Он так долго молчал, а потом так легко сказал:

— Я не хочу сейчас тебе врать.

— Не сказав ни слова, хотел уйти в Навь? — как же я злилась на его поведение, на его желание всё решить самому, на его спокойствие, которое раздражало больше всего.

— Я сомневался.

— Ты же обещал, что твоя судьба будет в моих руках! — не на шутку обиделась я.

— До того, как я стал волком, ты могла решать. Теперь же богиня решила за нас.

Мы снова замолчали, и гнетущее напряжение повисло между нами.

— Я ждал от тебя других слов, — с лукавой улыбкой сказал он.

Я хоть и злилась на него, ведь Драган сам уже собирался перестать бороться за жизнь. Но я не могла не оценить тот светлый дар, который он отдал мне, ничего не попросив взамен.

— Я бы могла пойти с тобой в Навь…

Он поднял на меня удивлённый взгляд.

— Ни одной молодой девушке не нужно связывать свою жизнь с человеком с проклятием волка. Особенно с таким, как я. Уже во второй раз я без цепи и всё так же подвергаю тебя опасности.

— Я же сама пришла. И почему не пойти в Навь, я уже свыклась с этой мыслью.

В его глазах оранжевыми огоньками вспыхнула злость:

— Мне твои жертвы не нужны!

— Вообще-то мне нравится волк, — без труда соврала я.

Князь с недоверием посмотрел на меня.

— У него характер в точности как у тебя, — добавила я, прикрывая ложь правдой.

Князь откинулся головой на стену и тихо прошептал:

— Никогда такого не было: то злыдень забрёл в деревню, бесы напали на путников, корчуны выходят из леса, рушат дома…

Я смотрела на него, не веря своим ушам. Нас с детства пугали: если злыдень сел тебе на шею, пока не высосет из тебя всё благополучие и здоровье, не слезет, а потом сразу же переползёт на другого. И так, пока вся деревня не превратится в обедневшее болото.

— Даже водяницы и те обозлились на людей. — не без намека продолжил он.

Я лишь улыбнулась в ответ.

— Волка я уже второго убил… сам третьим стал. Теперь Волемир нашёл другую причину, чтобы я тут задержался.

— Этот дом работает. И от живого тебя больше пользы.

— Ты не представляешь, как я их всех напугал в прошлый раз…

Раздался нервный, громкий стук в дверь. Затем крик Волемира:

— Княже, всё моя вина. Двух девчонок, глупый, упустил!

Князь смотрел прямо на меня, но не отвечал.

— Лисения сама закрылась с волком, тут нет вашей вины…

Я встала и открыла дверь, тут же оказалась в крепких объятиях. Старшина оторвал меня от пола и закружил.

— Я уж думал, на мне грех…

Старшина обернулся, взгляд его метнулся к расстёгнутому ошейнику на полу, затем к князю и снова ко мне.

— Ох, правду говорят… водяница. Думали, нет на волка управы, да заболтала она…

Князь встал, подошёл к нам и сильно хлопнул старшину по плечу так, что тот пошатнулся вместе со мной в его руках.

— Хватит, поставь девушку на землю.

— Князь, там дружинникам интересно… Все боялись, но ждали утра, — он неуверенно сглотнул, поглядывая на меня, — да и о Лисении вашей давно слухи ходят.

Как только он это сказал, щёки мои залило жаром. Ошибается он. Не быть мне «его» девушкой. Князь мне ничего такого не предлагал. Да и как он мог? Я же деревенская лекарка, а он потомственный князь, одарённый самой Мораной не раз.

Драган вышел на улицу, и я последовала за ним под удивлённые возгласы толпы. Я уже собиралась подойти к Волемиру, договориться, чтобы он или кто-то из его людей довёз меня до постоялого двора, но стоило мне только взглянуть в сторону старшины, как тяжёлая рука князя легла мне на плечо.

— Поедешь со мной. Покажу тебе княжеский двор…

* * *

Дружинники радостно обсуждали тихую ночь: если волк не опасен, то, выходит, сам князь стал только сильнее. Обсуждали и мой дар: громко спорили, хорошая ли я лекарка, потому что Дарина и Тихон молодцы, или же все водяницы умеют лечить, да не хотят.

Я сидела впереди князя, на его коне, и, как ни старалась, не могла держать между нами расстояние: стоило лошади пойти в горку или дёрнуться, как я тут же скатывалась к нему на грудь.

Я думала, что как въедем в город он пересадит меня или спустит с коня, но нет, так я и ехала до самой площади, в объятиях князя.

— Что за повод? — спросил князь, оглядывая огромную толпу на площади.

— Не знаю, сегодня же не судный день.

Но всё свидетельствовало об обратном. На деревянном помосте стояли стулья, на которых восседали старейшие члены города. Вокруг собралась толпа. У кого-то в руках поблёскивали вилы, кто-то даже в утренний час держал незажжённый факел.

Люди расступались перед князем, и со всех сторон доносился тихий, глухой шум.

В нашу сторону бежал один из дружинников:

— Княже, тут совет.

— На сегодня не было совета, — сказал Драган спустившись сам, а потом снимая и меня с коня.

— Есть княже,… просто срочный совет, в преступлении обвиняют вас… — опустив голову прошептал дружинник.

Глава 46

Глава 46

— Я хотел сказать, княже, что… просто срочный совет, вас там хотели видеть… — опустив голову, прошептал городской страж, сбившись в словах.

И хоть во второй раз обвинение князю не прозвучало, от этого на душе стало только тревожнее.

Драган Муром улыбнулся, кивнул и направился в гущу толпы.

До того как я услышала эти слова, мне казалось, что вилы, молотки для ковки, топоры, грабли — это лишь инструменты, которые простые горожане захватили с собой, выбегая на главную площадь, гонимые любопытством и обещанием будущего зрелища.

Теперь я отчётливо видела опасность: крепкие пальцы мужиков сжимали рукояти, всё больше напоминавшие оружие. А женщины с любопытством поглядывали на помост. Толпа ждала расправы, зрелища.

Я чувствовала, как не хватает воздуха, как крики давят на уши. Трудно поверить, но я снова хотела оказаться в лесу, среди духов Нави.

Драган быстро и уверенно направился в самую гущу толпы. С трудом догнав его, я успела остановить князя, прежде чем нас заметили. Я схватила