- Эх! Как можно быть таким… Это народное название здешнего района, видишь трубы дымят? Да и в новостях в своё время часто поминали Ближний восток. Одно с другим сложилось, так и пошло. А в честь этого района получила название небезызвестная группа…

“Везде темно, где я, везде темно, где ты

И это повод для тех, кто ждёт из темноты…”

Неужели не слышал? - произнёс Николай Петрович сложив руки так, словно играл на гитаре.

- Что-то такое слышал, раньше, в юности. - ответил Михаил.

- Ну хоть так. Потом, сыграю вам избранное… А вот Вера Павловна, кстати, большой поклонник этой группы! Надо будет ей сувенир какой-нибудь прихватить…

- Помимо вампира?

- Да, ты прав, вампир - сам по себе хороший подарок! - согласился Николай, - Особенно живой. Вернее, «в рабочем состоянии». А то мы раньше ей одни только трупы притаскивали. Пускай его изучает в своё удовольствие. Разве что, надо будет хорошенько продумать протоколы безопасности.

- Да, да! - оживился Михаил, - Я помню, Ральоф рассказывал, что они умеют на разум влиять. Что-то вроде гипноза. Ну и чтобы не заразилась, тоже.

- Учитывая, что лекарство у нас только одно, - капитан кивнул в сторону пятерых оперативников, - и оно не слишком надёжно. Ну не могу я так без оглядки полагаться на высшие силы. Это ж кто-то разумный, обладающий волей, своими интересами и целями! Мало ли, что взбредёт ему в голову? Десять раз исцелит, а на одиннадцатый откажется!

- «Пути Господни неисповедимы». - привёл цитату Михаил.

- Вот, вот… - согласился Николай Петрович, - Впрочем, хорошо, что у нас есть хотябы такой вариант. Слава Стендарру. А то иначе бегали бы тут с осиновыми кольями! А всех заражённых лечили бы в крематории, на всякий случай. И то ещё не известно, может через дым зараза наоборот распространится и накроет большую площадь?

- Действительно, надо изучать. - произнёс Миша, - Как минимум - научится выявлять техническими средствами, а в идеале - исцелять.

- Верно. - поддержал его капитан, - Не хватало ещё, чтобы десятки и сотни тысяч кровососов терроризировали нам население!

- Скоро приедем?

- Нам до Масловки ещё через весь город ехать. - ответил Николай, - Это тоже район такой, на южном конце города.

* * *

Михаил с Николаем Петровичем без стука вошли в кабинет начальника отделения полиции. Вместе с ними в кабинет вошли трое оперативников с автоматами на груди, а двое других остались снаружи, в коридоре.

- Я тебе так скажу, майор, - сразу взял быка за рога Николай, продемонстрировав своё удостоверение и положив на стол перед хозяином кабинета приказ с печатями, - скажу, просто для того, чтобы ты понимал серьёзность ситуации. Мои полномочия таковы, что если я сочту нужным, мои ребята положат всех в этом здании, после чего подожгут его. А я - вернусь в Москву и получу очередную медаль. И это не какая-то там страшилка, а один из возможных вариантов развития событий, который я всерьёз рассматриваю. Хотя надеюсь, что до этого дело не дойдёт.

- И как это связанно с этим… маньяком? - ровным голосом поинтересовался чуть побледневший майор, - Вы ведь по его душу прилетели?

- Информация по этому делу проходит под грифом «Особой важности». - сухо ответил Николай Петрович, - Так что обрисую лишь в общих чертах. Ваш задержанный - не маньяк, а жертва болезни вызываемой редкой формой вируса бешенства. Через три дня после заражения - изменения в организме становятся необратимыми и исцелить человека становится невозможно, начинает на всех бросаться, а через неделю умирает! Нам ещё очень повезло, что его окончательно «переклинило» днём, и из-за светобоязни он не смог сбежать. Случись это вечером или ночью - он отправился бы на улицы города заражать прохожих! Представляешь себе последствия?

- Так что же… - заволновался начальник отделения, - он мог тут всех заразить? А ведь люди вчера после работы по домам разошлись, могли заразить свои семьи…

- К счастью, вероятность подцепить вирус не слишком велика и заразным человек становится только на поздней стадии болезни, когда его нездоровое состояние уже очевидно…

С момента задержания прошло около двух суток, так что мы крайне ограничены во времени. Инфицированного мы заберём. Пока он жив, его надо обследовать, чтобы лучше понять течение болезни. А перед этим нам надо убедиться, что он тут никого не заразил. Лекарство у нас есть, но надо успеть проверить всех кто мог подцепить заразу пока не стало слишком поздно. А то вирус достигнет мозга заболевшего и болезнь станет необратимой.

- Что вы предлагаете?

- Через тридцать минут, все, я подчёркиваю, ВСЕ - капитан сделал акцент на этом слове, - все ваши сотрудники должны построится внутреннем дворе, а у меня на руках должен быть список личного состава, дабы я мог в этом удостоверится.

* * *

Во внутреннем дворе выстроилось порядка трёх десятков человек. Перед строем в той или иной степени нервничающих людей стояли Михаил с Николаем и начальник данного отделения. За их спинами стояли пятеро оперативников с автоматами и внимательно разглядывали лица людей.

- Ну, Миш, давай, *смотри* на них, может что увидишь. - прошептал ему Николай Петрович и начал перекличку, сверяясь со списком в руках.

Михаил сосредоточился. Этот фокус получался не каждый раз и требовал от него определённых усилий. Это было похоже на то, словно пытаешься пошевелить ушами. Надо напрячь какие-то мышцы… Как-то настроится…

Мир перед ним посерел, а фигуры людей охватило разноцветное свечение. Чем-то оно напоминало языки пламени, только колебалось гораздо медленнее. Вот, зелёный цвет страха, оранжевый - волнения, красный - раздражения. Всё естественно, всё ожидаемо… Стоп! А это что?

В заднем ряду, слева, с краю, двое мужчин примерно его возраста. Окутывающее их свечение тусклое, краски невыразительны и еле различимы. Видны какие-то пятна, вызывающие ассоциации с плесенью на хлебе.

- Губин Вячеслав Геннадьевич! - прокричал Николай Петрович. - Губин! - повторил он после небольшой паузы. - Он сегодня был?

- Да, расписывался в дежурке! - подтвердил из строя какой-то лейтенант.

- Таааак… продолжим… - произнёс Николай и продолжил перекличку. - На месте все, кроме Губина. - подытожил он и повернулся