Сначала о строгой диете, внедрить которую я все равно планировала.

Следом об очищении, предложив обильное питье, при надобности легкие диуретики, льняное семя и расторопшу для поддержания печени. А еще хвощ и брусничный лист для облегчения отеков и поддержки сосудов.

После же – о крови. О том, что ее нужно беречь, а не пускать по поводу и без. И никаких «разгоняющих» средств: ни перца, ни имбиря.

Затем – о тепле. О том, что согревающие мази и напитки работали против нашего пациента, а вот умеренное тепло было способно во многом облегчить симптомы.

И о покое, прибавив к длинному списку трав валериану с пустырником для крепкого сна и чтобы хоть немного унять тремор.

Пришлось также согласиться оставить некоторые обезболивающие. Перерыв в нагрузке на нервную систему Джанибеку был нужен, иначе не выдержит психика. Других же альтернатив этот век не давал...

На объяснения я потратила не меньше двух часов. Но то, как на меня посматривали и Махмуд ибн Салих, и Иса-хаким, настораживало.

Я ведь не просто предложила иное лечение, нет... Я отняла у них уверенность в себе. И, провожая обоих до двери, выслушивая наигранные благословения, всерьез подумывала: не станут ли они вредить лишь потому, что какая-то кыз задела их врачебную гордость?

Не попытаются ли отыграться – сделать что-то не так, а потом выставить меня повинной?

И все-таки дождаться моей отставки…

Когда после витиеватых прощаний оба наконец-то ушли, в огромных покоях мы с Борчи остались вдвоем. Вернувшись на примятые подушки, я поймала себя на очередном наблюдении – за все эти часы я ни разу не подумала о страхе перед ним. Да, забывала о его существовании, пока он изредка не подавал голос, но не боялась. И сейчас вовсе не знала, как на него реагировать.

Первая половина дня выдалась насыщенной во всех смыслах – и знакомствами, и потрясениями, и свалившейся мне на голову информацией. Я действительно устала. Да и этот шайтан, если меня не дурачило зрение, тоже выглядел измотанным, что нас роднило.

И свое обещание – поговорить со мной – нарушать Борчи не собирался. Усевшись же напротив, посмотрел открыто, не как прежде.

Я бы даже сказала, как на равную.

— Ну что, – начал он, уже не играя именами. – Алина… Давай поговорим.

Глава 48

Борчи не дал мне первой открыть рта.

— Знай, я отвечу лишь на три твоих вопроса, – загадочно выдал он, я же едва не купилась.

Что это еще за ограничения такие?

Но, присмотревшись к темным глазам старика, уловив в них искорки веселья, догадалась.

— Так ты шутник?

Борчи тихо расхохотался.

— Ага... Шутить только не с кем, – с иронией отозвался он, но и тут не дождался от меня поддержки.

Скрестив руки на груди, я так и смотрела в упор.

— Ну, уж прости, что мне не весело. А чего, собственно, ты ждал после всего, что мне устроил?

— Так нужно было.

— Это кому еще нужно? – не отставала я. – Мог бы просто со мной поговорить. Язык-то у тебя подвешен, как я погляжу.

— А ты бы послушала? – Борчи посмотрел уже без тени веселья. – Сама-то подумай: согласилась бы ты добровольно вернуть такой дар? Нет, Айше... или Алина. Нет. Тебе голова твоя мешала, – продолжал он, не обращая внимания на мое негодование. – Да и сейчас мешает: шибко ты умная, а сердцем не видишь.

— Хватит! Ты отвечать-то мне собираешься?

— Может, и отвечу...

— А можешь и не ответить? – Я начинала злиться по-настоящему, теперь понимая, в кого удался Темир.

Вот уж где чувствовалась рука наставника: что первый, что второй – лишнего слова не вытащишь. Но если Темир просто отмалчивался, этот же шайтан плел витиеватые речи.

— А ты хочешь знать все? – меж тем опять парировал Борчи, задав нежданный вопрос. – Или хочешь спокойно жить?

Еще немного, и я точно бы полезла на рожон, но на этот раз оценила его «заботу».

В уме всплыла старая-добрая поговорка: меньше знаешь – крепче спишь. А в реалиях Золотой Орды, особенно в том времени, в котором мне повезло очутиться, она звучала иначе: меньше знаешь – дольше живешь. В этом плане Борчи был чертовски прав: мне действительно не стоило лезть туда, куда не просят…

— Расскажи то, что поможет в лечении хана. Ну и обо мне… И вот что сперва хочу узнать, – я спрятала вспотевшие ладони под подушку, разволновавшись. – Скажи, кто ты?

— Борчи.

Нет, он определенно надо мной издевался!

— Я спрашиваю, кто ты такой?Кам?(Шаман)

От озвученного мне и самой сделалось смешно.

Я вспомнила ряженых специалистов из ставки Хасана, которые трясли бубнами и закатывали глаза. Но на фоне Борчи они казались дешевыми рыночными фокусниками и максимум, что умели,