ученики к великому Архитектору, главе известного Ордена Архитекторов. Ну, до тех пор, пока все его члены не разрушили Орден изнутри. Всё это произошло сразу после смерти главы Ордена Архитекторов, который даже имени-то не имел в прошлой жизни, следуя дурацким законам и традициям. Сейчас у него было красивое, звучное имя — Теодор Вавилонский, под стать самому молодому человеку, которого Хельге посчастливилось лицезреть.

С момента её прихода в Многомерную Вселенную она видела много чудес. Ну, сходу ей пришлось встретиться с богами Хладного Пантеона. Причём не все из них отнеслись лично к ней благосклонно. Видела она ещё пару богов, которые забегали в её родной пантеон по каким-то своим делам.

Но гораздо большее впечатление на Хельгу произвели простые люди, одним из которых был как раз Теодор Вавилонский. От него фонила сила, сопоставимая с силой её мужа, Великого Охотника Сандра. Вот только эти силы были абсолютно разными.

Да, Сандр — выпендрёжник и не упускает момента похвастаться своей силой. Возможно, за это он ей и нравился. Архитектор же, наоборот, всеми своими силами пытается сгладить собственное могущество, дабы не смущать своих собеседников. Учитывая его силу, Хельга уверена, что он старается хорошо, но даже его сил не хватает на то, чтобы полностью обнулить его силу и величие, которое сквозит в каждом его движении и даже в каждом его взгляде.

Сильный учитель, чертовски сильный! Машке повезло. Она сама эволюционирует, прогрессирует не по дням, а по часам. Хельга смогла в этом убедиться. Она безумно рада за свою подругу.

То же самое касается и Катюхи, ученицы, которая попала под присмотр самой Бездны. Вот в перипетиях Кати, её тёмного дара, её первого ребёнка, маленькой Ассочки, сам чёрт ногу сломит. Хельга, по крайней мере, так и не разобралась, кто первый затеял: Бездна или её тёмная дочь. Кто «благословил» Катю тёмным даром, и кто помог маленькой Ассочке получить такую мощь.

Видимо, это были те самые интриги богов, о которых предупреждал её Сандр и которых не раз и не два упоминал её отец — Ульрих-Сигурд.

Но это было не важно. Важно было то, что и Катюха с каждым днём становится всё сильнее. Чего стоил её питомец, теневой дракон Мрак, который превратился вообще в какое-то невиданное чудовище, рядом с которым даже стоять страшно. Что же говорить о том, во что превращается её хозяйка?

Кстати о драконах.

— Хватит уже трястись, не позорь меня! — рявкнула Хельга на трясущегося, то ли от холода, то ли от страха, Ссыклю.

Еще одно напоминание о том, что путь её тяжел и труден. Ссыкля был самым хитрожопым драконом из всех драконов Многомерной Вселенной. И это были не её слова, а Сандра. Он отлично умел приспосабливаться и старался как можно меньше напрягаться. Пару раз Хельга, психанув, хотела даже прогнать его вон, но Ссыкля отлично умел быть жалким и вызывать к себе жалость. Да и, в принципе, бывал иногда полезен. Меньшую часть времени, конечно же. Сандр обещал для него дрессировщика, но не успел до отправки её, Хельги в Многомерную Вселенную. Надо, наверное, напомнить ему. Иначе, этого недодракона она сама прибьет.

— Так холодно жеж! — возмутился Ссыкля и Хельга хлопнула себя по лбу рукой. Нет слов…

Вернувшись к своим мыслям, Хельга подумала, что Катюха была всё той же весёлой и беззаботной любительницей ризотто, вот только её внутренняя суть скоро станет действительно подобна богам.

И сама Хельга наконец поняла, как это может происходить. Но в то же самое время может наступить самый страшный момент в развитии любого человека. Он может согласиться на посыл Вселенной и стать богом. А обратно из бога вернуться в человека уже невозможно…

Хотя, зная Катю и зная Сандра, она удержится на тонкой грани.

Что же касается Аньки… Ну, Аня никогда не претендовала на главного боевика рода. Зато без чьих-либо возражений она взяла на себя роль головы рода. Не главы, конечно же, который принадлежал Сандру и только Сандру, а именно головы, которая отвечала за разум. Ну и, конечно же, за благосостояние.

И вот тут Анюта попала, как будто, в сказку. Все её таланты, многократно отточенные с помощью любимой бабули и применённые на Земле, смогли масштабироваться. Хельга слышала рассказы Сандра о том, что в Многомерной есть свои «дельцы от Бога». И Аня как раз и была таким же дельцом — конечно же, от Бога, но так она внучка Мидаса, так что тоже безусловно.

В общем, Аня цвела и пахла, род становился богаче. А что касается её личной силы… Ну, одно без другого не приходит, но развивается она немножко в разум. Однако она уже стала незаменимым членом рода.

Именно эти мысли не давали Хельге покоя. У неё не было учителя, у неё не было преподавателя. Коммерцию она не то чтобы презирала, но считала её чем-то ниже собственного достоинства, с удовольствием переложив это на Аню.

Но у неё был потенциал, задатки, и его нужно было развивать. Развивать так быстро, как только можно, чтобы Александр гордился ей, а Вселенная приняла её как равную.

С вопросами о том, где получить больше силы, она доставала сначала Ульриха, а потом Лагерту. Но внятного ответа не получила. Лагерта была снова беременна. В ближайшем будущем у Хельги должны были появиться одновременно братик и сестричка — прекрасные Хладные Близнецы. И голова Лагерты была занята немножко другим, так как материнский инстинкт включается совсем по своим