— Еще успеем их осмотреть, — сказал Физик. — А теперь, пойдем, что ли. Небольшая разведка, а?

Координатор поднялся на вершину холма. Остальные поспешили за ним. Залитая солнцем равнина разбегалась во все стороны, совершенно однообразная, гладкая, бледно-желтая. Вдалеке высились стройные, замеченные ими еще вчера силуэты, при ярком свете было видно, что это не деревья. Небо, над головой голубое, как на Земле, у горизонта приобрело отчетливо зеленоватый оттенок. Прозрачные перистые облака почти незаметно двигались на север. Координатор проверил стороны света по маленькому компасу, надетому на запястье. Доктор, низко наклонившись, ковырял ногой грунт.

— Почему здесь ничего не растет? — сказал он удивленно.

Это поразило всех. Действительно, насколько проникал взгляд, равнина была голой.

— Мне кажется, эта местность высыхает, — неуверенно сказал Химик. — Там дальше — видите те пятна? — гораздо больше желтизны… там, на западе. Я полагаю, что там пустыня, из которой ветер нагоняет сюда песок. Ведь этот холм глинистый.

— Ну, это мы проверили на совесть, — сказал Доктор.

— Мы должны составить хотя бы очень общий план экспедиции, — заговорил Координатор. — Запасов, которые мы взяли, нам хватит на два дня.

— Не совсем; воды у нас мало, — перебил Кибернетик.

— Воду придется экономить, пока не найдем ее здесь; раз есть кислород, будет и вода. Думаю, начнем так: от базы сделаем несколько прямолинейных маршрутов, продвигаясь каждый раз настолько, чтобы иметь возможность безопасно и без излишней спешки вернуться.

— Максимум тридцать километров в одну сторону, — заметил Физик.

— Согласен. Речь идет только о чем-то вроде предварительной разведки.

— Подождите, — сказал Инженер, который стоял до сих пор в нескольких шагах от них, как бы погрузившись в невеселые мысли. — А вам не кажется, что мы ведем себя, как будто малость свихнулись? Мы потерпели аварию на неизвестной планете. Нам удалось выбраться из корабля. Вместо того чтобы взяться за самое важное, вместо того чтобы все силы вложить в ремонт, в налаживание того, что удастся, в освобождение корабля и так далее, — мы отправляемся на какие-то экскурсии, без оружия, без всяких средств защиты, не имея понятия, с чем мы здесь можем столкнуться.

Координатор ответил не сразу. Он оглядел поочередно всех членов экипажа. Все были небриты, трехдневная щетина придавала им довольно дикий вид. Слова Инженера, вероятно, произвели впечатление, но никто не ответил, как будто все ждали, что скажет он.

— Вшестером ракету не откопаешь, Хенрик, — сказал Координатор осторожно, взвешивая слова. — Ты отлично это знаешь. В нашем нынешнем положении запуск самого простенького агрегата требует времени, которого мы даже не можем определить. Планета обитаема. Но мы не знаем о ней ничего. Мы даже не облетели ее перед катастрофой. Мы приближались от ночного полушария и из-за дурацкой ошибки попали в газовый хвост. Падая, мы перешли линию терминатора. Я лежал у экрана, который лопнул последним. Я видел — во всяком случае, мне так показалось — что-то, напоминавшее… город.

— Почему ты не сказал нам об этом? — медленно спросил Инженер.

— Да, почему? — поддержал его Физик.

— Потому, что я в этом не уверен. Я не знаю даже, в какой стороне его искать. Ракета крутилась. Я потерял ориентацию. И все-таки существует шанс, хотя и незначительный, что мы получим какую-то помощь. Я предпочел бы об этом не говорить, но каждый из вас и так хорошо это знает — наши шансы вообще очень малы. Кроме того, нам нужна вода. Основная часть запаса вылилась в нижний отсек, и Хенрик установил, что она — радиоактивна. Таким образом, я считаю, что мы можем позволить себе некоторый риск.

— Я согласен с этим, — сказал Доктор.

— И я согласен, — присоединился Физик.

— Ладно, — буркнул Кибернетик и отошел на несколько шагов, глядя на юг, словно не хотел слышать, что скажут остальные.

Химик кивнул головой. Инженер не ответил; он опустился с холма, забросил на плечи рюкзак и спросил:

— Куда?

— На север, — сказал Координатор.

Инженер двинулся вперед, остальные присоединились к нему. Когда немного погодя они обернулись, холма уже почти не было видно, только корпус ракеты вырисовывался на фоне неба, словно дуло полевого орудия.

Было очень жарко. Их тени постепенно укорачивались, ботинки проваливались в песок, слышались только мерные шаги и учащенное дыхание. Они подошли к одному из тех изящных образований, которые в сумерках приняли за деревья. Из бурого грунта вертикально торчал серый, словно кожа слона, ствол со слабым металлическим блеском. Этот ствол, у основания не толще мужской руки, постепенно переходил в чашевидное расширение, плоская вершина чаши находилась на высоте двух метров. С земли не было видно, открыта сверху чаша или нет. Она стояла совершенно неподвижно. Люди остановились в нескольких метрах от причудливой фигуры, а Инженер импульсивно шагнул к ней и уже поднял руку, чтобы притронуться к «стволу», когда Доктор крикнул:

— Стой!

Инженер инстинктивно попятился. Доктор оттянул его за плечо, поднял с земли камешек, величиной с фасолину, и бросил высоко в воздух. Камешек описал крутую дугу и упал сверху на чашу. Все вздрогнули, — такой бурной и неожиданной была реакция. Чаша заволновалась, сжалась, послышался короткий свист, как будто из нее вырвалась струя газа, и вся, теперь лихорадочно дрожащая, серая колонна провалилась под землю, словно всосанная в ее нутро. Образовавшееся отверстие на мгновение наполнила коричневая пенящаяся масса, потом ее поверхность покрылась песчинками, эта пленка становилась все толще, и через несколько секунд от отверстия не осталось и следа; поверхность песка стала совершенно гладкой.

Никто еще не успел прийти в себя от изумления, когда Химик крикнул:

— Смотрите!

Все оглянулись. Только что вокруг на расстоянии десятков метров высились три или четыре такие же высокие и стройные чаши — сейчас не было ни одной.

— Все провалились?! — воскликнул Кибернетик.

Через час путешественники растянулись в длинный караван. Первым шел Доктор, который нес рюкзак, за ним Координатор. Колонну замыкал Химик. Все порасстегивали комбинезоны, кое-кто закатал рукава; залитые потом, с пересохшими ртами, они медленно тащились равниной. На горизонте замаячила длинная горизонтальная полоса.

Доктор остановился и подождал Координатора:

— Как ты думаешь, сколько мы сделали?

Координатор взглянул назад, в сторону солнца, туда, где осталась ракета. Ее уже не было видно.

— Радиус планеты меньше земного, — сказал Координатор, откашливаясь и вытирая платком лицо. —