от усталости. Доктор объявил, что нужно поспать хотя бы несколько часов. Но сначала необходимо было устроить какие-то постели, хотя бы временные, так как койки в спальных помещениях, наглухо прикрепленные к полу, стояли теперь вертикально. Переставлять их было слишком сложно, поэтому в библиотеку, которая пострадала меньше всего (почти половину книг уже до этого вытащили в коридор), снесли надувные матрацы, и все легли на них вповалку.

Скоро выяснилось, что, кроме Химика и Инженера, никто не может заснуть. Доктору пришлось встать и отправиться с фонариком на поиски снотворного. Это заняло у него почти час, он вынужден был пробиваться в медпункт через маленький тамбур, заваленный грудами разбитых аппаратов и аналитической посуды. Все это вывалилось из стенных шкафов и закрывало доступ к двери. Наконец (его ручные часы показывали четыре утра бортового времени) снотворное было роздано, фонарь погашен, и вскоре беспокойное дыхание наполнило темноту библиотеки.

Все проснулись неожиданно быстро. Только Кибернетик, который принял слишком большую дозу снотворного, был как пьяный. Инженер жаловался на острую боль в плече. Доктор обнаружил у него болезненную опухоль, — вероятно, Инженер повредил себе сустав, когда возился с рычагами люка.

Настроение было унылое. Почти никто не разговаривал, даже Доктор. До остатков продуктов в шлюзе добраться не удалось, — на дверцах шкафа со скафандрами покоился большой холм земли; поэтому Физик и Химик еще раз пошли на кухонный склад и принесли оттуда банки с консервами. Было девять, когда начали копать туннель.

Работа двигалась черепашьим шагом. В овальном отверстии люка нельзя было как следует развернуться, передние разбивали мотыгами спрессованные глыбы земли, стоящие сзади оттаскивали ее в коридор, а оттуда в навигационную рубку, — она находилась ближе всего, и в ней не было ничего, что могло бы понадобиться в ближайшее время.

Через четыре часа рубка по колено заполнилась вынутым грунтом, а длина туннеля не превышала двух метров. Мергель поддавался плохо, — он был не очень твердый, но острия ломов и мотыг увязали в нем, а железные стержни, на которые слишком сильно нажимали остервенело работающие люди, гнулись; лучше всего действовала стальная мотыга в руках Координатора.

Инженер забеспокоился, что земляной потолок начнет оседать, и особенно заботился о том, чтобы его как следует крепили. Под вечер, когда перемазанные глиной люди уселись перекусить, туннель, ведущий от люка круто вверх, с наклоном почти семьдесят градусов, углубился в грунт едва на пять с половиной метров.

Инженер еще раз заглянул в колодец, ведущий в нижний отсек, где в тридцати метрах к корме от главного люка находился грузовой, но увидел только черное зеркало воды; она стояла выше, чем накануне, — видимо, еще какая-нибудь цистерна текла и ее содержимое медленно просачивалось сюда. Вода — он сразу же обнаружил это переносным счетчиком Гейгера — была радиоактивна. Он наглухо закрыл колодец и вернулся к товарищам, ничего не сказав о своем открытии.

— Если все пойдет хорошо — выберемся отсюда завтра, если похуже — через два дня, — объявил Кибернетик, выпивая третью кружку кофе из термоса.

Все очень много пили.

— Откуда ты знаешь? — удивился Инженер.

— Так, как-то чувствую.

— Он обладает интуицией, которой лишены его автоматы, — засмеялся Доктор.

К концу дня его настроение становилось все лучше. Когда другие сменяли его в туннеле, он отправлялся в экскурсии по кораблю; в результате богатства экипажа увеличились на два магнитноэлектрических фонарика, машинку для стрижки волос, витаминизированный шоколад и целую стопку полотенец. Все были перемазаны глиной, комбинезоны пестрели пятнами и подтеками, естественно, никто не брился из-за отсутствия электричества, а к машинке для стрижки, которую принес Доктор, отнеслись с презрением. Он сам, впрочем, тоже ею не пользовался.

Весь следующий день ушел на рытье туннеля. Навигационная рубка была забита землей почти доверху. Дошла очередь до библиотеки. У Доктора возникли по этому поводу некоторые сомнения, но Химик, в паре с ним таскавшим сделанные из листовом жести носилки, без колебания высыпал кучу мергеля на книги.

Выход из туннеля открылся совершенно неожиданно. Правда, по наблюдениям Физика, грунт уже стал суше и как будто менее плотным, но другие этого не подтвердили. Мергель, который они таскали внутрь ракеты, казался им таким же, как раньше. Сменившие своих товарищей Инженер и Координатор только что приняли инструменты, еще хранившие тепло чужих рук, и нанесли первые удары по глыбам, выступавшим из неровной стены, как вдруг одна из глыб исчезла, и через образовавшееся отверстие повеяло свежим воздухом. Люди ощутили его мягкий напор, — давление воздуха снаружи было немного больше, чем в туннеле, а значит, и в ракете. Мотыга и стальной лом начали работать в бешеном темпе, землю уже никто не выносил, остальные члены экипажа сгрудились сзади. После нескольких последних ударов Инженер собрался вылезти наружу, но Координатор остановил его. Он хотел сначала расширить выход и перенести последнюю порцию земли в ракету, чтобы ничто не мешало двигаться в туннеле, и прошло еще несколько минут, прежде чем шестеро людей выползли из отверстия на поверхность планеты.

Глава вторая

Смеркалось. Черная дыра туннеля зияла в пологом склоне невысокого холма. Люди стояли у его подножия. До самого горизонта, над которым сверкали первые звезды, раскинулась огромная равнина. Кое-где вдали выступали какие-то неясные, стройные, похожие на деревья, силуэты. Низкая полоса заката давала совсем мало света, и краски окружающей местности сливались в однородную серую пелену. Слева от неподвижно стоявших людей в воздух косо возносился гигантский выпуклый корпус ракеты. Инженер оценил его длину метров в семьдесят, — значит, корабль зарылся в землю больше чем на сорок метров. Но сейчас никто не обращал внимания на эту чернеющую на фоне неба огромную трубу с беспомощно торчащими кольцами рулевых дюз. Люди глубоко вдыхали холодный воздух, с едва уловимым незнакомым, неопределенным запахом, и молча смотрели вперед. Только теперь их охватило ощущение полного бессилия — железные ручки мотыг как будто сами выпали из их рук. Они стояли, медленно обводя глазами необъятное пространство — пустое, с горизонтом, утонувшим в темноте, с лениво, равномерно дрожащими звездами в вышине.

— Полярная? — спросил вдруг Химик, бессознательно понизив голос, и показал на низкую звезду, слабо мерцающую в темном небе на востоке.

— Нет, отсюда ее не видать; мы сейчас… да, над нами Южный полюс Галактики. Минутку… где-то должен быть Южный Крест…

Немного оживившись, все начали вспоминать названия созвездий, искрившихся на фоне уже почти совсем черного неба. Над этой мертвой равниной только звезды